Главная городская газета

Эффект Макрона

Свежие материалы Политика

Будут ли миротворцы в Донбассе?

Заявление российского президента, который на пресс-конференции по итогам саммита БРИКС высказался за использование миротворцев ООН в зоне конфликта в Донбассе, стало неожиданностью для сообщества политологов и СМИ.

Читать полностью

Много шума из ничего

Учения «Запад-2017» обеспокоили Европу. А зря.

Читать полностью

Юани спешат на Дальний Восток

Китай был и остается главным иностранным инвестором российского Дальнего Востока, развитие которого президент РФ Владимир Путин еще четыре года назад назвал приоритетом на весь XXI век. 

Читать полностью

Мьянмский узел

Волна насилия, охватившая далекую страну в Азии, всколыхнула мусульманскую общественность, в том числе и в России.

Читать полностью

Трамп против ООН

Американцы всегда недолюбливали ООН.

Читать полностью

Без интриги

Через две недели немцы изберут нового-старого канцлера.

Читать полностью
Реклама
Эффект Макрона | ФОТО Michael Kappeler/DPAС/ТАСС

ФОТО Michael Kappeler/DPAС/ТАСС

Как и предсказывали социологи, во втором туре президентских выборов достаточно убедительную победу одержал лидер центристского движения «Вперед!» Эммануэль Макрон. В чем же феномен этого политика и за счет чего ему удалось одолеть своих соперников? Попробуем разобраться.

Уроки второго тура

Исходя из принципа «республиканской солидарности», перед вторым туром за Макрона призывали голосовать самые разные политические силы; о том, что гипотетическая победа Марин Ле Пен была бы гибельной для Франции, заявляли и национальный секретарь компартии Пьер Лоран, и «бронзовый» призер первого тура Франсуа Фийон.

Дело еще и в том, что Ле Пен сопутствовал некоторый успех в деле «дедемонизации» Национального фронта. За последние годы НФ превратился в самую популярную партию в стране. Более 10,6 млн голосов было отдано во втором туре за кандидатуру Марин Ле Пен - это электоральный рекорд для крайне правых. Однако заключительный тур выборов показал: французское общество все-таки боится прихода к власти националистов. 7 мая избиратели по большей части голосовали (или не голосовали: свыше 4 млн человек намеренно опустили в урны недействительные бюллетени) не за Макрона, а именно против Ле Пен.

Не только в деньгах дело

Анализируя итоги второго тура президентских выборов, следует, на мой взгляд, попытаться понять «многомерность» этого события. К сожалению, среди многих отечественных обозревателей зачастую превалируют эмоционально окрашенные и не всегда серьезные оценки личности Макрона. Безусловно, нельзя отрицать, что 39-летнего политика в значительной степени «сделала элита». Да, к его финансовой и политической карьере приложили руки такие персоны, как бывший глава Европейского банка реконструкции и развития Жак Аттали, недавно скончавшийся экс-премьер-министр Франции Мишель Рокар, нынешний генеральный секретарь президентской администрации Жан-Пьер Жуе.

Все перечисленные выше лица относятся к социалистам, которых Макрон в конечном счете покинул, создав в прошлом году движение «Вперед!». Объявив себя не левым и не правым, а прогрессистом и центристом, он сумел получить поддержку многих очень богатых и ответственных людей.

Но было бы большой ошибкой говорить лишь о поддержке Макрона олигархатом и массмедиа. Дело еще и в том, что он действительно оказался очень гибким политиком. Макрон умело использовал опыт и связи, полученные им в период закончившегося президентства Олланда, когда он занимал вначале должность заместителя генерального секретаря Елисейского дворца, а затем министра экономики. Он, конечно, «методически предавал» своего патрона (по словам самого Олланда), но одновременно прощупывал возможности самому занять его место. И сумел это сделать, не имея поддержки партии (до сих пор Макрон возглавлял лишь движение «Вперед!», которому в апреле исполнился только год). Конечно, он получил перед выборами «добро» от более чем 50 депутатов, лидеров правого крыла СП (в том числе бывшего премьер-министра Манюэля Вальса), влиятельного центристского политика, а также лидера Демократического движения Франсуа Байру. Но главное видится в том, что «эффект Макрона» показал лидерам ведущих политических партий не только факт «всесилия денег». Он показал и то, что во Франции, где в XVIII веке родились понятия «левые» и «правые», имеется весьма серьезная социальная база для центризма.

На постулатах либерализма

Незадолго до вступления в президентскую гонку Макрон опубликовал книгу с очень красноречивым названием «Революция». Но если его победа на президентских выборах в самом деле может рассматриваться для традиционных политических кругов как своего рода землетрясение, то ни в социально-экономическом, ни во внешнеполитическом планах президентство Макрона не несет ничего революционного.

Многие французские эксперты и журналисты полагают, что во внутриполитической области идеи нового хозяина Елисейского дворца базируются на постулатах прогрессивного (или социального) либерализма. Университетский ученый Фредерик Леброн подчеркивает: «Экономическая вера, привносимая Макроном, сконцентрирована на доктрине, продвигаемой финансовой олигархией на протяжении десятилетий».

Но опять же: чего-то экстраординарного макроновская «повестка дня» (к слову, не слишком детализированная и весьма туманная) не предполагает. Он лишь собирается содействовать «морализации» общественно-политической системы Пятой республики (но те же слова, кстати, говорил в 2012 году и Франсуа Олланд).

Эммануэль Макрон пообещал также сделать более «гибкой» 35-часовую рабочую неделю, увеличить возраст выхода на пенсию для некоторых категорий работающих до 67 лет, создать единую пенсионную систему, увеличить роль частного сектора в образовании, сократить в общей сложности на 120 тысяч мест число государственных служащих.

В то же время он обещает - в духе своего левоцентристского прошлого - не позволить повсеместно поднять пенсионный возраст (как того требуют, например, «Республиканцы») и сохранить весомые государственные расходы на образование и здравоохранение. Центрист и «фаворит» бизнес-сообщества, Макрон не чужд и популистских элементов. Так, в своей избирательной программе он заявил, что если станет президентом, то добьется того, чтобы французы получили компенсацию за расходы на очки, протезы и лечение зубов. Недоброжелатели сразу подсчитали, что национальному бюджету подобная щедрость обошлась бы в 4,4 млрд евро. Еще лидер движения «Вперед!» посулил каждому молодому французу специальную карту на 500 евро, открывающую на данную сумму проход в музеи и национальные культурные объекты.

Сторонник единой Европы

Отвечая на мой вопрос, стоит ли ожидать модификации внешней политики Парижа, профессор Института Сьянс-По Марк Лазар заметил: «Я не верю, что произойдут значительные изменения в этой области по сравнению с периодом президентства Олланда». При этом Макрон, судя по всему, понимает особую важность международной политики. Выходец из финансового мира, банка Ротшильдов, он (хоть и любит поговорить о патриотизме) относится к тем, кого во Франции именуют «мондиалистами», то есть - глобалистами. Неудивительно, что политик-центрист считает созданное им же движение «Вперед!» «единственной проевропейской политической силой Франции». И хотя это далеко не так, данный тезис показывает важность европейского измерения в политической стратегии Макрона. Еще будучи министром экономики, он опубликовал в 2015 году вместе со своим тогдашним коллегой из Германии Зигмаром Габриэлем общий текст, в котором говорилось о необходимости углубить европейскую интеграцию.

Президент-либерал является одновременно атлантистом и сторонником глобальных и региональных соглашений о зоне свободной торговли. Тут, можно сказать, геополитика у него вполне сходится с идеологией. Эммануэль Макрон является убежденным защитником мультикультурализма. Более того: выступая не так давно в Лондоне, он удивил многих, заявив, что как таковой французской культуры никогда не существовало.

Традиционно для французских руководителей важное значение имеет ближневосточная тематика. На этом направлении какой-то революции точно не предвидится. Макрон - сторонник сосуществования Израиля и палестинского арабского государства, выступает за бескомпромиссную борьбу с джихадизмом под мандатом ООН. Он не считает свержение режима Асада в Сирии «предварительным условием», хотя при всяком удобном случае обвиняет сирийские власти в нарушении прав человека.

Вряд ли стоит ожидать серьезных перемен и во французско-российских отношениях. Да, в 2016 году Макрон-министр, посетив Москву, высказался за скорое снятие антироссийских санкций. Но уже вскоре после этого встал на официальную точку зрения Евросоюза. Макрон считает, что нужно поддерживать общий подход ЕС в отношении России, а улучшение отношений с ней связывает с тем, как будут идти дела по украинскому и сирийскому «досье». Но приведем в данной связи интересный факт: за кандидатов (и левых, и правых), которые открыто подвергали критике российскую политику Олланда и высказывались за улучшение межгосударственных связей с Москвой, в первом туре президентских выборов отдали голоса в общей сложности практически две трети избирателей. И этот факт вряд ли следует забывать новоизбранному президенту.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook