Не растратить жизнь на суету

Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий | ФОТО Санкт-Петербургская митрополия

ФОТО Санкт-Петербургская митрополия

Гость редакции — митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий.

В сентябре 2014 года «Санкт-Петербургские ведомости» стали первой городской газетой, которой новый митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий (Судаков) дал обстоятельное интервью. За десять лет в нашей жизни изменилось многое: она стала «быстрее», более зависимой от технологий и гаджетов, да и сам мир в последнее время глобально трансформируется, по‑новому осознавая себя… А что при этом происходит с жизнью духовной, церковной? Об этом мы поговорили с митрополитом накануне десятой годовщины пребывания его на петербургской кафедре.

— Владыка, весной 2014 года, к моменту вашего назначения в Петербург, в епархии насчитывалось 198 приходов и 661 клирик. В сентябре 2014‑го, как следует из интервью, которое вы дали «СПб ведомостям», в епархии действовало более 200 приходов и четыре монастыря. Как изменилась епархия к сегодняшнему дню?

— За прошедшее десятилетие в нашей епархии открылся 91 приход, так что теперь их почти триста. Это происходило без всякой специально заявленной программы. Число храмов увеличилось почти в полтора раза. Соответственно, и численность духовенства выросла. В клире епархии сегодня состоят 934 священнослужителя. Благочиннических округов стало на восемь больше. 19 благочиний сформированы по территориальному признаку (они равны городским районам) и шесть — по виду деятельности: военное, тюремное, социальное, вузовское, монастырское и ритуальное. Монастырей в епархии теперь шесть — три мужских и три женских. Три монастыря находятся в черте города — это Александро-Невская лавра, Новодевичий женский монастырь, Троице-Сергиева Приморская пустынь. В Ленинградской области расположены три монастыря — Константино-Еленинский женский, Староладожский Успенский девичий и Староладожский Никольский мужской.

Во всех направлениях работы нашей епархии — молодежной, социальной, духовно-просветительской, катехизационной — есть устойчивое развитие.

Увеличилось число воскресных школ, хотя они есть еще не везде. Множатся молодежные объединения и волонтерские проекты — например, епархиальная молодежная добровольческая служба «Тысяча друзей». При многих храмах организованы сестричества милосердия. Женщины разных возрастов отдают свои силы, тепло, заботу, трудясь в хосписе, больницах и госпиталях. Особенно их деятельность стала востребована после начала СВО. Открылся епархиальный Центр милосердия имени праведного Иоанна Кронштадтского с благотворительной столовой, парикмахерской и вещевым складом. Появились два новых «Автобуса милосердия», в одном из которых нуждающимся людям оказывают не только продуктовую и вещевую помощь, но и первую медицинскую. Школа приемных родителей содействует устройству в приемные семьи детей с ограниченными возможностями здоровья. Успешно работают специальные центры по реабилитации нарко- и алкоголезависимых людей.

Несколько исторических храмов, которые в советские годы были заняты нецерковными учреждениями, вернулись к своему прямому предназначению — быть домом молитвы ко Господу. Это Сампсониевский и Воскресенский Смольный соборы, Благовещенский храм Александро-Невской лавры. Из небытия воссоздан прекрасный храм Рождества Христова на Песках. Многие храмы, пострадавшие в годы безбожия, прошли или проходят реставрацию.

Десять лет — не такой уж большой срок. И надеюсь, мы сможем продвинуться еще дальше в главном нашем деле — приведении людей ко Христу, деятельном милосердии.

— Десять лет назад вы говорили о том, что у нас очевиден дефицит храмов (особенно в «спальных» микрорайонах — приходских вместимостью 100 – 150 человек) и что району с населением 150 тысяч жителей требуется как минимум 15 храмов. Каково соотношение теперь в Петербурге?

— Храмы строятся, но пока их, конечно, недостаточно для новых районов. В воскресные и праздничные дни в них собираются немало прихожан, порой бывает даже тесновато. С одной стороны, это радует: люди стремятся к молитве, к участию в таинствах. С другой — понятно, что для густозаселенных новых районов по‑прежнему актуальна проблема нехватки храмов «шаговой доступности».

Вот, к примеру, в Приморском благочинии насчитывается 16 приходов, пять храмов на стадии строительства. Но если сравнить с населением Приморского района, которое приближается к 600 тысячам человек, то ясно, что дефицит новых храмов тут остается и их должно быть как минимум вдвое больше. Это касается и других «спальных» районов.

Основная проблема — в сложнос­ти выделения участков под строительство при уже утвержденных планах городской застройки. К сожалению, план городского развития до сих пор не учитывает, что наряду с жилыми и социальными объектами — школами, поликлиниками, магазинами, спортивными площадками — нужны и храмы, дающие возможность горожанам вести духовную жизнь.

— Как движется процесс восстановления, возрождения ранее разрушенных храмов и строительства новых?

— Сейчас в Петербурге реставрируются 23 храма — памятника культурного наследия, из них 14 — за счет городского бюджета, шесть — из федерального, три — на средства благотворителей.

Очень помогает с реставрацией исторических храмов Фонд содействия восстановлению объектов истории и культуры в Санкт-Петербурге. С их помощью восстановлен храм Святой Троицы на Октябрьской набережной — бывшая киновия Александро-Невской лавры. Фонд включился в реставрацию храма иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость (с грошиками)» на проспекте Обуховской Обороны — сейчас там работы уже на завершающем этапе. Также они взялись за восстановление разрушенной Борисоглебской церкви на Синопской набережной. Уже прошли все согласования с городом, разработан макет, проведены археологические раскопки, во время которых удалось установить точные границы фундамента.

Продвигается реставрация интерьеров Воскресенского Смольного собора. Отреставрированы фасады храма иконы Божией Матери «Милующая» в Галерной гавани, сейчас продолжаются работы внутри него. Надеемся, что удастся подготовить храм к Великому освящению уже в этом году.

В 2023‑м под строительство храмов было выделено два земельных участка, еще четыре находятся в стадии оформления — мы надеемся, что в ближайшее время епархия их также получит. Это не вполне соответствует нашим запросам, но мы с благодарностью принимаем то, что нам выделяют, продолжаем искать подходящие места и обращаться с просьбами к городской власти. В стадии строительства сейчас 30 храмов.

— Иногда против строительства (возрождения) церквей протестуют местные жители. Пример — храм Рождества Христова на Песках: его заново отстроили, несмотря на возражения граждан, которые привыкли выгуливать в скверике собак… Изменилось ли, по‑вашему, отношение горожан к процессу храмостроительства за последние годы?

— То, что мы наблюдали в городе раньше в связи с возрождением или строительством нового храма, это попытки небольшой группы людей влиять на общественное мнение через социальные сети и некоторые СМИ. Во многом отношение горожан к храмостроительству формировали люди с «протестным мировоззрением», враждебно настроенные к Церкви и всему, что она несет в мир: вере и верности идеалам, служению ближнему, общинности, защите многодетной семьи и традиционным ценностям. Практика показывает, что, как только священник и актив прихода спокойно, доб­рожелательно начинают общаться с местными жителями, разъяснять позицию, оказывается, что не так уж и много реально протестующих против строительства храма. На­оборот: когда рядом с возведенной церковью появляется благо­устроенная территория, скамейки, иногда детская площадка, устраивается цветник, для всех очевидно, что храм становится точкой притяжения, украшением микрорайона.

Кстати, и с наполненностью храмов, несмотря на все разговоры — «зачем столько строить», — все хорошо. Новые храмы не стоят пустыми. А в истории с церковью Рождества Христова на Песках по завершении строительства случился разворот на 180 градусов: те, кто протестовал против его возрождения на историческом месте, пришли потом к настоятелю, извинялись и благодарили, оценив возрожденную красоту этой церкви. Многие стали верными прихожанами. Сейчас в этом храме создается музей, куда жители приносят свидетельства о венчании здесь своих прабабушек-прадедушек и иконы, чудом сохранившиеся в годы лихолетья и блокады.

Так что в последние два года, когда антицерковное и протестное влияние на информационную повестку изменилось, мы чувствуем спокойное и позитивное отношение горожан к храмостроительству.

— Как складывается взаимодействие со светскими властями Петербурга? Есть ли взаимопонимание, чувствуете ли поддержку?

— Конструктивные, доброжелательные отношения сложились у епархии с органами исполнительной и законодательной властей на разных уровнях. С губернатором города Александром Дмитриевичем Бегловым мы нередко напрямую обсуждаем общественно значимые вопросы. Так было и во время пандемии, и в дни подготовки больших государственно-церковных праздников, и важных событий, которые касаются жизни города и горожан.

Ведь во многих аспектах деятельности наши цели совпадают. Это прежде всего помощь ближнему в трудных жизненных обстоятельствах, милосердное служение, сохранение и укрепление того, что принято называть традиционными ценностями. А это значит — приоритет духовного над материальным, крепкая семья, высокие нравственные ориентиры. Все то, что было ясно обозначено в ноябрьском указе президента Российской Федерации 2022 года «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей».

Как пример соработничества светской и духовной властей можно указать проект помощи Санкт-Петербургской епархии храмам Мариуполя. Когда наши города стали побратимами, было решено поддержать братьев и сестер на освобожденной территории. Не только молитвой, но и необходимыми там богослужебными предметами, литературой, облачениями, разно­образной церковной утварью. В сборе помощи для пострадавших храмов Мариуполя участвовали многие приходы Петербурга, верующие благотворители. Доставить же этот большой груз до адресатов в Мариуполе нам помогал председатель ЗакСа Александр Николаевич Бельский и его коллеги. Благодаря совместным усилиям епархии и петербургского парламента мариупольские храмы получили значимую поддержку для восстановления полноценной богослужебной жизни. Это только один из примеров нашего взаимодействия, где мы чувствуем и взаимопонимание, и поддержку властей Петербурга.

— В 2020 – 2021 годах Петербург, как и вся страна (да и весь мир), испытал невиданные ранее потрясения: коронавирус кардинально изменил жизнь людей. Как пандемийные ограничения пережила Церковь, верующие? Как было перенастроено служение и организована помощь тем, кто в ней более других нуждался?

— В храмах Петербурга были приняты беспрецедентные меры по профилактике инфекции — вплоть до закрытия церквей для верующих. Это была вынужденная мера и очень тяжелое испытание для людей, которые не представляют свою жизнь без церковной молитвы и причащения. Для многих это не привычка, а потребность души. Духовенство епархии продолжало служение ежедневно, правда, за закрытыми дверями, в абсолютно пустых храмах. Особенно остро звенящая пустота ощущалась в больших соборах… Самые важные недели Великого поста, Пасху, Светлую седмицу мы встретили в пустых храмах, и это было по‑настоящему тяжело.

Очень долго не могли достигнуть какого‑то компромисса с лечебными учреждениями по поводу возможности присутствия священника для духовного утешения больных. Но в итоге мы в епархии создали отдельный «спецотряд» из священников социального отдела, которые прошли инструктаж у врачей, получили защитные костюмы и могли навещать больных — как дома, так и в больницах.

Многие храмы в период пандемии начали интернет-трансляции богослужений. Это была временная и вынужденная мера. Интернет-формат дал прихожанам возможность почувствовать себя сопричастными церковной жизни, укрепил в домашней молитве, позволил не чувствовать себя одинокими и оторванными от своего прихода. Сейчас некоторые храмы продолжают трансляции богослужений и других приходских мероприятий в качестве миссионерского опыта. Но главное, что это испытание уже позади и верующие еще больше ценят возможность личного участия в богослужениях.

— В 2014‑м по вашему благословению в Петербурге был создан Координационный центр по противодействию наркомании и алкоголизму. Как вы оцениваете его работу? Острота проблемы зависимостей в нашем обществе за последние годы снизилась или, наоборот, возросла?

— Вот уже десять лет сотрудники центра оказывают высокопрофессиональную помощь нарко- и алкоголезависимым, а ­также ВИЧ-инфицированным людям. Священники, профессиональные психологи, волонтеры и энтузиасты дают зависимым надежду и возможность обрести точку опоры для выздоровления и возвращения к своему первозданному образу Божиего творения. Работа ведется непрерывно, охват с каждым годом расширяется.

В самом начале работы координационного центра основной сферой его деятельности была реабилитация страждущих от зависимостей и их возвращение в общество. Сейчас появилось новое направление — работа с созависимыми людьми, то есть родственниками зависимых. Например, в программе реабилитации «Фавор» еженедельно психологическую помощь получают более 500 родственников страждущих от алкоголя и наркотиков.

В этом году запущен новый обучающий проект — школа консультантов «Фавор», благодаря которому дополнительное профильное образование получат более 180 человек. Отсутствие доступных бесплатных обучающих ресурсов не позволяет энтузиастам, несущим служение в этой области, получать качественное образование и реализовывать свое желание помогать. Для восполнения этих пробелов в знаниях, дальнейшего профессионального развития и был создан курс, базирующийся на многолетнем практическом опыте оказания такой помощи. Этот проект поможет не только повысить уровень знаний и профессиональной подготовки в разных областях работы с зависимыми и созависимыми, но и расширит границы общего взаимодействия в нелегком деле оказания помощи страждущим и их близким.

К сожалению, в любое кризисное и неспокойное время вопрос зависимостей встает острее — и так не только в нашей митрополии, но и по всей России. Несмотря на масштабные усилия правительства, Церкви и общественных организаций, наркомания и алкоголизм по‑прежнему остаются серьезными проблемами, разрушающими общест­во изнутри. Важно продолжать работу по просвещению, профилактике и лечению зависимостей, давая заблудшим душам надежду на новую жизнь во Христе.

— Миссионерский отдел епархии недавно организовал образовательный семинар «Сектантство и современность». Как вы оцениваете остроту этой проблемы в нашем регионе в настоящий момент? Секты активизировались и риски оказаться в их сетях у людей возросли или, напротив, наше общество «повзрослело»?

— Дело в том, что каждый человек имеет врожденное желание богообщения, и если он оказывается не в Христовой церкви, если он не умеет различать опасных «духов» современности, он становится легкой добычей для опасных культов. Я считаю, в нашем регионе в целом общество является образованным, культурным. И когда у человека появляются духовные запросы, он знает, куда пойти, — в его родной духовный Дом, Православную церковь, в которой он был крещен и получил базовые нравственные ценности и ориентиры.

Последние пять лет сектантство несколько изменилось: стало меньше структурных форм, как было в 1990‑е и 2000‑е, но из‑за усиления общей интернет-зависимости активизировались проповедники нетрадиционной религиозности через блогосферу. Сектантские идеи транслируются через «инфоцыганство», тренинги личностного роста и различные формы неоязычества. Так что человек незаметно для себя становится носителем всякого рода оккультных, эзотерических, восточных и псевдонаучных идей, согласно которым определяет свою духовную и физическую жизнь.

Для любого человека важно не потерять свою связь с Богом, не растратить дар жизни на суету, а укреплять свою веру и совершать дела милосердия и любви.



Материалы рубрики

19 апреля, 11:13
Алексей АРАНОВИЧ
12 апреля, 10:44
Ольга КРЫЛОВА
28 марта, 15:45
Борис САЛОВ
15 марта, 15:08
Олег БЕЛЫЙ

Комментарии