В искусстве глупо говорить о моде

Владимир Фирер | Фото Александра НИКОЛАЕВА/ИНТЕРПРЕСС

Фото Александра НИКОЛАЕВА/ИНТЕРПРЕСС

Владимира Фирера сравнивают с мастерами прошлого: он не только создает пространство спектакля, его фантазия рождает и костюмы, которые часто бывают настоящими арт-объектами. В этом легко убедиться, достаточно сходить на «Мизантропа» в Театре Комиссаржевской, на «Гамлета» в Театре им. Ленсовета или на спектакль «Финист Ясный Сокол», который почти четверть века считается одной из визитных карточек театра «Зазеркалье». Наш собеседник - заведующий кафедрой сценографии и сценического костюма РГИСИ.

- Владимир Ильич, в театральном мире вы славитесь как мастер эффектной сценографии-зрелища. Та же история и с костюмами. Не случайно недавнюю премию «Золотой софит» вы получили за роскошные костюмы к «Мизантропу» Григория Дитятковского.

- Да, сложился стереотип, что я занимаюсь только костюмированными спектаклями. Но все с тем же Гришей Дитятковским мы сделали в Театре Комиссаржевской «В осколках собственного счастья» по Жванецкому. Там нет ничего пышного и красочного. Это концепция. Или вот, к примеру, была у меня «Дама с камелиями» в «Приюте комедианта» - там вообще все персонажи, кроме главного героя, выходили в одинаковых костюмах. Это тоже концепция.

- Когда шли репетиции «Мизантропа», вы сказали, что огромная красная дверь, сценографическая доминанта, - это образ из вашего сна.

- Да, был такой сон. И, оказалось, его можно по-разному интерпретировать. Например, в спектакле «Потерянные в звездах» (наша первая с Дитятковским совместная работа) двери стали своего рода лабиринтом, где в броуновском движении кружатся герои спектакля... Есть вещи в искусстве, которые словами не объяснить, их можно выразить только эмоциями. Поэтому стараешься создавать эмоциональное пространство.

- 17 лет назад, когда тот спектакль появился на сцене театра «На Литейном», он многих шокировал. Но еще удивительнее, что за историю продавца презервативов высшего качества взялись вы с Дитятковским.

- Пьеса была ужасной, чудовищной пошлятиной! Я браться за нее не хотел, но мы встретились с Дитятковским, стали разговаривать про детство, про жизнь. И в итоге сделали очень романтичный, несмотря ни на что, спектакль. Гриша никогда не берется буквально переносить драматургию на сцену, он ее именно переосмысливает и практически каждую пьесу переписывает. Поэтому с ним так интересно работать. Вообще есть некая обойма режиссеров, с которыми постоянно сотрудничаешь, а есть те, которые тебя никогда не пригласят. Хотя случаются исключения.

- Вроде Юрия Бутусова с его «Гамлетом» в Театре имени Ленсовета? Этот спектакль принес вам «Золотой софит» за сценографию. И, кстати, вы номинируетесь на «Золотую маску». Не удивились его предложению?

- Честно говоря, до сих пор не понимаю, почему он меня позвал. Но если я могу, то соглашаюсь на все. Тем более что мне было интересно посмотреть, как работает Бутусов, понять его эстетику.

- Недавно в Театре марионеток им. Деммени прошла премьера «Спящей красавицы» с вашей сценографией. И это уже второе ваше вхождение в кукольный театр.

- В молодости я месяц или два работал в красноярском кукольном театре, даже какие-то куклы вырезал. Но тогда во мне это не отозвалось, а сейчас захотелось поработать и в этом жанре. Я делаю то, что мне интересно, а кукольный это театр, драматический или опера - меня уже мало волнует. «Спящая красавица» - сказка сама по себе простая, банальная, но все же и в ней можно найти что-то интересное для себя. Режиссер (Эдуард Гайдай, главный режиссер Театра им. Деммени. - Прим. ред.) придумал построить спектакль на ассоциациях со знаменитым балетом Чайковского, даже Николая Цискаридзе пригласили как эксперта. А для меня «Спящая красавица» - это прежде всего мирискусники, которые мне близки и которых я в какой-то степени по-своему трансформирую.

- Готический замок, витражи, яркие, сочные цвета, старинные часы, вроде пражских, в которых двигаются фигурки, - все это создано безо всякой сказочной условности.

- Сегодня дети растут на компьютерных играх, сделанных на основе достаточно серьезного изучения исторических материалов. Поэтому, мне кажется, именно такой - правдоподобный - театр современным детям и интересен.

- Вы, кажется, работали на всех площадках Петербурга. Но от каких-то предложений отказываетесь?

- Только от совсем не интересных. Наша жизнь слишком нестабильная, и все художники переживают, что будет завтра. Я помню, кажется, в году 2013-м у меня вообще ничего не было. Но помог мой ученик Анвар Гумаров, он «сосватал» меня к Александру Баргману, с которым мы и сделали тогда «Прикинь, что ты Бог». После этого тут же посыпались предложения...

- Анвар Гумаров - главный художник Театра Комиссаржевской. Вы в свое время занимали этот пост, но отказались от своего театрального «дома».

- Во-первых, театр уже давно перестал быть «театром-домом», очень редко где можно встретить «домашнюю» атмосферу. А во-вторых, именно потому, что у меня есть такой опыт, я понял, что мне очень сложно посвятить всю жизнь одному режиссеру, одному театру. Морально сложно.

- А вот ваш брат Олег не довольствуется только работой в израильском театре. Он занимается и скульптурой, и в городе Офаким стоит пятиметровый памятник, созданный Олегом Фирером к 60-летнему юбилею победы над фашизмом.

- Он много памятников сделал. Олег сумасшедший, все время что-то делает. В детстве мы спали с ним в одной комнате, и по ночам он сидел и долбил скульптуру из дерева. Я пытался заснуть при свете и шуме. И теперь могу спать в любых условиях.

- А почему вы занимаетесь только театром?

- Видите ли, я вырос в семье, где художники и мать, и отец, и брат. А я вообще-то футболистом хотел быть. Но, когда надо было определяться с профессией, я понял, что все равно придется идти по стопам родителей...

- Почему?

- Ну потому, что когда ты с шести лет в художественной школе, когда вокруг тебя только этот мир, очень трудно от него оторваться. Правда, после футбола я подумывал пойти на актерский. Но поскольку букву «р» не выговаривал, решил не рисковать. Но, чтобы все-таки не следовать слепо за родителями, решил пойти не на живопись, а на сценографию.

- Можно было пойти на режиссуру, там «р» не так важно.

- Нет, вот этим точно заниматься не хотелось - ни тогда, ни сейчас. Хотя после окончания института такие мысли возникали - это свойственно почти всем молодым сценографам.

- Почему?

- Поскольку нас так же учат, как и режиссеров, анализировать пьесы, мыслить мизансценами, то и возникает идея: не попробовать ли самому поставить спектакль? Но с актерами-то нас не учат работать, а это в театре, что бы в нем сегодня ни происходило, все равно самое главное.

- В европейском театре артист встраивается в придуманную конструкцию, драматургический сюжет строится по законам визуального искусства, и актер часто выступает в роли перформера.

- Да, и в принципе не важно, хороший актер на сцене или не очень. Наш артист готов кишки свои вытащить на сцене, а в европейском театре это никому не нужно. Скажем, есть Боб Уилсон, режиссер-визионер, он, кстати, художник по образованию. Боб придумал свой мир, свой театр, в котором актеру еще надо уметь существовать. И в итоге, на мой взгляд, у него совершенно не получились «Сказки Пушкина» в Театре наций, потому что актеры поставлены в такие условия, в которых им некомфортно. Наши актеры привыкли придумывать биографию своему герою, что он там пережил в детстве, что он ел сегодня на завтрак. А в «Сказках Пушкина» Боба Уилсона они лишь гротесковые маски.

- Можно вспомнить историю, связанную с другим спектаклем Театра наций, «Методом Грёнхольма». После премьеры к Сергею Чонишвили, который играл в том спектакле, подошел автор пьесы каталонец Жорди Гальсеран и сказал: «Я не подозревал, что из этой красивой интеллектуальной истории можно вытащить некую психофизиологию!». На что Сергей ответил: «Прости, дружище, но дело в том, что мы - русские артисты - не можем просто улыбнуться, поднять бровь и оценить ситуацию со стороны, мы должны прожить ее своими внутренностями».

- Вот поэтому я не понимаю людей, особенно художников, которые уезжают в другую страну. Да, там могут хорошо принять, даже полюбить, но все равно мы там - чужие, потому что мы не такие, как они. Мы иначе мыслим, у нас другая эмоциональная реакция. У них ко многому другой подход. Вот, например, у нас на технолога учился парень, который толком и рисовать-то не умел. Поехал в Париж, поступил в какую-то школу сценографов и считается там самым крутым, потому что рисует лучше всех. А все потому, что там, нет чтобы вначале выучиться ремеслу, они сразу начинают самовыражаться. У меня много лет назад была смешная история. Из Штатов приехал некий делец и стал собирать у наших художников работы, мол, там продам, вырученные деньги привезу. Я отдал работ 40 из тех, что не жалко потерять - неудачный рисунок костюма или рисунок, который начал, да бросил. В итоге делец всех обманул, деньги привез только мне и сказал: «Вы - классик. Я на базе ваших рисунков сделал музей классического театрального искусства в таком-то городе». Даже смешно...

- Классический театр - это конечно хорошо. Но время идет дальше. В своей театральной практике используете инновационные технологии?

- В какой-то мере да. Но, знаете, об инновационных технологиях в театре говорят много, а в итоге все сводится к видеопроекции. Причем зачастую этот прием используют как совершенно бессмысленную иллюстрацию: допустим, стоит артист и рассказывает про собаку, и на экране появляется эта самая собака. Другое дело метафизические работы греческого режиссера и художника Димитриса Папаиоанну (он, кстати, поставил церемонию открытия летних Олимпийских игр в Афинах) или нашего Глеба Фильштинского. Посмотрите, какую партитуру светового дизайна он придумал для балета «Золушка», все его мультимедийные решения соотносятся с движением танцовщика - не иллюстрируют его, а продолжают. Но опять же речь идет о мультимедиа. Остальные возможности высоких технологий в сценографии практически не используются.

- Почему? Ведь, когда открывалась Новая сцена Александринского, рассказывали об ее уникальных конструкторских решениях, благодаря которым у режиссеров есть 14 вариантов расположения сцены и зрителей, различные подъемно-опускные площадки и механизмы. Есть и вариант, при котором артист попадает на сцену с улицы...

- Столь же современна после ремонта и сцена БДТ. Все это прекрасно - и трансформация сценической площадки, и выстраивание на ней из отдельных блоков каких-то сооружений. Но спектакль с такой сложно сконструированной сценографией обречен на стационарность, его никогда не вывезут на гастроли - где найти подходящую площадку? И потом, где найти специалистов, которые будут управлять всеми этими инновационными технологиями?

- Но за сценографическими трендами следите?

- Благодаря Интернету, конечно, в курсе того, что происходит в мировом театре, но вот именно тренды меня мало волнуют. Тренды - это мода, а я не люблю моду. Мне кажется, в искусстве глупо говорить о моде. Вот Пикассо был модным художником или нет? Он делал то, что хотел, а дальше появлялись подражатели и превращали его поиски в «моду». Это по молодости хочется, чтобы все заметили: «Вот сейчас я что-нибудь модное сделаю». А потом плюешь на это все и делаешь то, что хочешь. Хороший художник находит свое лицо и как-то с ним живет...

...Я тут Эдуарду Степановичу Кочергину (главный художник БДТ. - Прим. ред.) пожаловался, что достал меня этот постмодернизм. А он мне так спокойно ответил: «Ничего. И это пройдет». И действительно, похоже, эпоха постмодернизма заканчивается.

- Чем же достал вас постмодернизм?

- Самодеятельностью своей. Ведь для постмодернизма не нужен профессионализм.

- Как постулировал один режиссер, очень востребованный: «Сегодня художник может не уметь рисовать, скульптор - ваять. Сегодня искусство идей, концепций». Перестаешь понимать, что стоит за этой концепцией: выстраданная идея или желание сделать «прикольно».

- Вот именно - «прикольно». Запросто в каком-нибудь спектакле по Островскому может возникнуть велосипед, и вокруг него наверчено всякого разного. А зачем, как это будет действовать на зрителя, никого не волнует... По-моему, просто раскрученная самодеятельность. Постмодернизм потому и возник, что театром стали заниматься непрофессионалы, люди, которые ничего не умеют. Конечно, они все отрицали, кричали, что это прошлый век, нафталин... Но, к счастью, все же это сходит на нет. Например, Александр Шишкин (сценограф, лауреат и неизменный номинант «Золотой маски». - Прим. ред.) начинал как постмодернист. Но последние спектакли демонстрируют его стремление к зрелищности. И Андрей Могучий, который начинал с чисто формальных вещей, пришел к другому театру, который ни в коем случае не назовешь самодеятельностью. Пожалуй, это естественный процесс.

- А что студенты вашей кафедры, будущие сценографы? За какой театр они?

- Честно говоря, не знаю. Сейчас мало студентов, которые идут к нам, потому что действительно хотят работать в театре. Я, например, хотел учиться именно в ленинградском театральном институте, потому что его выпускниками - Геннадием Опорковым, Ларисой Малеванной, Николаем Олялиным - был организован красноярский ТЮЗ, в котором я пропадал... А сейчас приходят абитуриенты, которые и в театре-то не были. И ладно бы только это. У них сознание новостроек, неважно каких - питерских, волгоградских или Ангарска. Потом у кого-то все-таки сознание меняется, а кто-то так и не влюбляется в это искусство. А кто-то и вовсе замуж выходит - сейчас одни женщины идут. Если на прошлом курсе было поровну мальчиков и девочек, то сейчас не пришел ни однин парень! Такого еще не было никогда. Не знаю, к чему это приведет...

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 018 (6371) от 01.02.2019.


Материалы рубрики

08 Февраля, 04:00
Марис Янсонс
18 Января, 05:30
Леонид Вайсберг
11 Января, 05:30
Владимир Крюков

Комментарии

Самое читаемое

#
#
Биатлону в Америке снова не повезло
12 Февраля 2019

Биатлону в Америке снова не повезло

Седьмой этап в канадском Кэнморе испортили морозы, а восьмой в американском Солт-Лейк-Сити под угрозой из-за сильной оттепели.

Петербургские кораблестроители получили заказ, не выполнявшийся с советских времен
28 Января 2019

Петербургские кораблестроители получили заказ, не выполнявшийся с советских времен

Они построят шесть крупных рыбопромысловых судов, способных работать во льдах.

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили  в Румынии – это дешевле»
22 Января 2019

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили в Румынии – это дешевле»

Народная артистка России празднует сегодня юбилей – 80 лет. Наш автор пообщался с актрисой.

Битва Петербурга и Ленобласти за выезд из Нового Мурино продолжается
21 Января 2019

Битва Петербурга и Ленобласти за выезд из Нового Мурино продолжается

Проект выезда из жилого комплекса уже готов, но план строительства утвердить пока не могут. Разбираемся, почему.

В Петербурге растет спрос на самостоятельные путешествия
15 Января 2019

В Петербурге растет спрос на самостоятельные путешествия

Гости Северной столицы не стремятся обращаться в турфирмы и экскурсионные бюро.

Индексация пенсий – с 1 января: примеры расчета
14 Января 2019

Индексация пенсий – с 1 января: примеры расчета

Если пенсионер хочет проверить, правильно ли ему увеличили сумму, не обсчитали ли, ему нужно размер своей пенсии умножить на 0,0705 (7,05%).

Кто прикрывал «черных лесорубов» в Ленобласти?
10 Января 2019

Кто прикрывал «черных лесорубов» в Ленобласти?

По версии следствия, на территории Ленобласти действовала преступная группа, специализировавшаяся на хищении и незаконном обороте древесины. Подробности расследования – в нашем материале.

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова
10 Января 2019

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова

Его учеников-актеров было так много, что из них в Ленинграде с нуля был создан новый театр – Молодежный, который жив и сегодня.

На полшага впереди. История «железнодорожного» подарка Сталину
26 Декабря 2018

На полшага впереди. История «железнодорожного» подарка Сталину

Огромное цветное панно «Поезд в пути», размером четыре на шесть метров, было преподнесено от работниц-активисток женсовета железнодорожного депо станции Шепетовка.

Дело табак. ЦБ РФ отозвал лицензии у двух банков
24 Декабря 2018

Дело табак. ЦБ РФ отозвал лицензии у двух банков

Организации не представляли невские берега, но их проблемы напрямую касаются Петербурга и Ленобласти.

Новгородцы взялись за ремесло. Экономические итоги года на Северо-Западе
21 Декабря 2018

Новгородцы взялись за ремесло. Экономические итоги года на Северо-Западе

Оценим информацию о социально-экономическом развитии 11 субъектов Северо-Западного федерального округа за минувший год.

Путиловский «мрамор». Строительное прошлое столицы империи
21 Декабря 2018

Путиловский «мрамор». Строительное прошлое столицы империи

Например, пудостский травертин использовался при строительстве Петропавловской крепости, царских дворцов в Петербурге и загородных резиденций.