Помогла одорология. Благодаря современным методам расследования удалось разобраться в подробностях трагедии 20‑летней давности
Слово «скинхеды» сегодня звучит архаизмом. Возможно, не все уже и вспомнят тех устрашающего вида молодых людей — бритоголовых, с дикими татуировками, в тяжелых армейских ботинках. Накачав себя радикальными идеями, они начали «очищать» город от «неверных». После целой серии страшных преступлений эти группировки были обезврежены правоохранительными органами. Все «герои» получили по заслугам — «иных уж нет, а те далече». Но вот из тех дальних времен вдруг докатилось эхо — на скамью подсудимых готовятся сесть «ветераны движения». Один из них ныне уже отбывает срок, другой до недавнего времени находился на свободе. Вменяют им кровавое преступление 20‑летней давности.
ФОТО Tingey Injury Law Firm on Unsplash
Вечером 24 февраля 2006 года на улице Хлопина дерзкому нападению подверглись две женщины — гражданки Киргизии. Одна из них казашка, другая азербайджанка. Работали они продавцами, после окончания рабочего дня возвращались к себе в общежитие. Внезапно проходившая мимо группа молодых людей набросилась на них и стала бить ножами. Одна получила 21 ранение, но выжила. Другая — 5, но погибла. Преступление осталось нераскрытым.
Спустя три месяца была задержана банда Боровикова — Воеводина, успевшая к тому времени натворить в городе немало бед. За решеткой оказались четырнадцать человек. Пятнадцатый, Дмитрий Боровиков, был убит при задержании. Членам банды вменялись семь убийств, в том числе известного ученого и правозащитника Николая Гиренко. Приговор был оглашен 14 июня 2011 года. Двое лидеров, в том числе Алексей Воеводин, были приговорены к пожизненному лишению свободы. Десять подсудимых получили различные сроки — от условных до 18 лет колонии строгого режима. Двое были оправданы присяжными.
В числе оправданных был Андрей Малюгин по прозвищу Боец. Проведя пять лет в СИЗО, на свободе он долго не задержался. Спустя месяц после освобождения совершил два убийства и уже в августе вновь оказался за решеткой. При задержании оказал вооруженное сопротивление сотруднику спецназа и получил огнестрельное ранение, сделавшее его инвалидом. От уголовной ответственности, разумеется, это его не спасло — суд назначил ему наказание в виде 18 лет колонии строгого режима. Однако сегодня Малюгин этапирован из места заключения в Рязанской области и готовится вновь сесть на скамью подсудимых — теперь уже с младшим товарищем Кириллом П.
Биография последнего также далека от образцовой. Еще в юном возрасте примкнул к движению скинхедов. При этом, кроме националистических идей, был повернут на «здоровом образе жизни», за что получил кличку Веган. Был в одной компании с Малюгиным и Боровиковым, но в банду вместе с ними не входил. Однако в 2011‑м все же оказался на скамье подсудимых в числе девяти членов группировки «Невоград». В числе прочего вменялись им десять убийств, пять покушений на убийство, подрыв автобусной остановки на пересечении Заневского проспекта и проспекта Шаумяна, поджог храма Казанской Божией Матери.
Сам он, правда, в этих деяниях не участвовал, но зато в последний час 2009 года вместе с подельником разместил в Сети новогоднее видеообращение — на фоне свастики поздравил «соратников по вооруженной борьбе». При этом пообещал, что «жертвы будут только увеличиваться». После поздравления шли кадры видеозаписи нападения на одну из жертв — гражданина Республики Гана.
При обыске на квартире Кирилла была обнаружена разнообразная фашистская атрибутика. Об убеждениях его говорила и татуировка на груди «в виде изображения лица мужского пола, выполненного анфас, визуально похожего на Адольфа Гитлера».
Фигуранты получили наказания на разные сроки, вплоть до 24 лет строгого режима. Кириллу же суд определил три года и отпустил на свободу в связи с отбытием срока в СИЗО. Что с ним происходило в период пребывания за решеткой, достоверно неизвестно, но в 2014 году он вышел на свободу… радикальным исламистом.
Уехал в Астрахань и там вступил в брак по мусульманскому обряду. Стал ваххабитом, отпустил бороду. А уже через год был задержан в Чечне по обвинению в содействии местной жительнице в выезде в Сирию для участия в террористической организации. В 2016‑м предстал перед Ленинским районным судом города Грозного. Свою вину осознал, раскаялся, к тому же был уже отцом двух несовершеннолетних детей, и потому суд обошелся с ним гуманно: по статье, предусматривавшей срок от восьми до пятнадцати лет, он получил лишь пять. Отбыв наказание в Саратовской области, уехал в Дагестан, уже с новой женой…
Интерес же питерских правоохранителей к нему возник в ходе изучения материалов того самого «глухого» дела 2006 года. Как выяснилось, тогда Кирилл отрабатывался в качестве одного из участников нападения — его мобильный телефон «бился» рядом с местом преступления. Но… он сумел доказать алиби — якобы они вместе с матерью как раз в это время ходили в расположенный неподалеку магазин, чтобы поискать ей подарок ко дню рождения. Ему поверили, подозрения с него сняли. А поскольку других подозреваемых не нашлось, производство по делу приостановили.
Сохранились, однако, вещественные доказательства — фрагменты одежды жертв нападения. Современные возможности позволяют их исследовать более детально, чем двадцать лет назад. Существует так называемая одорологическая экспертиза, которая изучает запахи и запаховые следы. При этом степень идентификации личности по точности не уступает экспертизе по ДНК.
— Запаховые следы на этих фрагментах были обнаружены, — рассказывает следователь по особо важным делам 1‑го управления ГСУ СК по Санкт-Петербургу Даниил Верстин. — Для проверки наших подозрений мы выехали в Махачкалу, где проживал Кирилл П. Найти его было несложно — он находился под постоянным административным надзором. У него взяли пробу на запах, и она оказалась идентичной изъятой с вещдоков. Разумеется, Кирилл был тут же задержан и доставлен в Петербург. Поняв, что запираться не имеет смысла, он выдал все подробности.
В тот день его, еще молодого 19‑летнего парня, старшие товарищи-скинхеды, Боровиков и Малюгин, впервые взяли «на дело». Намечалась так называемая прогулка-патруль. Вооружившись ножами и перцовыми баллончиками, они встретились у станции метро «Лесная» и двинулись в сторону площади Мужества. В качестве объектов нападения искали «лиц неславянской национальности». И вскоре увидели тех двух женщин. В вечерних сумерках их внешность подозрений у «патруля» не вызвала, и компания прошла мимо. Но одной из них вдруг поступил звонок по телефону. Она оторвалась от подруги и стала разговаривать. Услышав нерусскую речь, «мстители» развернулись и вынули ножи…
— Показания Кирилла П. мы тщательно проверили, — продолжает Даниил Верстин. — В том числе сверили с данными проведенных на предыдущем этапе расследования экспертиз. Провели проверку показаний на месте. Допросили также выжившую потерпевшую — она в настоящее время живет в Воронеже. При проведении процедуры опознания она уверенно показала на Кирилла. Правда, доставленный из колонии Андрей Малюгин своей вины не признает. Но в нашем распоряжении — материалы допроса Алексея Воеводина, отбывающего пожизненное наказание. На момент совершения этого преступления он уже находился в СИЗО, туда ему звонил Боровиков и все подробно рассказал. Потом это же ему подтвердил уже и Кирилл, с которым они случайно встретились, когда тот сам оказался в камере. Так что пазл сошелся на сто процентов. Будем ждать решения суда.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 204 (8269) от 02.11.2026 под заголовком «Помогла одорология».