Куда пойдет Узбекистан?

Уход из жизни любого национального лидера - повод для размышлений о дальнейших перспективах страны. И уж тем более если этот политик находился у власти не одно десятилетие. Стоит ли удивляться, что недавняя кончина президента Узбекистана Ислама Каримова, занимавшего пост главы государства целую четверть века, вызвала в экспертном сообществе настоящую бурю эмоций, оценок прошлого и прогнозов на ближайшее будущее Ташкента.

Куда пойдет Узбекистан?  |

Итоги эпохи Каримова

Доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ Геворг Мирзаян на сайте «Эксперт online» констатирует, что Каримов сумел сохранить страну в крайне непростых условиях. «У всех его действий имелись вполне вменяемые мотивы, соответствующие логике региона, - отмечает эксперт. - Восстание в Андижане в мае 2005 года ведь отнюдь не было пацифистским маршем с челобитной к султану. Погромщики тогда захватили тюрьму, убивали «силовиков», захватывали оружие и заложников. По сути, речь шла об узбекском майдане, последствия которого для страны были бы весьма печальными, а возможно, и катастрофичными. И у Ислама Каримова в отличие от Виктора Януковича хватило духу применить силу. Каримов жестко боролся с радикалами, он не допустил возникновения очага терроризма в своей стране. И в этом отношении он, конечно, был нашим полезным партнером».

«Что же касается его внутренней политики, то Каримов не стал узбекским Назарбаевым и не собирался строить в стране гражданское общество, - резюмирует политолог. - Однако можно ли его винить в этом? Казахстан находился в относительно тепличных условиях, окруженный стабильными государствами, и мог себе позволить эксперименты. У Узбекистана же стабильность была лишь на казахской границе и на юго-востоке, где находится отшельнический туркменский султанат. На юге соседом был Афганистан, на западе - бурлящий Таджикистан с абсолютно непредсказуемым Рахмоном (который делает все возможное для социального взрыва в своей стране) и хронически нестабильная Киргизия с ее гордыми кланами. В этой ситуации играть в демократию и другие опасные игры Каримов не рискнул».

Кто станет преемником?

Как пишет «Московский комсомолец», после Ислама Каримова в Ташкенте больше нет исполинской фигуры, которой море по колено и которая ни с кем не боится затеять громкую ссору. С одной стороны, это может иметь положительные последствия. Сложный характер и болезненное самолюбие президента привели к тому, что Узбекистан почти со всеми соседями поссорился и фактически самоизолировался.

Среди возможных преемников Ислама Каримова фигурировали имена первого вице-премьера Рустама Азимова и руководителя главной спецслужбы страны (службы национальной безопасности) Рустама Иноятова. «Больше всего шансов занять ташкентский «трон» у второго лица в официальной узбекской иерархии - 59-летнего премьер-министра Узбекистана Шавката Мирзияева, возглавляющего правительство с 2003 года», - написал эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов в своем Facebook. Добавим, что именно Мирзияев возглавил комиссию по организации похорон президента.

«Если власть наследует Мирзияев, то, скорее всего, Ташкенту не избежать серьезного усиления российского влияния, что вовсе не означает, однако, нового возвращения Узбекистана в лоно ОДКБ или его вступления в ЕАЭС. Это будет отвечать скорее интересам прагматичным, нежели политическим», - предполагает политолог, добавляя, что наследникам Каримова понадобится реальная поддержка, и в Москве на нее вряд ли поскупятся. «Прозападный крен нового поколения узбекской элиты при этом вовсе не исключен, но резкие повороты в настроениях не свойственны политике Ташкента, это может стать делом будущего», - предупреждает Дубнов.

Директор по международным проектам Института национальной стратегии России Юрий Солозобов уверен, что узбекская элита умеет договариваться, и она заинтересована в том, чтобы решать вопросы кулуарно, без каких-либо внешних сил, будь то Россия, Китай или США. По его мнению, Москва сейчас должна занять сдержанную, выжидательную позицию, не пытаясь повлиять на выбор преемника, но при этом продолжать озвучивать все выгоды политической и экономической интеграции Узбекистана с Россией. В отличие от Дубнова премьер-министра Шавката Мирзияева эксперт считает «скорее прокитайским, чем пророссийским» политиком. «И без того сильные экономические позиции Пекина в Узбекистане еще более укрепятся в случае его вступления на президентский пост», - утверждает Солозобов. Эксперт также сомневается, что в Узбекистане возможен «азербайджанский сценарий». «Вряд ли на выбор преемника как-то влияет семья Каримова, в частности, его жена и две дочери», - утверждает Солозобов на страницах интернет-издания «Взгляд».

Ташкентский «ключ» для Москвы

«Мы привыкли, что нашими основными партнерами на постсоветском пространстве являются Белоруссия и Казахстан, - констатирует в интервью «Аргументам и фактам» политолог Олег Матвейчев. - Но исторически материальный и духовный центр для нас - все-таки Узбекистан. У него есть несомненные плюсы. Во-первых, эта страна в отличие от многих других имеет 700-летнюю традицию государственности. Во-вторых, за постсоветский период Узбекистан проделал огромный путь. Население выросло на треть и составляет сегодня свыше 30 млн человек. Это крупнейший рынок. Кроме того, у страны есть хорошая собственная армия в отличие от многих партнеров (Киргизии, Таджикистана и т. д.). Узбекистан граничит со всеми среднеазиатскими государствами. В этом смысле партнерство с ним - некий «ключ» ко всей Центральной Азии. Третий момент - экономика. Это государство стремилось все делать своими собственными силами, развивать отрасль сельского хозяйства (хлопок, овощеводство, выращивание фруктов). Причем они построили огромное количество холодильников, для того чтобы продавать продукцию круглогодично и стать крупными поставщиками. В качестве рынка сбыта, безусловно, рассматривалась Россия».

«Узбекистан, спрыгнув с «хлопковой иглы», диверсифицировал свою экономику и находится сегодня на пороге довольно мощного рывка, - продолжает Матвейчев. - В качестве партнера ему долгое время виделся Китай с его дешевыми технологиями. Ташкент проводил модернизацию своих производств за счет китайской продукции. Сейчас из-за падения рубля наши машины и технологии составили конкуренцию китайским. Они стали если не дешевле, то лучше по качеству. В узбекской элите есть тренд быть с Россией, сотрудничать с ней. Это удобно, потому что они знают наш язык, понимают наш менталитет, плюс дешевизна товара и его качество. Они активно ждут наших инвесторов для большой программы продажи предприятий».

«Узбекистан - стратегически важный регион для России, с помощью которого можно контролировать ситуацию на границах, связанную с исламским терроризмом и поступлением наркотиков. Как через горлышко, она контролируется там. Поэтому сейчас мы все внимательно наблюдаем, как там развивается ситуация. Не думаю, что она будет драматичной», - рассуждает первый заместитель председателя Комитета по международным делам Госдумы Леонид Калашников. По его словам, все, кто будет влиять на выбор нового главы государства, находятся в одной команде - бывшей президентской. «Будет мягкая передача власти с учетом интересов всех элитных групп. Скорее всего, они между собой договорятся. Не думаю, что будут какие-то драматические события: борьба элит, расстрелы... Предпосылок для этого нет», - считает Калашников.

«Отношения «силовиков» с коллегами из РФ и других стран ОДКБ позитивно рабочие, так что можно надеяться, что хуже как минимум быть не должно, - поясняет «Эксперту online» глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович. - К тому же «силовики» лучше гарантируют стабильность, а для Москвы это приоритет. Любая нестабильность или социальный взрыв в Узбекистане, который может по принципу домино распространиться на весь регион, грозит нам проблемами почище украинских. Среди них, в частности, резкий наплыв беженцев из республик Центральной Азии, разрыв экономических связей, остановка процесса евразийской интеграции. В перечне возможных последствий также резкое усиление в регионе радикальных исламских идей с их постепенной миграцией в российское Поволжье и на Кавказ и в целом резкая деградация и без того не очень продвинутых центральноазиатских обществ».

«Есть еще военный аспект, - напоминает Геворг Мирзаян. - Даже без учета обязательств в рамках ОДКБ, предусматривающих отражение внешней агрессии, по соглашению между Узбекистаном и Россией Кремль может направить войска на помощь действующему легитимному режиму для преодоления внутренних сложностей. И в случае заварушки в Узбекистане придется решать соответствующий заведомо трудный вопрос».

«Я думаю, узбекская элита полностью договорится между собой о том, кто будет новым царем, ханом или эмиром, - заключает Олег Матвейчев. - После этого нам нужно будет оказывать ему дипломатическую поддержку. Международная поддержка такой страны, как Россия, будет ценной для нового руководителя. И вектор на сближение с Россией тогда станет абсолютно ясным. Для нас это плюс. Мы должны тоже сближаться с Узбекистаном».


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 167 (5784) от 09.09.2016.

Комментарии

Самое читаемое

#
#
73 вопроса о насущном
16 Июня 2017

73 вопроса о насущном

Президент РФ Владимир Путин в 15-й раз вышел на «Прямую линию» с россиянами.

Шелковый путь на невских берегах
02 Июня 2017

Шелковый путь на невских берегах

Китай становится лидером глобальных процессов в меняющемся мире, внося в них принципиально новое содержание.

Петербург - Петроград - Инноград
27 Апреля 2017

Петербург - Петроград - Инноград

Каждый год глава города предстает перед народными избранниками, чтобы рассказать о достижениях в деле развития северной столицы. В конце доклада представители каждой фракции Заксобрания могли задать п...