«...И Стрелки полуостровок»

«...И Стрелки полуостровок» |

Екатерина Великая провела здесь первую реновацию

Когда мы говорим «Стрелка Васильевского острова», то перед мысленным взором непременно возникает обширная гладь главной акватории Невы и под защитой Ростральных колонн - окруженная колоннами Биржа. Именно так - с заглавной буквы: не просто какая-то, а именно петербургская Биржа!

Это один из самых популярных открыточных видов Петербурга, один из символов северной столицы. Русский поэт Лев Мей, младший современник Пушкина, писал: «И Стрелка с Биржею, и все, что видит всякий, // Побывши в Питере во сне иль наяву...».

Однако к своему выверенному совершенству этот ансамбль пришел не сразу. С первых лет петербургской истории Стрелке придавалось ключевое значение в застройке петровского Парадиза, что диктовалось уникальным географическим положением этого мыса. Он рассекал полноводную реку на два рукава - Большую и Малую Неву. Здесь намечался центр рождающейся российской столицы, со всем набором приличных такому центру зданий.

Первый архитектор нашего города Доменико Трезини разработал проект комплексной застройки территории Стрелки. По этому проекту, среди прочего на берегу Малой Невы был построен Гостиный двор, от которого сейчас сохранился лишь небольшой «огрызок» (Тифлисская ул., 1). Возле Гостиного двора в сердце торговой жизни города естественным образом находилось место для заключения торговых сделок - биржа.

Время шло, и скромные строения петровского времени уже не отвечали тому величию, которого Российская империя достигла в последней трети XVIII столетия, в золотой век Екатерины II. Значительно расширилась торговля с зарубежными странами, в Петербург прибывало множество иностранных кораблей, и непрезентабельные здания перестали отвечать потребностям столичного порта. Императрица поручила проектирование и строительство нового здания для биржи недавно прибывшему в Петербург модному архитектору Джакомо Кваренги. Царский указ о строительстве биржи последовал на исходе 1781 года.

К этому времени Комиссия о каменном строении Санкт-Петербурга и Москвы разработала новый проект городской планировки (говоря современным языком, провела реновацию). Согласно проекту, на Стрелке началось устройство полукруглой площади с расходящимися от нее улицами-лучами, ведущими к набережным. Архитектору предоставлялась возможность заложить здесь краеугольный камень будущего ансамбля, от которого в дальнейшем можно было бы его наращивать.

Кваренги понимал градостроительную важность будущего здания, однако не придал бирже самостоятельного значения, поставив ее в линию с соседней Кунсткамерой. Он развернул шестиколонный портик не к «главной городской водной площади», а на Зимний дворец, тем самым продолжив традицию строить «единою фасадою».

Кваренги гордился своим творением, считал биржу одной из самых значительных построек в своей российской архитектурной практике. Он неоднократно дублировал чертежи, даже отправлял экземпляр в Италию архитектору Джанантонио Сельве. Кваренгиевская биржа, овальная в плане, была почти возведена под крышу, но затем брошена, поскольку государство «перекинуло» финансовый поток на русско-турецкую войну. Затем из года в год долгострой разрушался дождями и ветрами, а в 1804 году здание было разобрано, чтобы уступить место той самой Бирже, которая нам всем знакома.

Новое здание проектировал Жан-Франсуа Тома де Томон, сумев создать доминанту Стрелки Васильевского острова. Биржа, строившаяся в 1805 - 1816 годах, стала тем долгожданным краеугольным камнем, на котором держится весь ансамбль невской акватории. Мощная белоснежная непрерывная колоннада - мотив из древнегреческой архитектуры, где были популярны такие периптеры - сооружения, окруженные колоннами по всему периметру, как бы вставленные в колоннаду.

Тома де Томон не ограничился строительством здания на удачно выбранном месте, он решился подкорректировать ландшафт, отобрав у реки территорию для создания полукруглой площади перед Биржей. Насыпной мыс был выдвинут на сотню метров в акваторию - так образовалась знаменитая Стрелка. Ансамбль родился!

Спустя годы поэт Серебряного века Сергей Городецкий так описывал этот рукотворный мыс: «И белый ветер к белой ночи // Неву и Петроград вовлек, // Дворцы, расширившие очи, // И Стрелки полуостровок».

Сейчас трудно в это поверить, но в последние годы XIX века уникальный открыточный вид с акватории на Стрелку мог быть погублен: ровно напротив невского фасада Биржи хотели возвести концертный зал в формах набиравшего силу модерна. Ради этого предполагалось удлинить полукруглый мыс. Причина такого варварского, по нынешним представлениям, решения банальна: столичная земля дорожала стремительно, а река ведь не частное владение, потому отобрать у нее территорию можно, как писали тогда в газетах, «безо всякой затраты на приобретение земельного участка».

Концертный зал, сам по себе яркий новаторский проект, разработанный архитекторами Владимиром Чагиным и Василием Шене, значительно превосходил по размерам Биржу. Осуществись эта идея в натуре, созданный Тома де Томоном ансамбль был бы похоронен навек.

К счастью, главное отступило в этом случае перед частным, и на страницах архитектурной периодики в 1901 году была подведена черта: «Оказалось неудобным принести одну из лучших и красивейших местностей Петербурга в жертву хотя и полезному, но все-таки не первой необходимости учреждению».

Биржа доказала свою значимость, отбила своим совершенством попытку уничтожить уникальный ансамбль. Перед Первой мировой архитекторы Мариан Перетяткович и Федор Лидваль заменили старые своды здания железобетонными. После наводнения 1924 года архитектор Лев Ильин создал четкую геометрическую планировку полукруглого сквера перед Биржей, подчеркнув главную архитектурную ось ансамбля со стороны невской акватории.

Сейчас, как и прежде, «жемчужные шеренги» колонн, стараясь оттянуть взгляд от растущих за спиной Биржи рослых новостроек, создают ощущение торжественности и спокойного величия...

Александр ИВАНОВ

Комментарии