К чему привела жажда перемен: в Аргентине «розовую волну» сменил крайне правый поворот

К прошедшему 19 ноября в Аргентине второму туру президентских выборов интерес и внимание были проявлены далеко не только в Латинской Америке. Избрание главой страны либертарианского, крайне правого деятеля Хавьера Милея, безусловно, открывает новую страницу в истории этого государства.

К чему привела жажда перемен: в Аргентине «розовую волну» сменил крайне правый поворот | ФОТО Angelica Reyes on Unsplash

ФОТО Angelica Reyes on Unsplash

«Больной человек» Латинской Америки

Когда‑то, правда, уже давно, более века назад, Аргентина относилась к числу самых благополучных стран Латинской Америки, эмигрировать в которую желали сотни тысяч жителей гораздо менее богатых на тот момент южноевропейских государств. Сегодня же, по мнению французского политолога Жан-Жака Курляндски, аргентинское общество представляет собой «больного человека» в этом регионе.

Всеобщие выборы 2023 года проходили в стране на фоне глубокого и многолетнего экономического кризиса. По сути, кризисные тенденции в социальной и экономической областях в Аргентине доминируют с середины прошлого десятилетия. Последние годы растет уровень бедности, превысивший уже 40 % населения республики. Инфляция в настоящее время достигает 130 – 145 % в год, а девальвация национальной валюты — песо — с начала текущего года достигла чуть ли не 200 %.

При этом Аргентина входит в число десяти самых крупных по территории государств. У страны есть гид­роресурсы, она также исторически славится своими высококачественными аграрными продуктами. Конечно, на нынешнюю негативную ситуацию повлиял и ряд объективных факторов: в Аргентине имел место один из наиболее жестких на континенте антиковидных локдаунов, в результате чего значительная часть трудящихся были на месяцы выключены из производственного процесса; республику в последние несколько лет поразила волна сильных засух; рост цен на энергоносители в мире также отрицательно сказался на состоянии хозяйства страны.

Но «больной» аргентинская экономика и финансовая система стали не из‑за этого. Взрывной рост национальной экономики в начале тысячелетия привел к тому, что власти страны перешли на весьма экспансивную валютную политику. Завышенные общественные расходы и социальные прог­раммы осуществлялись на фоне безостановочной эмиссии новых денег и регулярных внешних займов у Международного валютного фонда (МВФ) и прочих кредиторов. К примеру, при правоцент­ристской администрации Маурисио Макри в конце прошлого десятилетия МВФ оказал пакет помощи на 44 млрд долларов, правда, за принятие правительством мер «строгой экономии». На фоне всех этих процессов значительная часть малого и среднего бизнеса ушла в «тень», а налоговые поступления государства и региональных органов власти стали катастрофически сокращаться. Так что феномен Хавьера Милея возник совсем не случайно…

Борьба не на жизнь, а на смерть

Если в большинстве южноамериканских стран в последние годы имели место тенденции нового левого (или «розового») поворота, то в Аргентине как раз наблюдался противоположный процесс. Дело в том, что большую часть уже скоро завершающейся первой четверти XXI века страной управляют перонисты, персонифицированные в именах бывших президентов Нестора и Кристины Киршнер. Оба этих политика (Кристина, на момент выборов вице-президент, является вдовой Нестора) принадлежат к левоперонистскому направлению, связанному с рабочим и профсоюзным движением и выступающему за щедрую социальную политику и большие государственные расходы.

Но если такая в целом левоцент­ристская политика пользовалась в первом десятилетии XXI века очень высоким уровнем одобрения в обществе, то в условиях галопирующей инфляции, увеличения числа бедных в обществе, регулярного роста потребительских цен и т. д. неоперонистский курс стал вызывать у аргентинцев все больше сомнений. Итоги региональных выборов последних лет однозначно показывали, что проправительственный блок теряет своих сторонников. В этой ситуации перонисты даже сделали ставку на выдвижение в президенты от широкого левоцентристского блока «Союз за республику» (СР) политика не из рядов своей (Хустисиалистской) партии, а министра экономики и лидера центристского Фронта обновления Серхио Массы.

Если на предыдущих выборах основным соперником перонистов и их партнеров были силы правого центра — альянс «Вместе за изменение», в котором основную роль играет консервативная партия «Рес­публиканское предложение» (РП) и социал-либеральный Гражданский радикальный союз, — то сегодня на роль ведущей оппозиции вышли иные силы. Дело в том, что четырехлетнее правление правоцентристов в 2015 – 2019 гг. не принесло аргентинской экономике улучшения, а еще больше обострило сущест­вующие в обществе социальные проблемы и одновременно привело к увеличению внешней задолженности.

В итоге Аргентина не выпала из общего южноамериканского тренда и присоединилась к группе стран (Бразилия, Перу, Чили), в которых на ведущее место в правом движении вышли откровенно праворадикальные тенденции. И, разумеется, это случилось в ситуации резко ухудшающейся социально-экономической обстановки при явно неудачном управлении действующей власти. Именно таким образом на праймериз весной 2023 г. (а в Аргентине участие в первичных выборах избирателей обязательно) больше всех голосов граждан получил крайне правый экономист и писатель Хавьер Милей, представляющий Либертарианскую партию и коалицию «Свобода наступает». Вряд ли в нормальной ситуации такую поддержку в стране мог получить политик, который призывает к ликвидации Центробанка и долларизации финансовой системы, открыто заявляет, что «государство — это враг», призывает к тотальной приватизации и т. д.

Есть ли угроза многосторонней дипломатии?

Для внешнеполитической ориентации правительств, возглавляемых политическими наследниками Хуана Доминго Перона, в последние два десятилетия был характерен курс на приверженность принципам суверенизма и многосторонней дипломатии. На официальном уровне Буэнос-Айрес поддерживал миротворческую активность ООН, одновременно участвуя в таких структурах многосторонней дипломатии, как Группа 77 и G 20.

Принципиально выступая за демократизацию международных экономических отношений, Аргентина особое внимание уделяла именно латиноамериканскому направлению, принимая деятельное участие в работе различных региональных межгосударственных организаций в Латинской и Южной Америке. Причем наиболее близкие отношения у Аргентины вплоть до настоящего времени складываются как раз с теми странами региона, которые возглавляются левыми политиками, например, с Бразилией и Мексикой. Правда, в годы работы правоцентристского правительства Макри Буэнос-Айрес заметно сблизился по внешнеполитическим вопросам с США и Евросоюзом.

При действующем президенте Альберто Фернандесе Аргентина старалась соблюдать внешнеполитический баланс в духе постулатов неоперонизма. Большое внимание уделялось развитию разнообразных взаимоотношений с Китаем, который в первой четверти XXI века превратился в одного из ведущих торговых партнеров Буэнос-Айреса. По многим вопросам мировой политики имеются сходства в позициях этих двух стран. Также важное место отводится развитию взаимоотношений со странами Юга, в частности с Индией.

Во время визита в Москву в прошлом году Фернандес квалифицировал аргентино-российские взаимоотношения как «братские». Наша страна оказала в 2020 – 2021 гг. далекой Аргентине серьезную помощь с поставкой антикоронавирусных вакцин. Двухстороннее взаимодействие происходит также в сферах железнодорожной инфраструктуры, электроэнергетики, газовой промышленности. В целом по разным мировым проблемам Москва и Буэнос-Айрес имеют достаточно схожие позиции.

В этих условиях резко идеологизированная кампания крайне правого кандидата Хавьера Милея затронула и внешнеполитическое направление. Во время предвыборной кампании Милей сделал немало заявлений, идущих вразрез с международной линией действующих властей республики. Да, можно согласиться с точкой зрения профессора СПбГУ Виктора Хейфеца о том, что «внешнеполитическая программа Милея представляет собой полную кашу». И все же его кредо в международной сфере проглядывает вполне явственно: политическая и экономическая ориентация на Соединенные Штаты, разрыв дружественных связей с левыми правительствами в Латинской Америке, выход из общего рынка южноамериканских стран МЕРКОСУР, отказ от тесных политико-экономических контактов с Китаем, пересмотр решения о вступлении в БРИКС, перенос посольства Аргентины в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим… Очевидно, что тут мы имеем дело с ясно выраженной праворадикальной внешнеполитической повесткой.

Триумф либертарианца

Первый тур всеобщих выборов в Аргентине 22 октября принес несколько неожиданные результаты. На первое место с 36,8 % голосов вырвался представитель «коалиции власти» Серхио Масса, а Хавьер Милей чуть недобрал 30 % голосов. Кроме того, список СР с 34,2 % голосов оказался на первом месте и при голосовании в палату депутатов — нижнюю палату национального конгресса. Тут можно отметить, что перонисты и их левые союзники мобилизовали максимум своей избирательной базы, но факт остается фактом: несмотря на тяжелую социально-экономическую ситуацию в стране, хустисиалисты и их партнеры в целом сохраняют в обществе немалую поддержку.

С другой стороны, октябрьское голосование показало, что все же большая часть аргентинского общества жаждет перемен и смены курса. Третье место бывшего министра безопасности Патрисии Буллрич (она набрала в октябре 23,8 % голосов), представлявшей РП и блок «Вместе за изменение», дало Милею шанс на итоговую победу. Тем более что Буллрич вскоре после первого тура президентских выборов открыто заявила о своей поддержке кандидатуры Милея во втором туре.

Стратегия неоперонистов заключалась в том, чтобы максимально демонизировать образ 53‑летнего Хавьера Милея, показав обществу, сколь опасны и радикальны его призывы. При этом собственно правительственная работа Серхио Массы вряд ли могла привлечь поддержку дополнительных избирателей. Вот почему его медиаактивность между первым и вторым турами была на высоком уровне, но это не помогло. 19 ноября поборник «анархокапитализма» Милей одержал над действующим министром экономики уверенную победу, набрав 55,7 % голосов во втором туре президентских выборов. В паре с Милеем на пост вице-президента баллотировалась Виктория Виль­ярруэль, юрист, известная тем, что выступала защитницей бывших деятелей военных хунт, обвиняемых в различных преступлениях.

Очевидно, что Аргентина вступает в новый период своей истории. Хавьер Милей относится к числу антисистемных политиков, и одной из им же заявленных целей был тезис о необходимости нанести поражение неоперонизму и социализму. Однако его коалиция получила всего 35 мандатов из «разыгрывавшихся» 130 мест в 257‑местной палате депутатов. Это говорит о том, что ради создания дееспособного правительства Милею просто необходимо расширить свою базу парламентской поддержки. Это можно будет сделать за счет правоцент­ристов, но ведь в ответ придется смягчить свои позиции по разным вопросам.

В любом случае итоги выборов в республике показывают, что на недавнюю «розовую волну» в Латинской Америке есть и свой крайне правый поворот, примером которого и выступила сейчас Аргентина. Объединяющий левые силы Латинской Америки Форум Сан-Паулу назвал итоги голосования в этой стране «черным днем для всего региона». Но вряд ли бы он стал возможным, если бы аргентинские левоцентристы, находясь у власти, проводили более грамотную и эффективную внутреннюю политику…


#Аргентина #выборы #политика

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 222 (7551) от 24.11.2023 под заголовком «К чему привела жажда перемен».


Комментарии