Полсуток на посту: фотография времен Великой Отечественной сделала Ирину Пажинскую, милиционера-регулировщицу, знаменитой на всю страну

Этот снимок на Стрелке Васильевского острова военный фотокорреспондент Ленинградского отделения ТАСС Сигизмунд Кропивницкий сделал 7 июня 1943 года. В кадре — регулировщица Ирина Пажинская. И хотя в архиве семьи немало и других ее снимков, этот стал особенным. Именно с ним ее родные выходят каждый год на шествие «Бессмертного полка».

Полсуток на посту: фотография времен Великой Отечественной сделала Ирину Пажинскую, милиционера-регулировщицу, знаменитой на всю страну | Из коллекции РНБ/Репродукция автора

Из коллекции РНБ/Репродукция автора

— Ирина Александровна Пажинская — моя бабушка, — говорит Анастасия Шишлина. — Я ее очень хорошо помню, хотя нас разделяло расстояние: я с родителями жила в Москве, бабушка — в Ленинграде. Мы много раз звали ее переехать к нам, но она ни в какую: была верна родному городу. Мы все равно часто виделись: во время каникул либо она приезжала ко мне, либо я отправлялась в ее пятиэтажку на Гражданском проспекте. Не раз ко Дню Победы она выступала в нашей школе. Бабушка была вся в орденах, и я гордилась ею…

Судьба Ирины Пажинской была довольно типичной для всего ее поколения. Она родилась в 1918 году в Петрограде, ее мама была выпускницей Смольного института благородных девиц, отец — инженером в нынешнем «Ленэнерго» (в 1920‑х годах это был трест «Электроток»). До войны девушка работала на заводе «Светлана», одновременно училась на вечернем отделении электротехнического техникума при предприятии. Мечтала стать мастером на любимой «Светлане», но грянула война. Диплом об окончании техникума она получила через четыре дня после ее начала…

Вместе с другими участниками комсомольского отряда Ирина отправилась под Лугу на строительство противотанковых рвов и оборонительных сооружений. Вернулась и встала к станку, ведь «Светлана» перешла на выпуск продукции для нужд фронта. Первой блокадной зимой в ее дневнике появились строки: «Январь — умер отец… Февраль — умер брат Сережа, ученик 10‑го класса… Но надо жить! За жизнь бороться надо! Проклятым фрицам отомстить!».

В марте 1942‑го ее вызвали в Выборгский райком комсомола: «Милиции нужна помощь. Создается комсомольский полк по охране революционного порядка. Вы мобилизованы».

«Отныне нашим родным домом, — вспоминала Ирина Пажинская, — стала маленькая недостроенная парикмахерская на углу Сердобольской улицы и проспекта Карла Маркса (ныне Большой Сампсониевский. — Ред.). Притащили туда кровати, тумбочки, оборудовали печурку. Ничего, вроде бы жить можно… Нас, полуживых, голодных, страдающих от дистрофии, собрали вместе, дали понять, что мы нужны городу»…

Она говорила, что так и не могла забыть первое задание, которое было поручено отряду. Перед Первомаем 1942 года недалеко от железнодорожной станции Ланская загорелся хлебный ларек.

«Мы быстро организовали оцепление, начали тушить пожар, но это оказалось не так‑то просто, — рассказывала Пажинская. — И тогда ребята стали выбрасывать наружу полуобгоревшие буханки. Задыхались в дыму, некоторые получили ожоги, но никто не дрогнул. Знали одно: надо спасать хлеб!». Кроме того, из огня удалось вытащить документацию, которая затем стала основной уликой при расследовании: как оказалось, ларек подожгла его заведующая, чтобы скрыть хищение продуктов и денег…

Под руководством опытных сотрудников 19‑го отделения милиции участники отряда вели ночное патрулирование района, круглые сутки дежурили на Финляндском вокзале. В мае 1942‑го лучших бойцов отряда стали направлять на службу в милицию. Ирина попросилась в кавалерийский эскадрон — с детства мечтала ездить верхом. Однако начальство решило иначе, и девушку приняли в отдел по регулированию уличного движения (ОРУД).

Стоять на посту приходилось по 12 – 14 часов. Уставала так сильно, что после дежурства сразу же валилась с ног. Жила тогда Ирина в казарме на Карповке, поскольку родного дома на улице Петра Лаврова (нынешней Фурштатской) не стало: в него попала бомба.

С поста бегала греться в парикмахерскую. Мастер каждый раз любовался ею, а однажды предложил: «Давай из тебя сделаем неотразимую блондинку»… Регулировщица, похожая на любимицу публики актрису Людмилу Целиковскую, сыгравшую в музыкальных комедиях «Сердца четырех» и «Антон Иванович сердится», сразу же обращала на себя внимание водителей. Поравнявшись с нею, они приветствовали: «Здорово, мужичок с ноготок!». И в шутку советовали: «Крепче держись за свой жезл, а то не ровен час — ветром сдует».

В первое январское утро 1943 года Пажинская заступила на пост возле пересечения Лесного проспекта и Нижегородской улицы (ныне ул. Академика Лебедева). В восемь утра враг начал интенсивный обстрел района, снаряды попали в проходивший трамвай. Ирина бросилась на помощь и смогла вынести нескольких раненых, в том числе одного офицера. Он истекал кровью, и Ирина воспользовалась своим ремнем, как жгутом…

Через месяц девушку вызвал замначальника управления НКВД Ленинградской области Евгений Грушко, пожал руку и зачитал благодарность командования части, где служил спасенный офицер. «Спасибо, дочка! — обратился к девушке Грушко, — ты представлена к награждению орденом «Знак почета».

Когда выдавались свободные минуты, Ирина писала стихи. Удивительно, но в них зачастую не было трагизма, наоборот, весь мир представал совершенно в ином виде: «Каждый день в шинели синей // Я стою на перекрестке. // На деревьях дремлет иней, // Снег кругом рассыпал блестки»…

С будущим мужем, майором милиции Константином Паршиным, Ирина познакомилась во время службы в ОРУДе. В 1946 году они поженились. Родилась дочь Наталья. Ирина вернулась на «Светлану», без отрыва от производства окончила вечерний факультет ЛЭТИ и долгие годы возглавляла коллектив конструкторов любимого объединения. Была одним из создателей музеев «Светланы» и ленинградской милиции.

Несколько десятилетий ее блокадная тетрадь со стихами была семейной реликвией. Когда Ирины Александровны не стало, родные передали записи в музей милиции — ныне Культурный центр МВД на Харьковской улице. Тетрадь подписали: «Кое-­что о пережитом»…


Читайте также: 

Портрет на фоне танка. История героического подвига Ивана Ломакина

Крах немецкого блицкрига: летом 1941‑го его во многом обусловили танковые атаки Красной армии

#война #история #наследие

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 146 (8211) от 12.08.2026 под заголовком «Полсуток на посту».


Комментарии