Главная городская газета

Гость редакции - Елена ТИХОМИРОВА

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Гость редакции

Юсиф Эйвазов: о любви, поклонниках и об оперном Олимпе

Сегодня Анна Нетребко и Юсиф Эйвазов единственный раз выступят на фестивале «Звезды белых ночей» в опере «Макбет» Верди. Читать полностью

Известный офтальмолог Петербурга: отслоение сетчатки лечится

О новейших технологиях в офтальмологии, о том, что полезно и что вредно для глаз, рассказывает читателям сегодняшний гость редакции доктор медицинских наук, профессор, директор Санкт-Петербургского филиала НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика Святослава Федорова» Эрнест БОЙКО. Читать полностью

Что откроешь в море документов. К юбилею государственной архивной службы России

Сегодня ведомство отмечает свое столетие. У нас в гостях - директор Российского государственного архива Военно-морского флота Валентин Смирнов. Читать полностью

В поисках затерянного Петербурга

Наш собеседник много лет занимался раскопками на Охтинском мысу, на котором располагался своего рода «праПетербург». Читать полностью

Песни вечной мерзлоты. Что ждет российскую Арктику?

Усилиями чиновников Cеверной столицы Петербург примерил на себя и корону главного города Арктики. Авансов выдано много, но до сих пор неясно, как именно Россия должна осваивать «севера» - строя в Заполярье города на века или довольствуясь вахтовыми поселками? Читать полностью

Юность, красота и дипломатия: Моника София Сорочинова из Словакии о жизни в России и борьбе за панславянский мир

Молодой и яркий дипломат, аспирант СПбГУ из Словакии Моника София Сорочинова в откровенном интервью рассказала нашей газете, почему Россия лучше Европы, как быстро выучить русский язык с помощью музыки и почему она не боится последствий за свою пророссийскую позицию. Беседу вёл Борис Грумбков. Читать полностью
Гость редакции - Елена ТИХОМИРОВА | ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

О чем забывать нельзя

Жителями блокадного Ленинграда сегодня являются 81 тысяча горожан. Из них в одноименную организацию входят 55 тысяч человек. Кроме того, в общество теперь принимают и потомков тех, у кого отец или мать были либо награждены медалью «За оборону Ленинграда», либо отмечены знаком «Жителю блокадного Ленинграда». Таких петербуржцев в организации пока около тысячи человек.


- Елена Сергеевна, не могу не напомнить, что статус жителя блокадного Ленинграда в свое время получали только те, кто прожил в осажденном городе не меньше четырех месяцев...

- Да, эта ситуация - наша боль. Мы, когда в 1989 году еще только создавали общество, «допрашивали» Ленгорисполком, на каком основании возникло это требование о четырех месяцах. Почему именно четыре, не три и не два? Внятного ответа так и не получили. И наши многократные попытки изменить ситуацию, которую мы считаем несправедливой, увы, так ни к чему и не привели. Все время наталкиваемся на один и тот же ответ: положение пересмотрено не будет.

Но разве это справедливо? Почему люди, рожденные в Ленинграде 27 сентября 1943 года, имеют статус жителя блокадного города, а те, кто появился на свет 28 сентября, - уже нет? А именно так получается, когда считают положенные четыре месяца до дня полного освобождения города от кольца. Та же самая ситуация с теми, кто находился в городе первые, самые тяжелые месяцы блокады, но был эвакуирован до 8 января 1942 года, то есть тоже, получается, прожил в нем меньше четырех месяцев...

Увы, по уставу, мы даже не можем принимать таких людей в нашу организацию. Но они создали свою собственную. Первоначально в нее входили полторы тысячи человек, а сейчас - около семисот.

- Ваше общество создавалось в свое время ради социальной защиты жителей блокадного Ленинграда и многие годы львиную долю времени отдавало именно этому...

- Все, что связано с социальным обслуживанием, медициной, лекарствами, с обеспечением жильем, льготами, постепенно отходит на второй план. По большому счету за прошедшие двадцать лет эти вопросы так или иначе были решены, хотя обеспечением лекарствами занимаемся и по сию пору. Второй (государственной) пенсии добились: с 2001 года ее стали получать награжденные медалью «За оборону Ленинграда», с 2007 года - отмеченные знаком «Жителю блокадного Ленинграда».

Теперь одно из главных направлений нашей работы - сохранение памяти о блокаде и битве за Ленинград, передача ее молодым поколениям, борьба против искажений исторических фактов и вообще против забвения, которое, увы, проявляется в самых разных формах. Лично меня, например, беспокоит то, что в тех местах, где сложили головы защитники нашего города, устраивают песчаные карьеры. В частности, такова ситуация у озера Барское. Там песок нередко извлекают вместе с останками воинов - поисковики это доказали.

Я объясняю чиновникам: если бы не эти бойцы, которые защитили Ленинград и чьи останки лежат там, где сейчас разрабатывают карьер, вас бы здесь просто не было! Люди смущаются, соглашаются, говорят: «Да, вы правы». Ну разве можно так потребительски относиться к местам, которые должны быть святыми? Недавно представители нашего общества побывали на Прохоровском поле - на огромном мемориале под открытым небом в тех местах, где происходило знаменитое танковое сражение. И нам было стыдно, что в нашем регионе нет памятника подобного масштаба.

Да, у нас немало мемориалов - «Синявинские высоты», «Невский пятачок»... Но все они достаточно скромные, на мой взгляд, не соответствующие величию совершенного в этих местах подвига. Так, может быть, там, где теперь добывают песок, создать масштабное поле воинской славы!?

В черте самого Петербурга, в Красносельском районе, есть Полежаевский парк, где проходит аллея Славы, и он тоже заслуживает того, чтобы превратить его в мемориальную зону. Ведь здесь шли жестокие кровопролитные бои до 17 - 23 сентября 1941 года, пока немцы не перешли к обороне. Отсюда началось и освобождение города от блокады в 1944-м...

Считаю, что нашему обществу нужно как можно теснее работать не только с комитетом по образованию, но и с комитетом по туризму. Почему бы не организовать масштабные многодневные маршруты по всему блокадному кольцу, Зеленому поясу Славы? В первую очередь для школьников. А также для тех, кто живет в городе и не знает по-настоящему его истории. Нам с этим, увы, приходится сталкиваться нередко. Люди порой не ориентируются ни в событиях, ни в их географии. И не представляют, что происходило в Марьине, а что - на Невском пятачке.

Кстати, с непониманием приходится сталкиваться на самом разном уровне. Его подчас демонстрируют даже достаточно знающие люди. К примеру, представители городской Топонимической комиссии. Они хотели переименовать улицу Юных Пионеров в Красном Селе. Им был совершенно правильно задан вопрос: «А что плохого вам сделали юные пионеры?». Они ведь были такими же участниками битвы за Ленинград, как и взрослые. Или это просто позиция комиссии - убрать с карты города все советские названия?

- Меньше чем через два года в нашем городе появится новый музей блокады, о котором сейчас много говорят. Каким вы его видите?

- Он не должен быть музеем страдания! Конечно, во время осады было все - и страдание, и подвиги, и низость. Не зря говорят, что человек проявляется именно в такие критические моменты.

В новом музее надо рассказывать не только о том, как выживали люди, но и о том, как город трудился, боролся. Отправлял оружие и боеприпасы под Москву, а потом под Сталинград. О заводах, предприятиях, транспорте, научных учреждениях, музеях, театрах, библиотеках, школах, госпиталях, детских домах и садах... Радио, МПВО, уборка города, его охрана, борьба со шпионами и диверсантами - все это тоже должно быть отражено. И, конечно, нельзя забыть Ленгорисполком, партийные органы власти, Военный совет Ленинградского фронта...

И я считаю, что это должен быть музей величия сражения за Ленинград. Вообще меня очень беспокоит, что у нас до сих пор недостаточно оценена сама битва за наш город. Упор в основном делается на блокаду. А ведь битва за Ленинград длилась ненамного меньше, чем вся Великая Отечественная война, - 1168 дней: если брать с 10 июля 1941 года, когда началось сражение на Лужском рубеже, до 19 сентября 1944 года, когда было подписано перемирие с Финляндией, означавшее полное прекращение боевых действий на Карельском перешейке и на Ладожском озере.

Мало кто знает, что последняя попытка воздушного налета на Ленинград была предпринята врагом уже после полного освобождения от блокады - в ночь на 4 апреля 1944 года. Тогда 35 бомбардировщиков двигались к Ленинграду со стороны Финляндии. Их обнаружили и к городу не пропустили. И только 30 апреля 1945 года вышло постановление Ленгорисполкома о снятии светомаскировки. За неделю до конца войны!

Очень важная тема, на мой взгляд, которая должна быть отражена в новом музее, - тесная связь жителей города с армией. Понятие «город-фронт» - это ведь отражение реального положения вещей. Знаю это по своей собственной семье. Когда началась война, мы жили в Автове: мой отец (он был начальником цеха на заводе имени Марти - ныне «Адмиралтейские верфи») за полтора года до начала войны получил квартиру на проспекте Стачек, 88. Это был самый последний дом, за ним город тогда заканчивался. Рядом - котлован, огороженный под будущую станцию метро.

В сентябре 1941 года мы оказались фактически в прифронтовой зоне - во второй линии обороны. Во дворе разместили военный госпиталь, встала полевая кухня. Нас там одно время даже кормили. В окнах нашей квартиры были установлены пулеметы. Но в один из октябрьских дней 1941 года нас просто посадили с вещами на грузовую машину и отправили на другой конец города - на Петроградскую сторону, где мы и провели всю блокаду...

- Вы говорили о том, каким вам видится новый музей. Может быть, подобную экспозицию можно было бы сделать в прежнем музее в Соляном городке?

- Очень жаль, что он так и не смог возродиться в полную силу... Мы столько раз обращались в Министерство обороны по поводу увеличения помещений для музея. Добились несколько лет назад, что ему добавили 430 метров. Мизер! Но даже обещанного не получили: помещение до сих пор не освобождено. Я одного не могу понять: неужели городу нельзя как-то договориться с военным ведомством, чтобы оно освободило помещения в Соляном городке, где прежде был музей? Неужели это оказывается невозможным?

Нам очень понравился вариант размещения нового музея, который нам предложили три года назад - возле СКК. Там рядом и библиотека «Музей книги блокадного города», и мемориал на бывшем кирпичном заводе в Московском парке Победы... Но не сложилось. А теперь кроме устройства площадки у Смольного фигурировали ведь и другие варианты. Например, есть пустующие ныне бывшие казармы Новочеркасского полка на Охте. Или Левашовский хлебозавод на Петроградской стороне.

В любом случае, когда появится новый музей, ни в коем случае не должны исчезнуть другие экспозиции, посвященные блокаде. У каждой из них своя история, своя тема. Как, например, «А музы не молчали» на Пряжке или Музей хлеба. Не надо сгребать все музеи в один новый. Пусть их будет много. Так память будет шире, доступнее и полнее. Но лично мне хотелось бы, чтобы главный музей остался все-таки в «намоленном месте» - в Соляном переулке.

- Елена Сергеевна, на ваш взгляд, появляются ли сейчас новые книги, художественные фильмы о блокаде, которые достаточно адекватно отражали бы то тяжелейшее время и тронули вас до глубины души?

- Признаться, я не очень слежу за этим. Но вот несколько лет назад обратила внимание на сериал о блокаде, по сюжету которого в осажденный город приехала иностранная журналистка... Не могло быть такого! Британец Александр Верт стал единственным, и то он смог добиться разрешения побывать здесь уже после прорыва блокады, в 1943-м.

Одним словом, с достоверностью и правдивостью у новых фильмов про блокаду большие проблемы. Печально, что молодежь воспринимает их как исторический факт. Поэтому-то нам и нужно как можно больше и чаще выступать в школах и рассказывать о том, как все было на самом деле. И мы по мере сил это делаем.

- До недавнего времени поэтическим голосом жителей блокадного Ленинграда был Анатолий Владимирович Молчанов. Увы, теперь его нет. Есть ли кто-то, кто подхватил его знамя?

- Для нас это невосполнимая утрата. Мы вообще считаем его в этой теме продолжателем Ольги Берггольц и Юрия Воронова. К сожалению, «второго Молчанова» сегодня нет. Тем не менее есть поэты, которые ярко и проникновенно пишут о блокаде. Я бы особенно выделила Людмилу Александровну Сербанову. Сама она родилась в 1943 году в осажденном Ленинграде.

Пока еще ее имя не очень известно, но ее произведения очень достойные. Не могу без слез читать ее стихи «Блокадной мамочке». Есть там и такие строки: «Я давно надеждою живу,// что верну долги за голод, мама... // Видишь, на могильную траву // положила каравай румяный». А какие порой трогательные стихи пишут о блокаде дети! Вот лишь для примера - отрывок из «Песни о блокадном хлебе» Веры Вересияновой, посвященной ее бабушке. «Кусок черствого хлеба // Держу я на ладони. // Тому назад полвека // Принес он много боли»... Эти стихи она написала несколько лет назад, когда училась в школе.

- В марте состоятся выборы президента страны. Представители старшего поколения, как всегда, наиболее активны и, без сомнения, в первых рядах придут на избирательные участки...

- Действительно, пойдем голосовать, потому что считаем, что в первую очередь нашей стране требуются спокойствие и стабильность. И нам нужен такой президент, который не будет вносить раскол в общество. Что тут говорить: еще много есть несправедливости, но жизнь все-таки меняется к лучшему. Главное, как говорится, чтобы не было войны. Самого страшного, что может быть на свете. И понимание этого должно объединить поколения.

Подготовил Сергей ГЛЕЗЕРОВ

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook