Главная городская газета

«Парламентская революция» во Франции

Свежие материалы Политика

Война «обзывалок»

Словесная баталия между Трампом и Кимом будоражит умы и воображение мировой общественности Читать полностью

Зачем Эрдогану российский «зонтик»

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что его страна внесла задаток за приобретаемые у России зенитно-ракетные системы С-400.

Читать полностью

Голоса потеряли, власть не отдали

Норвежские Консерваторы и правые популисты останутся на плаву.

Читать полностью

Депутатские «подарки» бюрократам

Принятие законопроекта, устанавливающего административную ответственность за воспрепятствование депутатской деятельности.

Читать полностью

Семья Нетаньяху под лупой

Генеральный прокурор Израиля Авихай Мандельблит уведомил супругу премьер-министра страны Сару Нетаньяху о намерении передать в суд обвинительное заключение против нее.

Читать полностью

Будут ли миротворцы в Донбассе?

Заявление российского президента, который на пресс-конференции по итогам саммита БРИКС высказался за использование миротворцев ООН в зоне конфликта в Донбассе, стало неожиданностью для сообщества политологов и СМИ.

Читать полностью
Реклама
«Парламентская революция» во Франции | Иллюстрация Veniamin Kraskov/shutterstock.com

Иллюстрация Veniamin Kraskov/shutterstock.com

Результаты законодательных выборов 11 и 18 июня во Франции показали, что избиратели дали президенту Эммануэлю Макрону шанс на осуществление его политики с помощью парламентского большинства. Центристы одержали убедительную победу.

Поворот к центризму

Когда в 2016 году, незадолго до вступления в президентскую гонку, Эммануэль Макрон опубликовал книгу с весьма красноречивым названием «Революция», мало кто в кругах французской политической элиты предполагал, что именно «феномен Макрона» так резко изменит соотношение политических сил в стране. Однако и президентские, и парламентские выборы в первой половине этого года четко показали: избиратели устали от ведущих системных партий.

После всеобщих выборов пять лет назад две самые влиятельные партии Пятой республики - социалисты и «Союз за народное движение» (сегодня «Республиканцы») - имели поддержку 57% избирателей и в совокупности располагали более чем 470 мандатами в 577-местной нижней палате парламента страны - национальном собрании. После второго тура нынешних парламентских выборов у бывших «гегемонов» французской политики осталось менее 150 мандатов. Это лишь подтверждает точку зрения многих экспертов о том, что политическая система страны переживает не лучшие времена. Да и сам новый глава государства открыто признает: «Франция больна».

Победа Эммануэля Макрона на президентских выборах стала прелюдией успеха и на последовавших за ними выборах парламента. Наверное, не будет преувеличением сказать, что граждане провели на избирательных участках своего рода «парламентскую революцию», обновив в итоге три четверти национального собрания. Около 60% из тех действующих депутатов, кто вновь баллотировался в июне 2017-го, проиграли в своих одномандатных округах.

Именно центристы стали главными победителями на этих выборах. В первом туре созданное Макроном всего год с небольшим назад движение (сегодня оно называется «Вперед, Республика!») в союзе с партией «Демократическое движение» намного опередили все остальные политические силы, набрав 32,3% голосов. Во втором туре за кандидатов-центристов отдали голоса уже почти половина избирателей. В итоге если в 2012 г. в национальное собрание были избраны от силы 20 центристских депутатов, то сейчас президентское большинство будет контролировать свыше 60% мандатов - оно получило 350 мест. При этом по списку большинства в парламент избраны преимущественно новые люди средних лет, ранее не имевшие политического опыта и связанные, как правило, с гражданским обществом. В то же самое время следует отметить, что этот триумф центризма произошел на фоне массового абсентеизма французских избирателей. И в первом, и во втором турах выборов на избирательные участки явились менее половины зарегистрированных избирателей.

Провал социалистов

Вспоминая довольное выражение лица Франсуа Олланда в день инаугурации Эммануэля Макрона, можно было сделать вывод, что он ушел из Елисейского дворца победителем. Очевидно, в глубине души экс-президент чувствовал определенное удовлетворение: социал-либеральный политик Макрон из всех кандидатов в президенты республики был наиболее политически близок к Олланду. Между тем Социалистическая партия (СП), от которой пять лет назад и был избран президентом Олланд, потерпела унизительное поражение, самое тяжелое в своей истории.

То, что социалисты проиграют, было ясно задолго до выборов. После 1981 года, когда они первый раз с Франсуа Миттераном пришли к власти, СП никогда не одерживала повторной победы на следующих выборах. Но неудача неудаче рознь. Проиграть можно по-разному. На сей раз социалисты испытали то, что во Франции называют «Березиной» - по имени пограничной реки, от которой Наполеон бежал в Париж, бросив остатки своей армии после провального похода в Россию.

Если после парламентских выборов 2012 года у СП и союзников было абсолютное большинство (социалисты провели тогда в национальное собрание 280 парламентариев), то после июньских выборов в нижней палате парламента остались всего 29 социалистов. Также резко сократилось число парламентариев от союзных СП левых реформистских партий - экологистов и Левой радикальной партии.

Впервые с 1970-х гг. СП уже не является самой популярной левой партией Франции. Набрав с союзниками менее 10% голосов в первом туре, левоцентристы пропустили вперед по числу поданных голосов левопопулистское движение «Непокоренная Франция». Это движение возглавляет популярный у левого электората Жан-Люк Меланшон, сам избравшийся в марсельском округе в парламент. Сразу после парламентских выборов он предупредил центристов: «Я информирую новую власть, что ни одного метра площадки социального пространства ему не будет уступлено без борьбы».

Да, у радикальных левых парламентское представительство уступает даже социалистам: «Непокоренная Франция» и французская Компартия располагают отныне вместе 27 мандатами. И в то же самое время Макрону и его команде не стоит недооценивать левую оппозицию: она все еще располагает реальной социальной базой, способной организовать сопротивление социал-либеральным реформам.

Надежды правых рассеялись

Если провал левоцентристов был предсказуем задолго до голосования, то неудача на президентских и парламентских выборах правой оппозиции выглядит более неожиданно. Дело не только в том, что с 1981 года благодаря практике «политического чередования» левые силы сменяли правых, и наоборот. На всех «промежуточных» выборах в 2014 - 2015 гг. (европейских, департаментских и региональных) за партии правого спектра во Франции голосовали, как правило, около 50% избирателей, а то и больше. При этом крайне правый Национальный фронт (НФ) опережал другие партии по полученным голосам, а ведущая парламентская оппозиционная партия «Республиканцы» завоевывала больше мандатов.

Еще полгода назад опросы общественного мнения показывали, что во втором туре президентских выборов сойдутся кандидаты НФ и «Республиканцев». Крайне правые надеялись затем получить на выборах в национальное собрание не менее 120 депутатских мандатов, а правоцентристы мечтали об абсолютном большинстве. Одновременно эти партии вели жесткую борьбу друг с другом за влияние и гегемонию на правом фланге. Но «фактор Макрона» спутал им все карты. Медиакампания против Франсуа Фийона выбила этого консервативного политика из президентской гонки в первом туре выборов, после чего правоцентристы во имя «республиканской дисциплины» поддержали Макрона во втором туре. На парламентских выборах по сравнению с 2012 г. они понесли существенные потери, набрав лишь 21,6% голосов. Да, «Республиканцы» остались ведущей парламентской оппозиционной партией, но если пять лет назад у их предшественников в нижней палате было 194 мандата, то на этих выборах партия сохранила лишь 113.

Лидеры НФ в свою очередь тоже вряд ли могут испытывать удовлетворение. Конечно, в 2012 г. националисты провели в парламент всего двух представителей, на сей раз это число выросло в четыре раза. Но в первом туре парламентских выборов за партию Марин Ле Пен отдали голоса лишь 13,2% избирателей, что принесло НФ третье место, тогда как в апреле в первом туре президентских выборов за Ле Пен голосовали 21,3% избирателей. Иными словами, значительная часть избирателей крайне правых (как, впрочем, и радикальных левых) просто решили проигнорировать законодательные выборы.

В то же время июньские выборы вновь подтвердили: французское общество остается преимущественно правым. Ведь за партии этой традиции в целом голосовали более 35% избирателей.

Какие реформы ждать Пятой республике?

Макрон и его движение шли на президентские и парламентские выборы с достаточно расплывчатой программой, но при этом сумели убедить миллионы избирателей в том, что именно их «прогрессистский» проект способен вывести страну из системного кризиса. После 18 июня в руках центристов находится исполнительная власть и нижняя палата парламента. Скорее всего, президентское большинство на деле будет располагать даже более чем 350 мандатами - уже после выборов о своем желании конструктивно работать с правительством заявили некоторые депутаты, прошедшие в национальное собрание как социалисты или «республиканцы».

На недавней встрече с Терезой Мэй Эммануэль Макрон вновь подтвердил, что одним из важнейших направлений деятельности исполнительной власти будет антитеррористическая повестка. Новый французский президент обещает бороться за ликвидацию «подрывных» контентов в мире Интернета, обезопасить Всемирную паутину от терроризма и укрепить межгосударственную кооперацию в деле противостояния этому мировому злу.

Пожалуй, самой непростой задачей для Макрона и созданного им правительства является реформирование трудового закона, на принятии которого он настаивал еще будучи министром экономики при Олланде. Сейчас же власть желает под лозунгами о преодолении безработицы (а она охватывает во Франции почти каждого десятого) еще больше реформировать национальный КЗОТ, либерализовать рынок труда и облегчить возможности работодателей при найме и увольнении сотрудников. Против этих нововведений настроена не только левая оппозиция, но и традиционно несговорчивое профсоюзное движение.

Очевидно, что о реальном уровне поддержки политики центристской власти можно будет говорить уже осенью, когда наступающие летние политические каникулы закончатся, и новый хозяин Елисейского дворца и его соратники во власти, судя по всему, столкнутся с «двойной» оппозицией. Исходящей как слева, так и справа.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook