Из варяг в персы

Соединить Каспийское море водной магистралью с Персидским заливом - эта дерзкая идея, возникшая еще в конце XVII века, сегодня снова становится темой оживленных диспутов политологов, экологов и экономистов.

Из варяг в персы | Иллюстрация KPG-Ivary/shutterstock.com

Иллюстрация KPG-Ivary/shutterstock.com

Зачем России этот канал

«На данный момент морской путь через Мраморное море является основной транспортной артерией для всех стран Черноморского побережья, в том числе и для России, - пишет на сайте «Оперативная линия» эксперт Сергей Сапронов. - Конвенция Монтре по использованию Босфора и Дарданелл была подписана ровно 80 лет назад и по сей день определяет движение судов через эти проливы. Данный регион является акваторией Турции, и поэтому, несмотря на общепринятые условия, проливы в значительной степени используются сегодня в интересах стран НАТО, а требования конвенции при этом зачастую нарушаются.

Вот почему для усиления своей обороноспособности в интересах России было бы целесообразно обеспечить себе альтернативный морской путь в Атлантику и в воды Индийского океана».

Противоречивая история вопроса

Впервые практической реализацией проекта озаботились на рубеже XIX и XX веков. «Проделав масштабную изыскательскую работу, Российская империя и тогда еще Персия пришли к выводу, что проложить 700-километровый «морской путь» вполне реально, но не смогли договориться о юридическом статусе канала, - напоминает на сайте «Русская весна» аналитик Александр Фирсов. - Переговоры благополучно зашли в тупик, а в Персии начался длительный политический кризис, закончившийся лишь к 1925 году свержением династии Каджаров и воцарением династии Пехлеви».

«При Пехлеви персы, ставшие называться иранцами, попытались придать идее новое дыхание, - продолжает Фирсов. - Однако на тот момент уже СССР не проявил никакого интереса к проекту: светский прагматик Ататюрк был ему ближе и понятнее, чем иранские шахи, и отношения между СССР и Турцией стали развиваться в дружеском ключе, а причин искать дорогостоящую альтернативу Босфору и Дарданеллам не было. Снова к идее Трансиранского канала вернулись во время Второй мировой войны в связи с пронацистской политикой Турции и угрозой взятия Суэцкого канала германо-итальянскими войсками. Во время Тегерана-43 вопрос обсуждался на переговорах Сталина и шаха М. Р. Пехлеви. Послевоенный уход Турции в стан НАТО снова актуализировал проект, но мешала политическая нестабильность в Иране, которая завершилась лишь с окончательным свержением шахского режима и превращением Ирана в исламскую республику».

Позиции наших соседей

Ясно, что реанимируемый масштабный проект затрагивает интересы всех прикаспийских государств. И отношение к нему у них неоднозначное.

Казахстанский политолог Султанбек Султангалиев на сайте ZAKON.kz отмечает, что «возможное включение Казахстана в проект строительства канала Каспийское море - Персидский залив в первую очередь можно будет оценивать как прорыв иранской дипломатии во внешней политике, так как сам по себе проект нужен иранскому правительству для демонстрации мировому сообществу своей открытости к международному сотрудничеству. Что касается экономического потенциала трансконтинентального канала, то он огромен, учитывая, что его ввод в эксплуатацию откроет блестящие возможности быстрого выхода на гигантский рынок Аравийского полуострова и полуострова Индостан для всех прикаспийских стран, которые сейчас и в среднесрочной перспективе будут иметь дружественные отношения с Ираном».

«Само наличие канала резко усилит геополитическое значение Ирана как региональной азиатской державы. Конечно же, серьезную проблему будет представлять финансирование строительства, так как проект явно очень затратный и долговременный, даже с учетом использования имеющихся рек. Но овчинка, на мой взгляд, стоит выделки. Что касается нашей страны, то реализация данного проекта существенно увеличит экспортные возможности Казахстана. Было бы неплохим экономическим шагом вложение казахстанских средств в строительство канала, которое со временем окупится», - заключает Султангалиев.

Более скептичен руководитель клуба политологов «Южный Кавказ» азербайджанец Ильгар Велизаде. Он замечает, что нужно помнить о возможном экологическом ущербе, который может нанести региону реализация проекта. В частности, в зоне риска Россия, Казахстан и Туркменистан. Ведь наиболее мелководная часть Каспия находится в пределах этих стран, а рельеф озера сложен так, что общий его уклон идет от севера к югу. Поэтому значимый водозабор сразу же отразится на северной мелководной части.

Велизаде утверждает, что в том случае, если уровень Каспия упадет еще на несколько метров, произойдет самоотделение залива Кара-Богаз-Гол, и он может просто высохнуть. При этом ядовитые соли Кара-Богаза ветрами могут быть разнесены по огромным площадям, и экологическая обстановка не только в Каспийском регионе, но и далеко за его пределами может значительно ухудшиться. Этот процесс отразится на состоянии фауны Каспия. Под угрозой могут оказаться традиционные нерестилища ценных пород рыб.

Предварительная стоимость проекта оценивалась экспертами в $7 млрд. По оценке заведующего кафедрой «Планирование и управление устойчивым развитием» Академии государственного управления при президенте Азербайджана Чингиза Исмаилова, судоходный канал должен быть шириной более 100 метров и иметь глубину минимум пять метров. Такому каналу требуется огромное количество воды, как минимум 10% потока реки Волги, обеспечивающей 85% наполнения Каспийского моря.

Продлить кинжальный ход

«России нужны прорывные направления роста. Путь из варяг в персы - одно из них, - пишет в журнале «Российская Федерация сегодня» Леонид Левицкий. - За три века Каспий - самое большое соленое озеро на планете сумело дотянуться Волго-Донским и Беломорско-Балтийским каналами до северных морей, до Арктики. Сформировался кинжальный судовой ход, вертикально прорезающий российские пространства с севера на юг. Остается совсем ничего, чтобы продлить морской путь до Персидского залива, до Индийского океана. Он будет вдвое короче, значит, и значительно дешевле традиционного турецкого маршрута с его проливами.

Хотя с экономикой не все ясно - основные положения утвержденного Тегераном ТЭО пока не раскрыты. По информации иранских экспертов, протяженность канала - 700 км, из которых 450 пройдет по судоходным рекам. Прорыть придется «всего» 250 км. И это будут трудные горные километры. Каспий на 27 - 29 м ниже уровня Мирового океана - потребуется система шлюзов. Технических сложностей возникнет немало. Экологических - тем более. Есть время тщательно заранее разобраться, чтобы избежать негативных последствий - не повторить судьбу и беду Арала».


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 195 (5812) от 19.10.2016.

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
73 вопроса о насущном
16 Июня 2017

73 вопроса о насущном

Президент РФ Владимир Путин в 15-й раз вышел на «Прямую линию» с россиянами.

Шелковый путь на невских берегах
02 Июня 2017

Шелковый путь на невских берегах

Китай становится лидером глобальных процессов в меняющемся мире, внося в них принципиально новое содержание.

Петербург - Петроград - Инноград
27 Апреля 2017

Петербург - Петроград - Инноград

Каждый год глава города предстает перед народными избранниками, чтобы рассказать о достижениях в деле развития северной столицы. В конце доклада представители каждой фракции Заксобрания могли задать п...