Болезнь Федры и время Аллы

Этой весной студия Дианы Вишневой Context Pro начала проводить открытые репетиции и встречи с современными хореографами. Впервые зрители получат возможность наблюдать обычно закрытый для публики процесс.

Болезнь Федры и время Аллы | Ника Цхвитария и Андрей Арсеньев (Мариинский театр), исполнители партий Федры и Ипполита. ФОТО Марка ОЛИЧА

Ника Цхвитария и Андрей Арсеньев (Мариинский театр), исполнители партий Федры и Ипполита. ФОТО Марка ОЛИЧА

Приоткрыть завесу тайны между замыслом и его воплощением решится не каждый хореограф. Первым смельчаком стал Алексей Кононов, выпускник Вагановской академии, основавший собственную танцевальную компанию в Берлине. Петербургские зрители видели его балеты F 63.9 и «Время женщины» на Малой сцене БДТ им. Г. А. Товстоногова.

Он позволил всем желающим понаблюдать за репетицией балета F 63.9 по трагедии Марины Цветаевой «Федра» (F 63.9 - это международный код, означающий «любовь» в официальной классификации болезней). Партии Федры и Ипполита исполнили солисты Мариинского театра Ника Цхвитария и Андрей Арсеньев. Этот балет - личное высказывание хореографа о любви и падении.

Постановка создавалась в Берлине с немецкими артистами. По словам Кононова, самое трудное было объяснить немцам однокоренные слова «падшая женщина» и «грехопадение». Тема осознания своей греховности и трагического искупления греха проходит лейтмотивом спектакля и отчетливо слышна в музыке Альфреда Шнитке. Воплотить «Федру» посредством танца Алексей Кононов задумал почти двадцать лет назад. Несколько раз перечитывал трагедию, ему казалось, что Марина Цветаева будто написала либретто для балета. Диалогов практически нет. Сплетенье рук, сплетенье ног и судеб.

«Хотелось понять, как, зачем и почему такое возможно. Я пытался довести историю до предельной интимности, показать взаимоотношения двух людей, которые не могут сойтись вместе. Никогда», - признался Алексей Кононов.

Найти свою Федру было очень трудно. Партию главной героини репетировали балерины берлинского Staatsballett, но так и не сумели станцевать, как велел российский хореограф, «чувствами, а не мышцами, чтобы танец исходил из нутра, как крик раненой души». И вот появилась восемнадцатилетняя Агнешка. Совсем юная балерина передала то, что не получилось выразить у сорокалетних звезд берлинского балета.

В Петербурге Федру найти тоже было непросто. Но она нашлась - умеющая танцевать «чувствами, а не мышцами» Ника Цхвитария. Партия Федры безумно сложная. Руки как плети, руки как крылья, ноги подкашиваются, разъезжаются. Ей больно, очень больно. Ее ломает, скручивает, тело горит от нервного напряжения. Как будто балерину кружит ураганный ветер, а она как веточка на этом ветру, дрожит и трепещет, еще не сломленная, но уже бессильная.

«Каждый твой шаг - это точка, ей нет покоя», - говорил Кононов... Звучала музыка Шнитке, похожая на стон. Андрей Арсеньев, исполнитель роли Ипполита, танцевал легко и непринужденно - никакого чувства вины, никакого страдания. Сама полюбила, никто не велел...

Второй балет, который привез Алексей Кононов в Петербург, называется «Время Женщины». Именно так - с большой буквы. Спектакль посвящен Алле Осипенко. Под музыку Иоганна Себастьяна Баха и Мортона Фелдмана танцовщики Камилла Мацци и Андрей Арсеньев с помощью пластики, показывающей красоту сильного и гибкого тела, рассуждали... о старости. Но старости не как увядании красоты, напротив, о том явлении, мимолетном и оттого прекрасном, которое в природе зовется осенью.

Идея возникла десять лет назад - к юбилею Аллы Евгеньевны. Она же репетировала главную роль, но состояние здоровья не позволило балерине выйти на сцену. Премьеру пришлось отложить до следующего юбилея. Через пять лет спектакль станцевали в Германии, но без участия Осипенко. Хореограф Алексей Кононов может часами рассказывать о своей дружбе с выдающейся балериной. В 1999 году он поставил для Аллы Осипенко балет «...но облака...» по пьесе Сэмюэля Беккета, абсурдный и парадоксальный, как многие жизни и судьбы.

Историю близкой дружбы со своей музой Алексей Кононов рассказал так живо и искренне, что казалось, он читал личный дневник.

«Мне было страшно озвучить, что я чувствую, показать, кто я есть», - признался хореограф.

То же самое станцевать уже не так страшно, да.

#хореография #Context Pro #Алексей Кононов

Материалы рубрики

Комментарии

Самое читаемое

#
#
Михаил Пиотровский рассказал о «дороге жизни» для культуры
16 Мая 2018

Михаил Пиотровский рассказал о «дороге жизни» для культуры

Директор Эрмитажа - о выставке Ильи и Эмилии Кабаковых, текущих проектах музея и о преодолении мировых проблем с помощью культуры.

 Пространство держат музеи и церковь
02 Августа 2017

Пространство держат музеи и церковь

Один из лозунгов мирового музейного сообщества — сохранность и доступность наследия. Это касается всех. Памятники культуры должны быть доступны.

Сказать всё, никого не обидев
12 Июля 2017

Сказать всё, никого не обидев

Музей работает для всех, но ему важна понимающая аудитория. Есть люди, которые все понимают, ориентироваться надо на них. Сегодня это важно.

Искусство под дождем
30 Июня 2017

Искусство под дождем

Утеплиться, взять с собой зонтик, дождевик, плед, раскладной стульчик, что-нибудь согревающее в термосе. И вперед: туда, «где море огней».

Кармен-сюита
25 Апреля 2017

Кармен-сюита

Удивительное дело: ни в одной другой экранизации не было так очевидно, что эти двое совершенно не созданы друг для друга...

Уважение рождается в борьбе
09 Марта 2017

Уважение рождается в борьбе

Благодаря музею Исаакий стал гражданской святыней, обрел значение, которое выдвинуло его в первый ряд памятников Петербурга. Музеи всегда оказываются на передовой линии борьбы за цивилизацию. Они подч...

Михаил Пиотровский: Исаакий себя защитит
02 Февраля 2017

Михаил Пиотровский: Исаакий себя защитит

Я написал письмо Патриарху Кириллу. Пресс-секретарь Святейшего сообщил, что Патриарх готов встречаться и обсуждать эти вопросы.

  Есть вещи, над которыми не шутят
04 Февраля 2015

Есть вещи, над которыми не шутят

Главное наблюдение последних месяцев – общая девальвация. В частности, девальвация вкуса. Ее символ – фигура Гулливера на Большой Морской.