Хореограф Ольга Пона: искренность в современном танце важнее техники
В рамках XXVIII международного фестиваля современного танца «Открытый взгляд»/Open Look был показан спектакль Челябинского театра современного балета «Письма. Упражнения в искренности» в хореографии художественного руководителя театра, заслуженной артистки РФ, дважды лауреата Национальной театральной премии «Золотая маска» Ольги ПОНА. С ней побеседовала обозреватель «Санкт-Петербургских ведомостей» Светлана РУХЛЯ.
ФОТО Светланы КОЖАРА/предоставлено Санкт-Петербургским домом танца «Каннон данс»
— Ольга, в вашем спектакле танцовщики работают и как драматические артисты, произносят большие текстовые фрагменты. Это первый опыт подобной работы?
— В каком‑то смысле первый. Я много работаю с текстом, но никогда еще не делала спектаклей, в которых бы так четко прослеживалась целостная история, несколько детективная, немножко зашифрованная, загадочная.
— Как она возникла?
— Обычно мне свойственен чистый танец, но очень многие зрители хотят понимания, причем понимания буквального. Поэтому я решила использовать в основе спектакля реальную историю, выраженную словами. Текст для спектакля написала драматург Ирина Васьковская.
— История вам помогала или мешала?
— Для меня было важно, чтобы текст и пластика шли самостоятельными линиями, так как я против иллюстрации, а четкая история таит в себе опасность ухода в иллюстративность, чего я всячески старалась избежать. В итоге удалось достичь взаимодействия между текстом и движением, я бы сказала, взаимодополнения, смешения.
— Я прочитала, что по первому образованию вы инженер. Воздействует ли как‑то на вас этот опыт?
— Конечно. Математическое мышление — это то, что остается навсегда. В школе и в институте моим любимым предметом была геометрия, моя инженерная специальность связана с черчением, и мои спектакли — это конструкции. Я их собираю, как конструктор.
— Вы не впервые на фестивале и как участник, и как зритель. Какое у вас ощущение от эволюции фестиваля, от эволюции современного танца?
— Я не могу сказать в целом о современном танце, это вопрос к теоретикам. Я вижу скорее многообразие путей, ведь каждый путь «завязан» на личности автора, его биографии, каких‑то жизненных перипетиях. Фестиваль помогает увидеть новое, так как ежегодно представляет срез современного танца минувшего театрального сезона. Само по себе умение держать на плаву такой масштабный проект без малого тридцать лет, по моему мнению, заслуживает восхищения.
— В какую сторону, на ваш взгляд, будет двигаться современный танец — в психологию или в совершенствование телесных практик и техник?
— Эти процессы идут параллельно и очень удачно. Важна погруженность, концентрация и собственно энергетика присутствия артиста на сцене. «Танцевальные машины» никому не интересны и никому не нужны ни в балете, ни в современном танце. Нужны погруженные, умные, глубокие исполнители.
— А как вы добиваетесь от танцовщиков погружения?
— Я пользуюсь этюдным методом — из удачных этюдов конструируется будущий спектакль. Репетиции идут непредсказуемо: иногда ты ни на что не рассчитываешь, просто даешь какое‑то задание танцовщикам, а на выходе оно «выстреливает». Появляется ощущение, что день прожит не зря: найден нужный пазл. Что‑то неожиданное может получиться из любого этюдного задания…
— Есть что‑то, что вам категорически не нравится в современном танце?
— Не думаю. Если человек высказывается именно так, значит, именно так он видит и чувствует, мое дело всматриваться, вслушиваться и попытаться понять его и принять.
— Что, на ваш взгляд, главное в современном танце?
— Человек. Современный танец — элемент большого театрального поля, он включает в себя художественные средства многих искусств и, как любой вид театрального творчества, интересуется человеком. Цель — обнажить внутреннюю суть человека через пластику. Техника, включающая акробатическую подготовку, ценна, но она ничего не стоит без искренности. Любой спектакль интересен правдой, только тогда он вызывает эмоцию, рефлексию, побуждает думать о нем и остается в памяти.
— В Челябинске любят современный танец?
— Наш театр работает как лаборатория и как резиденция. За 35 лет мы воспитали аудиторию и имеем своего зрителя.
Читайте также:
В Петербурге завершился 28‑й по счету Международный фестиваль современного танца
Александринский театр отметил 270 лет со дня основания и открыл свой 271‑й сезон
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 162 (8227) от 03.09.2026 под заголовком «Я собираю спектакли, как конструктор».