Неверие сдали в музей

Абрама ЮСФИН, Государственный музей истории религии, ввел вторую очередь. Звучит не слишком экспрессивно, так что расшифруем: огромная часть коллекции, закрытая на время переезда музея и ремонта здания на Почтамтской, 14, возвращается. Даже больше: скоро, на 75-летие ГМИР, мы увидим музей таким, каким не видели никогда. С оговоркой: «Если ничто не помешает»...

Неверие сдали в музей |

Надстройка, перестройка, ремонт

Три четверти века музею испол­нится в следующем году. Прав­да, сотрудники говорят, что только последние три года му­зей занимается тем, чем дол­жен, то есть, по словам Татья­ны Дмитриевой, заместителя директора по научной работе, «объективно, на научной осно­ве, с равным уважением пред­ставляет каждую религию на подлинных материалах».

Судите сами. С 1932 по 1985 год у мощного научного фунда­мента музея была тяжеловес­ная идеологическая надстрой­ка. Пример. Готовится выстав­ка православных икон, и третий секретарь Куйбышевского рай­кома умозаключает, какое ко­личество икон допустимо, что­бы экспозиция не считалась ре­лигиозной пропагандой. Дру­гой пример: куратор «сверху» недоволен, отчего это в райо­не, где располагается музей религии и — самое главное — атеизма, растет количество крещений?! Плохо работаете, товарищи.

Дальше. В перестройку были пожелания закрыть музей ко всем чертям за ту самую идео­логическую надстройку — ГМИР, наверное, спасло только то, что пропаганда пропаган­дой, но в основе экскурсий бы­ли все же объективные научные знания. Недаром изначально и до 1961 года музей находился в ведении Академии наук.

Затем было то, чего никому не пожелаешь: переезд. Гости го­рода, давно (или никогда до сей поры) не бывавшие в Ленингра­де, возможно, так и топают по ошибке в направлении Казан­ского собора: посмотреть «ка­меру пыток». Хотя раздел об ис­тории инквизиции, тот самый, который в народе на­зывают «пытошной», закрыли лет 30 назад (сейчас идет работа над его восстановле­нием и, так сказать, модернизацией — с учетом того, что со­временных граждан гораздо труднее при­вести в трепет).

При том, что на но­вый адрес нужно бы­ло перевезти 184 ты­сячи единиц хранения (и каждую «единицу» отдельно упаковать, затем распаковать, несколько раз пере­писать), музей не за­крылся ни на один день. Такой скромный подвиг.

Ислам — в первую очередь

Как нам пришлось заучивать но­вый адрес музея, так заново будем открывать для себя многие музей­ные коллекции, благо за время переезда и ремонта мы подзабы­ли, что имели и чего на время ока­зались лишены. А многое вообще появится в экспозиции впервые.

Прямо сейчас вовсю идет под­готовка к открытию раздела «Ис­лам»: работники музея сочли, что самое востребованное, самое актуальное — устранить пробелы в знаниях именно об этой рели­гии. И кто бы не согласился? За­лы готовятся к монтажу, экспона­ты отобраны и отреставрирова­ны. Вот-вот будут подведены ито­ги социологических исследова­ний — у людей спрашивали, что в исламе их больше всего инте­ресует. Опираясь на эти вопро­сы и будет составлена экскурсия. Раздел планируется открыть в конце этого года.

Далее на очереди — экспози­ции «Иудаизм», «Буддизм», по­том — разделы о даосизме, кон­фуцианстве, синтоизме.

Занятно: если разделы «Като­лицизм» и «Протестантизм» дав­но завершены и работают, то экс­позиция о православии еще толь­ко должна пополниться новой и, как обещают, чрезвычайно инте­ресной частью: выставкой «Со­временная церковь и государст­во в XX веке». Подробностей по­ка не раскрывают, но экспози­ция, основанная на документах (на которые, как известно, грех обижаться), покажет взаимоот­ношения советского государства и Православной церкви — как го­нения, так и сотрудничество.

Еще один из запланированных разделов — «Старообрядчест­во». Сейчас ему уделена только частичка в рассказе о правосла­вии, в будущем старообрядчест­ву отдадут отдельный зал.

Нейтральная светская площадка

Год назад, когда отмечалось 100-летие подписания Никола­ем II указа «Об укреплении начал веротерпимости» (согласно ко­торому «отпадение от право­ славной веры в другое христиан­ское исповеда­ние» более не под­лежало преследо­ванию, а буддис­тов, например, за­прещалось назы­вать язычниками), в музее в одном зале на «круглом столе» собрались священники — буддисты, протес­танты, католики, православные ба­тюшки, иудеи, му­сульмане. Зрели­ще было не из ординарных.

Музей становится нейтраль­ной светской площадкой, где возможен диалог людей разных религий и разных мировоззре­ний. Вот события только пос­леднего месяца: VIII городской историко-краеведческий кон­курс «Святыни Петербурга» (вместе с Дворцом творчества юных); приезд координаторов молодежной встречи в рамках саммита «большой восьмерки

(музей станет одной из площа­док); «круглый стол» вместе со школами и Советом по взаимо­действию музеев с государст­венными образовательными уч­реждениями (тема — «Воспита­ние толерантности у подраста­ющего поколения музейно-пе­дагогическими средствами»); еще один «круглый стол» — «Особенности преподавания религиоведения в светском ву­зе» — совместно с Инженерно­экономическим институтом.

Надо ли говорить, что музей — отличное место для лекций/ уроков по религиоведению и урок здесь проведут макси­мально тактично, с научным подходом. Иначе нельзя: одну и туже лекцию слушают атеисты, христиане, иудеи, мусульмане. Причем все они живут в одном городе, а город у нас такой, что едва ли не каждая скульптурная загогулина на старом здании — это символ, в том числе и рели­гиозный. И гораздо интереснее жить в этом городе, умея считы­вать эти символы.

Еще не проводилось исследо­вание, чем посетитель музея, скажем, 30-летней давности от­личается от нынешнего. Грамот­нее? Терпимее? Любознатель­нее? Экскурсоводы утверждают, что с посетителями по-прежне­му не соскучишься: как 30 лет на­зад некоторые интересовались: «А католичество — это что, тоже христианство?», — так и сейчас, бывает, спросят. И среди право­славных, истово верующих, по­стящихся, немало тех, кто ниче­гошеньки не знает об истории крещения Руси. Вера — одно, знание истории своей религии — другое. Но и тогда и сейчас в ГМИР приходят такие многозна­ющие посетители, с которыми экскурсовод с удовольствием погружается в какие угодно деб­ри религиоведения.

Единственный в мире

Самое потрясающее, что Музей истории религии — кажется, единственный в мире такого ранга институт. Казалось бы, что может быть логичнее: в лю­бом мегаполисе, где сплетена масса национальностей и рели­гий, устроить подобный музей

— просто в качестве терапии, вы понимаете. Логично-то ло­гично, но очень сложно: музей —     это не только идея, это и кол­лекция, и научный коллектив. В Глазго открылся подобный му­зей — опять же с целью позна­комить горожан разных конфес­сий друг с другом, но экспози­ция там состоит в основном из копий и ксерокопий. И открыл­ся тот музей лишь в 1990-х. Да, еще похожий музей есть в Тай­ване (с сильным акцентом на восточные религии), но он ро­дился и вовсе в начале 2000-х.

С такого уровня коллекциями и с 75-летней историей, да с ежегодным изданием научных трудов, да с экспедициями — это есть только в России, в Пе­тербурге.

Чем измерить работу сотруд­ников музея, многие из которых трудятся здесь всю жизнь за са­ми понимаете какую зарплату (сейчас — 3 — 6 тысяч рублей)? Если бы было возможно, каче­ство работы Музея истории ре­лигии измерялось бы тем, сколько представителей одной конфессии не оскорбили сло­вом или делом представителей другой конфессии. Только раз­ве это измеришь.

— Наш музей показывает лю­дям сущность религий, их осно­вы и предметный мир, — говорит Татьяна Дмитриева. — Потому что самое страшное — это когда не знают и боятся «чужого». На самом деле все религии решают одни и те же вопросы, которые делают осмысленной человечес­кую жизнь: для чего мы живем, как мы вписываемся в окружаю­щий мир, что с нами будет после смерти. И как я должен жить, что­бы выполнить свое предназначе­ние. А если сказать проще — мы пытаемся жителей нашего горо­да просто познакомить друг с другом.

«Ну что, вас закрывают?»

Все бы хорошо — одно подо­зрительно. О какой бы будущей выставке в музее ни рассказы­вали — обязательно оговарива­ются: «Если ничто не помеша­ет». Дело в том, что... Нет, это настолько невероятно, что на­зовем это неправдоподобным слухом... Так вот, сами сотруд­ники ГМИР услышали от коллег из других (!) музеев: «Ну что, вас закрывают?».

Насчет закрытия — это, конеч­но, перебор. Имеется в виду, что произойдет некое переподчинение ГМИР другому музею. Про­сто музейщики знают, что «переподчинение» — это зачастую «полузакрытие». Могут даже схе­му обозначить: один музей под­чиняют другому с официальной задачей «интенсифицировать музейную деятельность, увели­чить поток посетителей, расши­рить экспозицию»; затем денег на экспозицию не оказывается; потом благие намерения тихонь­ко забываются; новая экспози­ция не появляется, до обработ­ки фондов (которые в ГМИР ко­лоссальные) как-то руки не дохо­дят. Ну и все.

Зачем это нужно? В отсутствие информации делаются предполо­жения: поговаривают, что просто место, на котором сейчас нахо­дится музей, слишком соблазни­тельное. Здание и земля под ним принадлежат ГМИР, но в случае переподчинения этой землей бу­дет легче распоряжаться.

В Москве, в пресс-службе Федерального агентства по культуре и кинематографии, нам сказали, что информации об этом не имеется. Отлично, таки напишем: никаких сведе­ний на этот счет нет. Господа музейные работники! С чего бы это государству, затратив­шему больше 100 миллионов рублей на переезд и на ремонт здания на Почтамтской, тут же передумывать, причем имен­но в тот момент, когда музей начал возрождаться... Что за фантазии, ей-богу!


Материал был опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости»
№ 41 (3588) от 11 марта 2006 года.


#музей #история религии

Комментарии

Самое читаемое

#
#
Июнь — на лето плюнь? Каким будет первый месяц лета в Петербурге
01 Июня 2018

Июнь — на лето плюнь? Каким будет первый месяц лета в Петербурге

Если говорить о прошедшей весне в целом, то - грех жаловаться - впечатление от нее осталось замечательное. Правда, холодный март отсрочил приход весны и заставил горожан немало побурчать по этому пово...

Антарктида, Антарктика
09 Августа 2017

Антарктида, Антарктика

О том, что не расскажут фотографии, рассказали люди, которые работают непосредственно на Шестом континенте: сотрудники Полярной морской геологоразведочной экспедиции.

Мне, пожалуйста, немножко хуцпы
20 Июня 2017

Мне, пожалуйста, немножко хуцпы

В Тель-Авиве прошла крупная конференция стартапов. Было чему поучиться

Вам не в музей, а в Минобороны
06 Июня 2017

Вам не в музей, а в Минобороны

Во II конкурсе «Start-up СПбГУ» победили самоочищающиеся стены

Ты записался в кластер?
24 Мая 2017

Ты записался в кластер?

Более 550 предприятий Петербурга вошли в новые объединения

Умный Горный
05 Мая 2017

Умный Горный

Апрель, начавшийся Днем дурака, петербургские студенты завершили «Интеллектуадой вузов Санкт-Петербурга».

«Научных школ в России много»
27 Апреля 2017

«Научных школ в России много»

Большинство российских ученых, как я заметил, люди оседлые. Держат родные, друзья, жилье, а если ты руководитель — то и команда.