Кому без никаба никак? Дискуссии относительно мусульманской женской одежды не утихают
Все чаще и громче слышны в последнее время дискуссии относительно мусульманской женской одежды. Больше говорят о никабах — черных покрывалах, прячущих хозяйку от макушки до пят, включая лицо, и оставляющих лишь узкую прорезь для глаз. Многие требуют запретить никабы в России, считая это вопросом обеспечения антитеррористической, общественной и личной безопасности граждан. Защитники шариата в то же время настаивают на праве прятать своих женщин от посторонних взглядов, ссылаясь на сунны в Коране, а заодно и на мирские законы о свободе совести и о религиозных объединениях.
![Кому без никаба никак? Дискуссии относительно мусульманской женской одежды не утихают | ФОТО أخٌفيالله on Unsplash](/upload/iblock/645/mhrezaa_F7ItsN8ma6Y_unsplash.jpg)
ФОТО أخٌفيالله on Unsplash
От паранджи к хиджабу
Признаем: для Петербурга фигура в никабе или бурке (примерно то же, только вырез для глаз забирается сеткой) на улице — явление редкое. Куда чаще в нашем городе увидишь более свободный вид мусульманской одежды — хиджаб. В переводе с арабского — «преграда, завеса». Однако под этим словом кроется не один элемент, а стиль гардероба, который закрывает все тело женщины, за исключением лица, ступней и кистей рук. Платок-сатр здесь лишь завершает ансамбль. Женщин в платьях до земли и в платках, прячущих волосы, лоб, шею и плечи, мы видим в нашем городе ежедневно. Хиджабы, встречающиеся в Северной столице, не пугающе черные, как никабы, они чаще сдержанных и нежных пастельных тонов. Тем не менее отношение к выбравшим такой наряд у горожан не всегда оказывается позитивным, и дамы в хиджабах нередко вынуждены ловить на себе косые взгляды.
По-настоящему злободневной тема никабов и хиджабов в последнее время стала в мусульманских регионах России и в странах ближнего зарубежья — бывших советских республиках Центральной Азии, где паранджу, чадру или прочие покрывала носили еще во второй половине XIX века. Власти там принимают меры. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон, например, подписал закон, запрещающий ввоз, продажу и ношение никабов, сатров и хиджабов. Напрямую эти виды одежды в законе не перечислены, но попадают под определение «чуждых». «Мы должны избегать проникновения так называемой религиозной одежды, не отвечающей нашим религиозным потребностям, чуждой нашим обычаям и культуре, чтобы защитить нашу истинность и национальные ценности», — пояснил президент Рахмон свое решение. Глава государства также поручил таджикским дизайнерам и комитету по делам женщин и семьи совместно разработать и представить дизайн национальной одежды, согласно религиозным и этическим потребностям таджикских женщин. На практике дам в хиджабах и никабах в Таджикистане не пускают в школы, больницы и госучреждения. За нарушение закона об одежде также предусмотрены штрафы.
Президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев в ноябре 2023‑го подписал поправки в законодательство, предусматривающие солидный штраф за ношение в общественных местах одежды, скрывающей лицо и препятствующей распознаванию личности. Кроме того, гражданам (за исключением работающих в религиозных организациях) не разрешают носить «культовую» одежду в общественных местах. Внутренними документами хиджаб запрещают в школах и вузах, от узбекских барышень требуют перевязывать платок иначе — с узелком на затылке.
Покров как маркер
Религиоведы говорят: проблема никаба в том, что для людей он становится своего рода маркером. Его ассоциируют не столько с исламом, сколько с исламским радикализмом. С ваххабитами. А уже их, в историческом контексте современной России, с террористами.
— Беслан, «Крокус», теракт в питерском метро, подрывы домов — это все ваххабиты, — говорит российский исламовед Роман Силантьев. — До начала СВО почти все теракты на территории России были ваххабитскими, за очень редким исключением. И именно ваххабитские женщины одевались в никабы, потому что у них в вероучении прописано, что не надо уподобляться в одежде неверным.
Собственно, этим и объясняется тот факт, что самыми решительными борцами с религиозной одеждой стали власти центральноазиатских стран. Да, с одной стороны, там еще помнят паранджу и бурки как норму жизни XIX века, но при этом — что важнее — знают ваххабизм «в лицо». Ваххабиты законы шариата признают выше государственных, а потому в Узбекистане, Таджикистане, Киргизии и Казахстане против него и сегодня ведут жесткую борьбу, признавая это течение как экстремистскую ересь.
3 июля муфтият Дагестана выпустил фетву, временно запрещающую ношение в республике никабов. Поводом для такого решения стали июньские теракты в Дагестане, когда погибли 22 человека, а один из террористов якобы пытался скрыться, нарядившись в никаб. В Координационном центре мусульман Северного Кавказа отметили, что никаб не является обязательным элементом женской одежды в исламе, а сейчас только вредит мусульманкам. Поскольку в некоторых странах и регионах его ассоциируют с религиозным радикализмом и фанатизмом, ученые-богословы могут рекомендовать отказаться от ношения никаба. Глава Дагестана Сергей Меликов выразил поддержку запрету, отметив, что с помощью никабов можно скрывать личность и прятать запрещенные предметы. Запрет на ношение никабов ввели также в Карачаево-Черкесии — он будет действовать «до устранения выявленных угроз и получения нового богословского заключения». На днях и Главное духовное управление мусульман Северной Осетии рекомендовало верующим отказаться от ношения никаба, пояснив, что полностью запретить его невозможно из‑за действующего закона о свободе совести и о религиозных объединениях.
Помимо интересов безопасности для таких решений властей (в том числе духовных) есть еще один аргумент: они демонстрируют, что находятся не на стороне радикалов, более других подверженных корртозии экстремизма.
Законопроект уже внесен
Глава Совета по правам человека Валерий Фадеев считает, что никабы в России должны быть запрещены. Он пообещал подробно обсудить этот вопрос с представителями традиционного ислама и региональных властей. А в Госдуму группой депутатов уже внесен законопроект, запрещающий ношение одежды, скрывающей лицо в общественных местах, из‑за чего человек не может быть идентифицирован камерами видеонаблюдения. Кроме того, документ предлагает предоставить муниципалитетам, субъектам РФ, а также школам право принимать решения о запрете ношения хиджабов в образовательных учреждениях.
Председатель Духовного управления мусульман (ДУМ) Татарстана Камиль Самигуллин заявил местному информагентству, что не считает этот вопрос для Татарстана актуальным: «Никабы в республике почти не носят, гораздо чаще женщин в никабе можно встретить в московском ГУМе, куда приходят туристы, в том числе и приезжие арабки».
А вот упоминание хиджаба в пояснительной записке к законопроекту главу ДУМ Татарстана обеспокоило: «Если хиджаб запретят к ношению в общественных местах и образовательных учреждениях, мы придем к тому, что девушки и женщины, соблюдающие религию, будут вынуждены сидеть в четырех стенах и перейти на домашнее обучение и работу на дому. Другими словами, мы ограничим права наших граждан на общедоступное образование и профессиональную самореализацию. Если нет ограничений на степень раздетости человека в общественном месте, если на откровенный, вульгарный стиль одежды в России нет никаких запретов, то и религиозная одежда должна оставаться правом и личным делом женщины», — резюмировал Самигуллин.
В конце июня в Махачкале женщина в никабе совершила кражу в магазине, его владельцы сделали объявление: «Обращаемся к женщине, которая украла в нашем магазине сумку. Мы не хотим вас опозорить на всю республику. И дело тут не в материальной составляющей. Из-за таких, как вы, у людей и формируется неправильное мнение о никабе». Кто‑то в комментариях к этому сообщению написал: «Так для того многие их и надевают, чтобы не нашли».
На вопрос о том, насколько актуальна сегодня тема запрета никабов, отвечает председатель Духовного управления мусульман Санкт-Петербурга и Северо-Западного региона России, настоятель Санкт-Петербургской соборной мечети Равиль Панчеев:
— Эта тема, с одной стороны, кажется сложной, с другой — ответить на вопрос достаточно легко. У нас тысячелетняя история, которую мы как‑то прожили без никабов. Одеяние — это атрибут определенной традиции, обычаев. Спросим себя: у нас это было или нет? Исходя из этого, решаем, соблюдать ли ее. Никаб — традиция, не относящаяся к нашей культуре. Она арабская. Ни в Российской империи, ни в Советском Союзе, ни на постсоветском пространстве у мусульман это не было принято. Когда женщина покрывает голову платком — это одно. Так делают и православные, входя в храм, и в исламе женщины соблюдают эту традицию. Но закрывать лицо настолько, что люди даже не знают, кто перед ними — мужчина или женщина…
Сейчас бывают ситуации, когда это одеяние примеряют люди, которые к исламу не имеют никакого отношения. Возможно, как дань моде. Конечно, это очень важный для общественного спокойствия момент. И с точки зрения безопасности проблема никабов действительно существует.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 136 (7712) от 25.07.2024 под заголовком «Кому без никаба никак?».
Комментарии