В Музее Владимира Набокова работает выставка «Набоков. Лаборатория»
Экспозиция (12+) представляет работы 22 молодых петербургских художников. В течение нескольких месяцев они изучали собрание музея, знакомились с набоковским домом на Большой Морской, 47, читали стихотворения и прозу писателя.
ФОТО АВТОРА
Своеобразным эпиграфом, объединяющим произведения художников, куратор выставки Станислав Казимов выбрал рассказ Набокова «Посещение музея» (1938 г.). Его герой, зайдя в скромный провинциальный музей, оказывается в Ленинграде, где писатель, покинувший Петроград в 1917 году, никогда не был. В контексте выставки текст воспринимается как путешествие в обратном направлении. Точнее, художники, войдя из современного Петербурга в Музей Набокова, оказываются в пространстве его стихов и прозы.
Лев Давыдов поступает, что называется, «в лоб»: он печатает на бязи разными шрифтами известное стихотворение Набокова «С серого севера». Ровно через полвека после отъезда из Петербурга писатель вспоминал родовые усадьбы «Батово» и «Рождествено». Чуть усложняет образы Зина Кабачкова, создав набор слайдов, расписанных вручную. Они напоминают о том, что в детстве Набоков предпочитал смотреть не «волшебный фонарь», а сами стеклянные пластинки, где глаз мог едва уловить подробности. Такое пристальное внимание к деталям стало частью творческого метода писателя.
В том же направлении размышляла Лилия Ковалевская. Ее диптих «Память, говори», выполненный шелкографией на дереве, изображает пейзаж Выры, имитируя вид в стереоскопе. В мемуарах Набоков вспоминал об интересе к детскому стереоскопу, который давал возможность рассматривать детали.
Осмыслить биографию Набокова, жившего после 1917 года с постоянным ощущением утраты самого важного — чувства собственного дома, пытается Дарья Мазур в серии шелкографий на стекле «Между строк». Писатель говорил, что в его жизни был только один дом — тот, что на Большой Морской, 47. Изображения на стекле зыбкие, ускользающие: то появляется библиотека Набоковых, то сам писатель в зрелом возрасте, азартно ловящий сачком бабочек.
Наивно, но трогательно поступает Тася Любимова, автор текстильной инсталляции «Дом, где живут грезы». В мемуарах «Другие берега» Набоков вспоминал, что в его детском воображении эркер на втором этаже родительского дома становился корзиной воздушного шара, оконные переплеты — стропами, а снег, летящий вниз за окном, создавал иллюзию поднимающегося в небо шара. Любимова протягивает множество белых нитей по выставочному залу от окна к полу, где находится горный пейзаж. Как‑то Набоков заметил, что хочет умереть в горах, ловя бабочек.
Лучшая, на мой взгляд, работа принадлежит братьям Андреевым. Их интерактивная инсталляция называется «183/Жизнь на лету». У Набокова есть блестящее стихотворение «Ласточка», которое он сам высоко ценил. Начинается оно так: «Однажды мы под вечер оба // стояли на старом мосту». В тексте 183 знака. Авторы отпечатали столько же карточек с частью слов и сложили их в стопку, связанную с видеоэкраном. На нем скопировано изображение ласточки — фрагмент росписи в Зеленой гостиной Дома Набокова, где проходит выставка. Взяв такую открытку, каждый зритель становится участником действия. Чем меньше стопка, тем слабее изображение ласточки на экране. Авторы инсталляции не надеются, что, взяв открытку с собой, посетители ее вернут. Ласточка погаснет, но взявший карточку обязательно найдет полный текст стихотворения и прочитает его. Там всего 9 строк. Может быть, обратится к другим произведениям писателя. Ради этого задумывалась «Лаборатория».
Выставка открыта по 13 июня.
Читайте также:
В Шереметевском дворце открылась выставка «В мастерской театрального художника»
В музейно-выставочном комплексе «Манеж» открылась выставка «Русский императив»
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 84 (8149) от 15.05.2026 под заголовком «Ласточка на старом мосту».
Комментарии