Криптовалюта становится одним из самых популярных инструментов современной преступности

Этих денег в физическом смысле просто нет — есть лишь набор символов. Их нельзя положить на банковский счет, но зато ими можно свободно расплачиваться с партнерами из любой точки земного шара. При желании их можно перевести в любую национальную валюту, а можно проделать и обратную операцию, надежно спрятав незаконно нажитое. Криминальный мир освоил криптовалюту давно и прочно. О том, как существует эта параллельная «финансовая вселенная» и как можно с ней бороться, обозревателю «Санкт-Петербургских ведомостей» Михаилу РУТМАНУ рассказал начальник 2‑го отдела управления по борьбе с противоправным использованием информационно-коммуникационных технологий ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Залим ЭЛЬЧЕПАРОВ.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ Анны БАШКИРОВОЙ/создано ИИ/ТАСС

— Давайте, Залим Хасанович, для начала объясним читателям, за что преступный мир так «полюбил» криптовалюту.

— Во-первых, за то, что ее использование не требует каких‑то специальных навыков. Криптокошелек можно создать, нажав всего несколько кнопок на клавиатуре компьютера. С такой же легкостью приобретается любой криптовалютный актив. Во-вторых, обладание этим активом не требует от владельца какой‑либо верификации, как это было бы необходимо при пользовании банковской системой. И сами эти деньги, и сведения об их владельце фактически «невидимы». Они существуют в неких облачных реестрах, недоступных официальному контролю. Любые финансовые операции, в том числе и запрещенные, можно проводить свободно, никого не боясь. Они никем не регулируются, не облагаются ни пошлинами, ни налогами. И, наконец, в‑третьих, эта валюта не знает государственных границ — она беспрепятственно перемещается по миру, не задерживаясь на таможнях.

— Отсутствие контроля и анонимность — простор для разного рода махинаций?

— Конечно! Криптовалюта — основной инструмент для финансирования террористов и организованной преступности, особенно транснациональной. Активно используется она и мошенниками — деньги, обманом отобранные у очередной жертвы, переводятся на анонимный криптокошелек, и вернуть их обратно практически уже невозможно. Система отлажена — существуют специальные обменные пункты, куда можно принести наличку, назвать номер кошелька и взамен получить некий набор символов, свидетельствующих о том, что деньги надежно спрятаны.

Криптовалютой оплачиваются и услуги тех, кто способствует мошенникам, обеспечивая им телефонный трафик. Виртуальные деньги, поступающие из‑за границы, можно превратить в рубли в тех же самых обменных пунктах. А можно и просто найти в Сети того, кто как раз хочет пополнить свой криптокошелек, и произвести конвертацию, используя лишь мобильный телефон.

Этот же механизм применяется для отмывания «грязных» денег и вывода их за рубеж. К нему прибегают, например, создатели финансовых пирамид, которые предлагают гражданам вложить средства «в крипту», обещая большие проценты. Удобным он оказался также и для организаторов подпольных казино и организаторов ставок на спортивные мероприятия. В обычной жизни, как известно, такая деятельность либо совсем запрещена, либо облагается большими налогами. Переход же в виртуальный формат делает ее, по сути, безопасной.

Разумеется, на криптовалюте держится весь нелегальный рынок — наркотики, оружие, разнообразные базы персональных данных, вредоносные программные продукты. Где‑то в Сети есть некие «биржи», на которых размещаются торговые площадки. И там все «по‑настоящему» — цены, тарифы, комиссия, колебания курса и т. д. В полном смысле — параллельный финансовый мир.

И, наконец, криптовалюта — лакомый кусок для традиционных преступников. Она становится объектом грабежей, краж и вымогательств, в том числе связанных с шантажом. Нередки случаи блокировки сетей крупных предприятий с условием разблокировки «за биткоины». Особую опасность представляют атаки на объекты критической инфраструктуры: операторы связи, органы государственной власти, медучреждения, системы энергетики и транспорта. Конечно, подобные преступления требуют серьезной подготовки и не носят массового характера. Но в текущем году мы зафиксировали уже три таких случая.

— И вымогателям платили?!

— Я сейчас не могу об этом говорить — идет следствие.

— Есть ли какие‑то возможности взять эту стихию под контроль?

— Могу с ответственностью сказать: в этом направлении идет большая системная работа. Россия движется к поэтапной легализации оборота криптовалют, делая акцент на прозрачности, налогообложении и защите инвесторов. В последнее время принят ряд соответствующих законов. С 1 января 2025 года майнинг (добыча) криптовалют официально разрешен. В сентябре 2025 года вступил в силу закон, создающий правовую основу для публичного обращения отдельных криптовалют — Bitcoin, Ethereum и Tether USDT — на российских биржах. Для неквалифицированных инвесторов установлен лимит: можно покупать только эти три криптовалюты, общий объем инвестиций у каждого посредника — до 300 тысяч рублей в год. Квалифицированные инвесторы могут приобретать любые криптовалюты, торгуемые на биржевом и внебиржевом рынках, без ограничений по сумме.

С 1 сентября 2026 года вступил в силу федеральный закон № 282‑ФЗ «О цифровых валютах и цифровых правах». Он устанавливает детальные правила покупки, продажи, хранения, обмена криптовалюты через лицензированных посредников (биржи, обменники, депозитарии). При этом вводит обязательную регистрацию и лицензирование для всех участников рынка. Запрет на оплату товаров и услуг внутри страны криптовалютой сохраняется, но разрешается ее использование во внешнеэкономических расчетах при соблюдении специальных условий.

— Будем надеяться, что все это не ослабит борьбы с ее использованием в преступных целях.

— Эта борьба будет только усиливаться. Правоохранительные органы постоянно совершенствуют способы выявления и документирования данного вида преступлений. Абсолютная анонимность — это по большому счету миф. Как бы ни были хитры преступники, тот или иной цифровой след в Сети всегда остается. Движение денег через криптокошельки можно проследить. Идентификация владельцев этих кошельков тоже возможна. Разумеется, я не могу раскрыть все тонкости нашей работы, но прошу поверить: при определенных усилиях удается вычислить конечного пользователя или устройство, с которого проведена транзакция. Главная трудность заключается в том, что в 90 % случаев бенефициары противоправной деятельности находятся за границей. И, к сожалению, далеко не все государства готовы сотрудничать с нами по привлечению их к ответственности. Некоторые даже на запросы не отвечают.

— Кого‑то все же удается привлечь?

— Да, но это в основном «пехота» — расходный материал для мошенников. Люди, которых покупают за «долю малую», а потом без жалости бросают. Завтра им на замену придут другие, польстившиеся на легкие деньги. Мы боремся с гидрой — одну голову отрубаем, а на ее месте вырастает другая.

— Хорошо, допустим, вы вычислили преступника, установили адрес его криптокошелька. Что дальше?

— Криптовалюта может быть изъята как незаконно нажитый актив и приобщена к материалам уголовного дела как вещественное доказательство.

— Но ведь это — лишь цифровой код. Где гарантия, что он заранее не был переписан и не может быть использован?

— Сама природа этих «денег» исключает такую возможность. Ключ от «сейфа» — только у его владельца. Он либо надежно спрятан в Сети, либо в случае так называемого «холодного» кошелька записан на каком‑то физическом носителе. И если владелец его потеряет или повредит, деньги потеряны безвозвратно.

— Итак, актив признан преступно нажитым — это деньги, похищенные либо у граждан, либо у коммерческой структуры, либо у государства. Их можно вернуть потерпевшим?

— К сожалению, пока нет. Для этого государство должно было бы прибегнуть к «серой» обналичке. А такой вариант, как вы понимаете, исключен. Каких‑то путей решения этой проблемы законодательство на сегодняшний день не предусматривает. Да, деньги выведены из нелегального оборота, но ввести их в легальный оборот невозможно.

— А уголовных дел, где фигурирует криптовалюта, становится больше?

— Она фигурирует почти в каждом нашем деле. Только у нас свой специфический подход — мы идем от конкретного преступления, а по ходу работы уже выходим на средство платежа. Мошенник — он и есть мошенник, он должен быть изобличен и наказан независимо от того, какая валюта лежит в его кошельке.

«Мой ребенок всегда прав»: как родительская защита приводит к трагедиям

#криптовалюта #преступления #средство

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 182 (8247) от 01.10.2026 под заголовком «Деньги из «параллельного мира»».