Пистолет в руке неудачника. Хладнокровно расстреляв в упор троих человек, злоумышленник объясняет это просто: «Такое было время»
— В 2002 году, когда я был еще студентом юрфака и жил в Гатчине, — рассказывает руководитель отдела криминалистического сопровождения следствия по СЗФО СК России полковник юстиции Александр Алексеев, — у нас в городе произошло страшное преступление. В своей квартире были убиты женщина-предприниматель, ее взрослый сын и пожилая сестра. Я хорошо помню, как мы с мамой шли по проспекту 25 Октября и она мне показала дом, где это произошло. Спустя два года я поступил на работу следователем Гатчинской городской прокуратуры. К тому времени дело об убийстве было приостановлено и числилось «глухарем». Думал ли я тогда, что спустя двадцать с лишним лет мне придется раскрывать это преступление и посмотреть в глаза убийце!
ФОТО Grianghraf on Unsplash
Выстрел в ушную раковину
Вспомним те времена. Начало 2000‑х — эпоха активного рэкета уже заканчивалась, но на периферии, в провинции, это еще почти не ощущалось. Криминальные группировки исправно продолжали «доить» мелких и даже не очень мелких бизнесменов, обещая им взамен защиту… часто от самих же себя. В числе таких «дойных коров» была и хозяйка магазина товаров для животных Наталья М. Женщина деловая, предприимчивая, бизнес она наладила успешный — кроме магазина у нее было еще несколько торговых точек. Доходов хватало и для того, чтобы отстегивать «браткам», и чтобы подкопить «на жизнь».
С личной жизнью, правда, у нее было не очень хорошо. С мужем давно развелась. Сын Марк в возрасте 22 лет попал в неприятную историю. Сошелся с девушкой, дал ей денег в долг. Но вскоре она ушла к другому. Он потребовал деньги назад, она отказалась, а потом пришла к нему со своим новым парнем, и вдвоем они Марка страшно избили. Виновных вскоре задержали и судили. Наталья, для которой сын был единственным светом в окне, включила все свои связи, чтобы они получили по полной. И 14 января 2000 года прозвучал приговор: 8 и 12 лет.
Для Марка, однако, все кончилось печально. Он перенес несколько тяжелых операций, но все равно остался инвалидом. Нигде не работал, болтался с друзьями, сорил деньгами, которыми щедро снабжала его любящая мать. В числе прочих водил дружбу и с местными «братками», чем очень гордился. Нуждался, однако, в постоянном присмотре, в чем Наталье помогали либо кто‑то из знакомых, либо ее сестра Людмила. В тот роковой день, 14 января 2002 года, она как раз находилась у них в квартире.
Магазин, принадлежавший успешной бизнесвумен, располагался в небольшом здании, буквально в ста метрах от их дома, прямо напротив окон. В конце рабочего дня хозяйка с сотрудницами решили попить чаю. Водопровода в магазине не было, и Наталья, взяв две пластиковые бутыли, пошла за водой к себе домой. Возвращаться, однако, почему‑то не торопилась. Сотрудницы, не дождавшись ее, решили, что у нее возникли какие‑то срочные дела, закрыли магазин и пошли по домам. На следующий день, как обычно, пришли на работу, удивились, что Натальи нет. Но искать хозяйку решили лишь к вечеру.
На звонок в дверь ее квартиры никто не ответил. Пришлось прибегнуть к помощи бывшего мужа. Тот обратился в отдел вневедомственной охраны, где были дубликаты ключей. Дверь открыли, и за ней обнаружилась картина совершенно ужасная. Наталья лежала в прихожей в луже крови. В одной из комнат на полу — тело убитой сестры, в другой на кровати — мертвый Марк.
Как установила экспертиза, все погибшие были убиты из одного оружия — пистолета ИЖ с глушителем, переделанного в боевой. У Натальи и Марка были зафиксированы ранения в ушные раковины, у Людмилы — ранения в грудь и в глаз.
Мотив преступления был неясен. На ограбление не похоже — в подобных случаях все в квартире переворачивают вверх дном в поисках ценных вещей. Но тут — ничего не тронуто и даже многочисленные золотые украшения с тела хозяйки не сняты. Месть Наталье со стороны обидчиков Марка за суровый приговор тоже была маловероятна — эти люди далеко, им еще сидеть и сидеть…
Личность убийцы просматривалась смутно. Приходивший в этот день в квартиру приятель Марка по имени Дима видел сидевшего у его кровати незнакомого мужчину в шапке. Потом на допросе он вспомнил, что этого человека он недавно уже видел, когда сидел в машине у Марка. Несколько раз ему кто‑то позвонил на сотовый телефон, потом звонивший подошел, сел рядом с ним, он довез Диму до дома, и они с тем парнем уехали.
В те времена сотовая связь только начинала развиваться, разговоров было немного, и всех абонентов Марка установили без труда. В том числе и того, который подпадал под описание Димы. Этим человеком был некто Владимир Г., рядовой член местной ОПГ. По бандитским понятиям — мелкая сошка, «мальчик на побегушках». Всех, попавших в «телефонный список», опросили, кроме него — он неожиданно исчез, а найти его не смогли. Да, скорее, и не искали — ведь Дима по фотографии его не опознал.
Собственно, на этом расследование и затормозилось. Многочисленные опросы всех знакомых семьи никакую ниточку нащупать не позволили.
Ушел, не поздоровавшись
— Шли годы, — продолжает рассказ Александр Алексеев. — Я работал следователем, продвигался по службе. В 2019 году, уже в звании подполковника, перешел во вновь созданную структуру — отдел криминалистического сопровождения следствия по СЗФО СК России. Время от времени мы встречались со старыми сослуживцами, многие из которых уже вышли на пенсию. Вспоминали былые «подвиги», и однажды речь зашла о том так и не раскрытом тройном убийстве. «Может, займешься?» — спросили меня. И я решил попробовать. Пошел в архив, взял дело, тщательно его изучил. Поднял также все относящиеся к нему материалы оперативных разработок. Увы, никаких вещественных доказательств уже не осталось. Работать можно было только с бумагами и людьми. Разумеется, до этого времени дожили не все. Но остались, к примеру, оперативники и следователи, занимавшиеся тогда этим делом. Я, по правде говоря, рассчитывал на любую информацию. Однако ничем существенным они мне помочь не смогли — каждый видел развитие событий по‑своему и выдвигал разные версии. Пришлось идти своим путем…
Скрупулезная работа, начавшаяся в 2020‑м, перешла в активную фазу в 2025‑м. О ситуации было доложено руководителю следственного управления СК России по Ленинградской области генерал-лейтенанту юстиции С. Т. Сазину. В созданную по его указанию оперативно-следственную группу вошли сотрудники СК и уголовного розыска. В числе прочих намеченных ими мероприятий были и повторные допросы тех, кого допрашивали двадцать с лишним лет назад. И ряд показаний оказались отличными от полученных ранее.
Вот, например, тот самый Дима, который заявлял, что человека в шапке опознать по фотографии не может, сейчас признался, что тогда солгал. На самом деле он его узнал, несколько раз видел в Гатчине, но… сказать об этом побоялся. Мотив страха, заставлявший людей лгать или молчать, потом в ходе нынешнего расследования всплывет еще не раз. Увы, такое было время — бандиты представляли реальную силу, и никто не мог быть уверен, что государство его защитит.
В деле оказалась также любопытная записка. Один из местных «братков» рангом повыше Г. в тот день находился как раз рядом с домом Натальи — сидел в машине, ожидая свою девушку из салона красоты. Вдруг из подъезда прямо на него вышел Владимир. По понятиям, должен был подойти, поздороваться, выказать почтение. Но он почему‑то занервничал и быстрым шагом удалился. Столь подозрительное поведение братву очень удивило, и там, сопоставив факты, наверняка сообразили, в чем дело. Но сыщикам помогать, естественно, не стали. А сами они эту «мелочь», видимо, не заметили.
Нынешним оперативникам и следователям пришлось полностью погрузиться в атмосферу «бандитской Гатчины» начала 2000‑х. Понять иерархию, взаимоотношения «братков» между собой. Выяснилось, что как раз тогда за решеткой оказался лидер тамошней группировки. На время своего отсутствия он передал одному из приближенных полномочия по взиманию дани с предпринимателей. В том числе и с Натальи. Владимир же, судя по всему, посчитал его человеком слабым и решил, что эта «крыша» ее не спасет. Под разными предлогами он стал тянуть деньги с Марка. Приходил к нему домой чуть не каждый день. А тот неоднократно похвалялся богатством своей мамы, демонстрировал пачки купюр. Рассказывал и о том, что она собрала 20 тысяч долларов ему на квартиру. Вот этих денег при осмотре их жилища после убийства там и не оказалось.
В содеянном не раскаивается
В деле был и «звонок другу» — вечером в день убийства Владимир позвонил своему самому близкому приятелю по имени Александр. Пришел к нему чем‑то сильно взволнованный, ничего толком не рассказал, а потом внезапно исчез.
Как ни удивительно, но Александр тогда допрошен не был. Сейчас же его нашли, допросили и… узнали от него много интересного. Да, Владимир тогда из Гатчины уехал. Но сведения о нем поступали. Оказалось, что он приобрел машину, дом в Лужском районе. Откуда взялись деньги у человека, который нигде не работал и не имел ничего, кроме спортивного костюма? Криминальный мир отлично все понял…
Более того, выяснилось, что в подвале того дома Владимир оборудовал ферму по выращиванию растительного наркотика. «Травку» употреблял сам и успешно ею торговал не один год. В 2015‑м его задержали, осудили на пять лет. Он отсидел, вышел и… занялся преподаванием йоги, которую давно практиковал. К тому моменту обретался в одном из санаториев в Сочи.
Задержали его 5 июля прошлого года. В этот же день сыщики «приземлили» еще несколько человек, когда‑то представлявших гатчинский криминалитет. На обысках у бывших «братков» нашли наркотики и пистолет «вальтер». А их показания сделали картину объемной. Из многих мелких деталей складывался «пазл», который подтверждал версию следствия.
Последние же недостающие его кусочки добавила бывшая подруга Владимира по имени Юля. К тому роковому дню их отношениям уже был год. Вскоре после прогремевшего убийства он пришел к ней домой и принес большой пакет. Она развернула его и увидела пачки долларов. Владимир ей тогда ничего не объяснил, но в глазах его читалось торжество: он, неудачник, теперь сказочно разбогател! Через несколько дней он приехал за ней на машине и приказал срочно собираться. Родным она сказала, что едет к подруге в Петербург.
На самом деле они действительно какое‑то время прожили в Петербурге на съемных квартирах, затем уехали в Псковскую область, потом Владимир купил тот самый дом под Лугой. Отношения накалялись, она понимала, что он — убийца, хотела уехать, но он угрожал расправой. Так продолжалось год с лишним, наконец, она все же не выдержала и сбежала. Спрятаться удалось, а потом его посадили… Многие годы она жила, зная обо всем, но никому об этом не рассказывала — боялась.
Доставленный на берега Невы Владимир сначала пытался отнекиваться — дескать, за что задержан, не знаю. Но когда его «придавили» мельчайшими подробностями, счел за лучшее во всем сознаться. На следственном эксперименте в той самой квартире он полностью, во всех деталях воспроизвел картину убийства. Нынешние жильцы, которым тогда пришлось убирать кровь и выкидывать ненужные вещи погибших, смотрели на это с ужасом…
— Собственно, у нас осталось к нему только несколько вопросов, — заканчивает свой рассказ Александр Алексеев. — Зачем убил пожилую Людмилу? Разумеется, признается он, эта женщина в его планы не входила. Но оказалась в квартире случайно, отступать было некуда — лишний свидетель… Убийство ориентировочно произошло после 15 часов, ушел из квартиры около 18 — что там делал? «Да сидел с двумя трупами, ждал Наталью. Ее нужно было убивать однозначно — если бы осталась в живых, за сына достала бы меня из‑под земли». На фотографии из дела — собранная в кучу у кровати убитого вся домашняя оргтехника… «У меня никогда не было ничего подобного. Хотел забрать, но понял, что не унесу…» Наконец, где взял пистолет? «У знакомого. Попросил на время. Для чего — не объяснил». Назвал адрес. Мы проверили — того человека уже нет в живых. Ныне дело передано в суд. Огромную работу по оформлению доказательств проделал вместе с нами следователь по особо важным делам следственного отдела по городу Гатчине СУ СК России по Ленинградской области старший лейтенант юстиции Никита Кочетов. Наши успехи — это результат командной слаженной работы сотрудников Следственного комитета и органов МВД. А обвиняемый не раскаивается. Наоборот — гордится содеянным. «Время было такое, — объясняет он. — Тогда это было нормально».
Читайте также:
Пять лет в бегах: чем закончилось «самоуправство» отца, похитившего дочь
Точка в судьбе бандита: суд Петербурга вынес приговор «авторитету 90-х» Олегу Каштело
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 38 (8103) от 05.03.2026 под заголовком «Пистолет в руке неудачника».
Комментарии