Четыре дворца и одна хижина

Исход многолетнего противоборства, увы, оказался не в пользу последней.

Четыре дворца и одна хижина | Фото: Pixabay / InsightPhotography

Фото: Pixabay / InsightPhotography

Угрожающее соседство

Солдат пришел с войны. Вернул­ся в родной Ленинград, к пере­жившей всю блокаду жене. Но жить молодой семье, как оказа­лось, было негде. Обратился солдат в высокие инстанции, и – о чудо! – выделили ему участок земли в сказочном месте, прямо рядом с Павловским парком. По­тихоньку, нелегким трудом, с по­мощью родных участок он осво­ил, построил дом. Несколько де­сятилетий потом счастливо жила здесь большая дружная семья, но время взяло свое – осталась от нее только сестра жены быв­шего солдата, Вера Петровна Петрова. Блокадница, еще ре­бенком награжденная медалью «За оборону Ленинграда», она стала единственной наследни­цей дома в 1986 году. А спустя три года на ее голову обруши­лась беда, с которой она борет­ся до сих пор.

В 1989 году землю на пустыре неподалеку от ее дома выдели­ли под индивидуальную застрой­ку. Решение об этом принимал Исполком Пушкинского райсове­та. А в том же году Указом Пре­зидиума Верховного Совета РСФСР Павловск был админи­стративно отделен от Пушкина. Вера Петровна до сих пор свято убеждена, что, зная об этом за­ранее, пушкинские власти имен­но поэтому спешно раздавали земли «своим», пренебрегая массой формальностей, – дес­кать, завтра хозяин будет другой, и концов не найдешь...

Разумеется, версию эту ни подтвердить, ни опровергнуть невозможно. Но кое-какие сооб­ражения в ее пользу, как будет видно из нижеследующего, все- таки усмотреть можно.

Между участком, который зани­мает Вера Петровна, и Павлов­ским парком пролегала дренаж­ная канава _ элемент огромной, разветвленной мелиоративной парковой системы. Задумано бы­ло грамотно и надежно – место низкое, и в период дождей и тая­ния снега избыточные воды сли­вались оттуда в специально выры­тый пруд. Строительство на четы­рех новых участках, как вспомина­ет Вера Петровна, началось стре­мительно, и первыми же комьями земли из вырываемых котлованов канаву засыпали. Разумеется, в ближайшую же весну участок Ве­ры Петровны затопило. Она попы­талась договориться с хозяевами новостроек, но те даже разгова­ривать с ней не захотели – дес­кать, это ваши проблемы.

Она пошла в Павловский рай­исполком. Просила разобраться – строительство стоящих вплот­ную друг к другу четырех камен­ ных дворцов (каждый три этажа, да еще один подземный) в «одно­этажном» поселке, по ее мнению, явно не вписывалось ни в какие законные рамки. На ее заявление наложили резолюцию: «Наруше­ний закона не усмотрено». Она ходила снова и снова – убежда­ла, доказывала. От нее отмахива­лись, как от назойливой мухи.

Между тем строительство до­мов шло полным ходом. С треть­его этажа ближайшей новострой­ки строительный мусор летел прямо на ее участок. А результа­ты подтопления начали прини­мать угрожающий характер – подмыло фундамент дома, стала разрушаться асфальтовая до­рожка, погибали плодовые дере­вья, ягодные кусты и огородные посадки. Несколько раз к Вере Петровне подходили решитель­ного вида люди и настойчиво предлагали продать участок – «все равно ведь рано или поздно вам придется отсюда уехать».

А в 1993 году сосед, уже бла­гополучно освоивший новый дом, без ее ведома врезался в проходящую через его террито­рию ее нитку водопровода. Как раз перед этим Вера Петровна пережила несколько похорон близких людей. Приехав в оче­редной раз на участок и обнару­жив на своей трубе чужой кран, она слегла с инфарктом.

Губернатор снимает трубку...

В начале 1995 года Вера Петров­на пригласила адвоката, пришла вместе с ним в районную адми­нистрацию и заявила, что наме­рена обратиться в суд. Слова ее, видимо, на этот раз произвели некоторое впечатление – ее по­пытались успокоить, пообещали прислать комиссию. Действи­тельно, комиссия вскоре прибы­ла. Обследовала участок и соста­вила акт, в котором подтвердила факт подтопления, «в результате чего наносится материальный ущерб за счет непригодности части участка для целей огород­ничества и садоводства». Выне­сла комиссия и решение о про­ектировании и прокладке дре­нажной канавы. Назначила ответ­ственных и сроки исполнения. Вопрос должен был быть решен в течение месяца.

Прошел месяц, другой и тре­тий, но никакой работы по испол­нению решения комиссии видно не было. В 1996 году, после оче­редной жалобы Веры Петровны, канаву неожиданно прорыли – безо всякого проекта и согласо­вания. Она вопреки здравому смыслу прошла не в сторону пру­да, а в сторону дороги. При этом пересекла соседний участок и подтопила его. Болото же на «осушенной» территории как бы­ло, так и осталось.

Вера Петровна обращается в комитет по градостроительству и архитектуре администрации Санкт-Петербурга, добивается личного приема у председателя комитета О. А. Харченко. Разо­бравшись в вопросе, тот при­слал в администрацию Павлов­ска грозное письмо с требовани­ем восстановления водоотвода и благоустройства территории. В ответ – тишина. Харченко присылает еще одно письмо, в котором ставит вопрос более остро: трассы дренажных соору­жений в принципе не должны по­падать в границы землепользо­вания индивидуальных застрой­щиков. А малоэтажное стро­ительство в условиях сущест­вующей застройки будет разре­шаться только «при условии... инженерной подготовки и инже­нерного оборудования террито­рии». Реакция нулевая.

В августе 1997 года Вера Пет­ровна идет на личный прием к гу­бернатору города В. А. Яковле­ву. Прямо при ней он снимает трубку, связывается с админи­страцией Павловска и требует, чтобы вопрос был решен немед­ленно. Судя по его реакции, вспоминает Вера Петровна, от­вет был утвердительным. Через некоторое время глава террито­риального управления Павлов­ского административного райо­на Н. Ф. Завьялова дала губер­натору письменный ответ, где сообщала, что «в I квартале 1998 года будет выполнен проект де­тальной планировки квартала... и проект по отводу поверхност­ных вод с данного участка».

Однако никакого движения со стороны администрации в после­дующие несколько месяцев Вера Петровна не заметила. И в апре­ле 1998 года, не выдержав, нако­нец написала заявление в суд.

Не согласовано ни с кем

Видимо, поняв, что дело, как го­ворится, запахло жареным, в районной администрации собра­ли специальное совещание, на котором выяснили, что указан­ные четыре дома «строились без согласования с СЭС, с нарушени­ем ТУ на централизованное водо­снабжение». И раздали «всем по серьгам»: нарушителям предпи­сали снести самовольно постро­енный (прямо над бывшей кана­вой) гараж, утрясти отношения с «Водоканалом» под угрозой от­ключения водопровода и не пре­пятствовать дренажным рабо­там. А также постановили зака­зать проект оных работ.

Масштаб разрушений на участке Веры Петровны подтвер­дил Центр независимой потреби­тельской экспертизы, заключе­ние которого она представила в суд. К тому времени она уже зна­ла, что законность строительст­ва четырех дворцов с самого на­чала была сомнительна – распо­ряжение губернатора, разрешав­шее индивидуальное жилищное строительство в районах сложив­шейся малоэтажной застройки, вышло лишь 1 сентября 1994 го­да. Знал это, вероятно, и суд. И потому поставил вопрос логично: а где вообще-то вся проектная документация на эти дома и кто ее согласовывал?

На запрос суда районный ар­хитектор Т. Ю. Яковлева ответи­ла честно: никакой такой доку­ментации у нее нет. Следова­тельно, невозможно установить, кто ее согласовывал. А «строения надворные... были сооружены до того, как районный архитектор был вызван на участки».

Глубоко копнула пенсионерка Петрова! Через некоторое вре­мя, опять же в ответ на запросы суда, пришли официальные письма из департамента при­родных ресурсов по Северо-За­падному региону и из комитета по государственному контролю, использованию и охране памят­ников истории и культуры (напо­мним, указанная территория на­ходится в охранной зоне Пав­ловского парка): НИ КАКИХ со­гласований застройки с этими инстанциями не было. Никаких проектов отвода сточных вод никто в глаза не видел. Иными словами, попрано и нарушено было все, что только можно по­прать и нарушить.

Назначенная судом стро­ительно-техническая эксперти­за закончилась фактически ни­чем. Тщательно изучив вопрос, эксперт в своем заключении опять перечислил все нарушен­ные законы и постановления и... развел руками: оказывается, «вопрос места прокладки трас­сы дренажной канавы остается открытым», потому что ДО СИХ ПОР НЕ ОПРЕДЕЛЕНЫ ГРАНИ­ЦЫ УЧАСТ КОВ. На дворе стоял 2000 год. Три из четырех двор­цов уже были официально при­няты в эксплуатацию, четвертый достраивался, на месте бывшей канавы возведены хозяйствен­ные постройки, один участок приватизирован, к нему добав­лены 7,5 сотки, включающие тот самый пруд _ водоприемник...

Вера Петровна дважды прихо­дит на личный прием к главному федеральному инспектору в Санкт-Петербурге Н. А. Винни­ченко. Тот отправляет докумен­ты в прокуратуру. После ее за­проса Вере Петровне сообщают из районной администрации, что проект водоотвода разраба­тывается (как – без утвержден­ных границ?!). Поняв, что это просто отписка, она снова идет на личный прием к губернатору. На встречу тот приглашает гла­ву администрации Павловска М. И. Каратуева и предлагает ему незамедлительно решить вопрос с границами участков.

Но вызванные в комитет по земельным ресурсам и земле­устройству для установления границ участков владельцы четырех дворцов как один на встречу не явились.

И никто не виноват!

Автор этих строк поинтересо­вался: кто эти люди, попираю­щие все и вся, не подчиняющие­ся ни одной властной инстан­ции? Олигархи, руководители мафиозных кланов, «особы, приближенные к...»? Оказалось, нет – вполне мирные гражда­не, как сказали бы раньше, про­стые советские люди, которые как-то «наскребли» денег на трехэтажные каменные дома в сказочном месте. Просто такая, оказывается, у нас власть, что ее можно легко и свободно не принимать во внимание...

Суд, казалось бы, начинавший­ся столь многообещающе, длил­ся почти пять лет. Перерывы между заседаниями достигали года. Большая часть ответчиков – хозяев домов – просто в суд не явилась. А явившиеся, разуме­ется, иск не признали. Не призна­ла себя виновной и Павловская администрация. Решение было вынесено 23 декабря 2002 года. Основывалось оно на том, что строительство велось на ЗА КОН­нОм основании. К тому же, по мнению суда, вывод о том, что за­топление участка Петровой «про­изошло в результате действий соседних застройщиков, ничем не обоснован». Не обоснованы также ее претензии к районной власти. И потому отвод воды со своего участка она должна осу­ществлять самостоятельно. Ка­ким образом это можно сделать, когда вокруг ЧУЖАЯ земля, суд, разумеется, не разъяснил – в его функции это не входит.

В свете вышеизложенного не было признано обоснованным и требование истицы о материаль­ной компенсации понесенного ущерба. Дело, таким образом, она проиграла вчистую. А вскоре решение районного суда под­твердила и кассационная инстан­ция, а вслед за ней и президиум городского суда. Помочь Вере Петровне еще попытались муни­ципальные власти, но в районе им быстро «вправили мозги»: есть вступившее в законную силу су­дебное решение, вопрос закрыт.

Разумеется, она не успокои­лась на этом – написала жало­бу в Верховный суд. Пока же факт остается фактом: много­летнее беззаконие фактически узаконено. Виновных нет. Вро­де как стихия пронеслась над домом бывшего защитника Оте­чества. И нет от нее спасения. Неужели действительно нет?

#суд #строительство #противостояние

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Линия жизни. Как появилась традиция отмечать День железнодорожника
02 Августа 2019

Линия жизни. Как появилась традиция отмечать День железнодорожника

В первое воскресенье августа железнодорожники традиционно отмечают профессиональный праздник.

Продается вид изнутри. Почему нельзя было строить «дом с бантиком» на Мойке
26 Июля 2019

Продается вид изнутри. Почему нельзя было строить «дом с бантиком» на Мойке

Восторг по поводу новой «элитки» в центре города разделяют не все.

Трех мальчиков и одну девочку родила 37-летняя петербурженка
23 Июля 2019

Трех мальчиков и одну девочку родила 37-летняя петербурженка

Четверня появилась на свет в перинатальном центре Петербургского педиатрического университета.

Дизайнерскую карту метро Петербурга опубликовали в Сети
23 Июля 2019

Дизайнерскую карту метро Петербурга опубликовали в Сети

Линии подземки на новой схеме изображены по-другому.

Беглов назвал самый быстрый способ получить квартиру в Петербурге
22 Июля 2019

Беглов назвал самый быстрый способ получить квартиру в Петербурге

На встрече с жителями Калининского района глава города рассказал о секрете обретения квадратных метров.

И летчику камуфляж пригодится. Экипажи ЗВО переодевают в форму нового образца
12 Июля 2019

И летчику камуфляж пригодится. Экипажи ЗВО переодевают в форму нового образца

Летный комбинезон выполнен по новым технологиям с использованием специальных материалов и пропитки.

Дорога жизни на Индустриальном. Как в Петербурге восстанавливают технику времен войны
01 Июля 2019

Дорога жизни на Индустриальном. Как в Петербурге восстанавливают технику времен войны

В Красногвардейском районе создается новый музей блокады и битвы за Ленинград.

Жулики с подменных номеров. Петербуржцев предупреждают о новом виде мошенничества
01 Июля 2019

Жулики с подменных номеров. Петербуржцев предупреждают о новом виде мошенничества

Отличить мошенника от настоящего сотрудника банка стало сложнее.

Дорогая клеточка. В Петербурге появилась «вафельная» разметка
21 Июня 2019

Дорогая клеточка. В Петербурге появилась «вафельная» разметка

Ее цель - заставить водителей заранее оценивать загруженность перекрестка.

Дома растут как грибы. Как на Пулковском шоссе строят Шампиньонный городок
19 Июня 2019

Дома растут как грибы. Как на Пулковском шоссе строят Шампиньонный городок

Здесь поселятся 5,5 тыс. человек, во дворе будут свои школа и детский сад.

На мокром месте. Эксперт - о болотах Петербурга
19 Июня 2019

На мокром месте. Эксперт - о болотах Петербурга

Раньше в районе 18-й - 20-й линий Васильевского острова пройти посуху было невозможно.

Треть пломбира в магазинах Петербурга оказалась подделкой
18 Июня 2019

Треть пломбира в магазинах Петербурга оказалась подделкой

Производители заменили сливочный жир в мороженом на растительный.