Главная городская газета

Угроза для всех

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

В Петербурге и Ленобласти оценили экологическое состояние водоемов

Специалисты проанализировали водостоки за первый квартал текущего года. Подробнее о результатах исследования - в нашем эксклюзивном материале. Читать полностью

Черное море осталось без круизов

В навигацию 2018 года морской пассажирский порт Сочи, скорее всего, не примет ни одного круизного лайнера. Причину сложившейся ситуации выясняли «СПб ведомости». Читать полностью

Как меняется отопление в котельных на Саперной

Саперная улица находится в Пушкине. Несколько дней назад она стала центром важных показательных событий, характеризующих тепловую инфраструктуру города. Подробности – в нашем материале. Читать полностью

Сел и поехал. Петербург как «Умный город»

В Северной столице прошел «круглый стол», посвященный требованиям к территориям будущего «Умного города». Как выяснилось, от красивых теорий до реальной практики - огромная дистанция. Читать полностью

«В ночь на 22 июня...»: память на рубеже блокады

Традиционная акция памяти пройдет у стен храма святых мучеников Адриана и Наталии в Старо-Панове 21 июня. Детали события – в нашем специальном материале. Читать полностью

Петербург - Хельсинки: поезда, автобусы, пересадки

В самый разгар чемпионата мира по футболу в России, в соседней Финляндии начался ремонт на железнодорожных путях. Как это затронет пассажиров поездов между Петербургом и Хельсинки? Читать полностью
Угроза для всех |   ФОТО G. Ciccia/Pacific Press/Barcroft Media

ФОТО G. Ciccia/Pacific Press/Barcroft Media

На минувшей неделе в Петербурге был задержан 33-летний радикальный исламист, находившийся в федеральном розыске. Чуть раньше у московской мечети задерживали вербовщиков ИГИЛ (организация, запрещенная в России). А перед этим «силовики» пресекли деятельность агитаторов-экстремистов в Архангельске, Астрахани, Екатеринбурге, Челябинске, под Тверью и в Орловской области...

Опасная идеология

«Хотя в целом обстановка на нашей территории стабильная, правоохранительные органы Северо-Западного региона регулярно выявляют эмиссаров и вербовщиков из запрещенных в России организаций ДАИШ, «Джебхат Ан-Нусра», «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», а также попытки создания их джамаатов (группировок), - заявила на сентябрьской международной и межконфессиональной научной конференции в северной столице зампред полномочного представителя президента РФ в СЗФО Любовь Совершаева. - Но проявления радикальных течений ислама в регионе все же нечасты и относятся к деятельности самодеятельных имамов в нелегальных религиозных группах и социальных сетях».

Напряженность в городе отсутствует, но угроза терроризма довлеет над всеми, согласились с зампредом участники конференции «Мировой опыт традиционных религиозных организаций в борьбе с терроризмом» - представители ведущих мировых конфессий из российских регионов и из-за рубежа. Евангелисты и адвентисты седьмого дня, сторонники РПЦ, армянской и лютеранской церквей, раввин, имамы - все эти люди с тревогой говорили о распространении по миру псевдорелигиозного экстремизма.

«В последнее время традиционный ислам вынужден усиленно доказывать, что к этой чуме XXI века он не имеет никакого отношения, - говорит муфтий, председатель Духовного управления мусульман Санкт-Петербурга и Северо-Западного региона России Равиль Панчеев. - У верующих иных конфессий уже возник стойкий негатив ко всему исламскому. Ислам никого не призывает убивать, наоборот, в нашей религии это страшный грех».

Но что такое традиционный ислам и чем он отличается от «нетрадиционного» - сектантского?

Законодательно в России запрещена лишь идеология «Братьев-мусульман» и пантюркистов в лице «Нурджулара», «Хизб ут-Тахрир» и «Таблиги джамаат». Но нет запрета на ваххабизм - идеологию, используемую «Имаратом Кавказ», «Аль-Каидой» и «Исламским государством» (запрещенные в России террористические организации), которая представляет для нас гораздо большую угрозу, подчеркивает исламовед член экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ Роман Силантьев. По его мнению, в России насчитывается около 1 млн исламистов, то есть примерно каждый пятнадцатый мусульманин.

Ловушка на 30 языках

Нередко россияне попадают в запрещенную в РФ террористическую организацию «Исламское государство», поддавшись интернет-пропаганде.

«Сегодняшний терроризм рядится во многие образы и использует все методы, вовлекая молодежь в умело расставленные ловушки. Через соцсети ведется беспрецедентная пропаганда ИГИЛ-ДАИШ: мы зафиксировали более 500 роликов и фильмов на русском языке или с русскими субтитрами, - сообщил член координационного Совета по противодействию терроризму первый заместитель председателя комиссии по гармонизации межнациональных и межрелигиозных отношений Общественной палаты РФ Максим Григорьев. - Издается журнал ИГИЛ - профессионально подготовленный, с отличной полиграфией. Экстремисты даже организовали свое медиаагентство, ведут агитацию на трех десятках языков! Мы отслеживаем распространение таких материалов, готовим аналитические обзоры для власти и правоохранительных органов, генпрокуратура блокирует тысячи ресурсов. Но это лишь вершина айсберга».

Общественная палата РФ открыла «горячую линию» по противодействию вербовке, на ее сайте был размещен баннер «Экстремизм, пропаганда терроризма в Интернете? Сообщите...».

«За очень короткое время мы получили более 5 тысяч заявлений граждан, все они переданы в генпрокуратуру, - рассказывает Григорьев. - Также россияне могут обратиться по бесплатному номеру 8-800-737-77-66, если у них есть опасения, что их близкие могли попасть под влияние ИГ, или сообщить о действиях вербовщиков в своем регионе. На сайте доступна и форма для электронных обращений». По словам Григорьева, экстремистская агитация основывается на незнании людьми ислама, использовании обрывков цитат или неправильного перевода выдержек из Корана.

Фетва раздора

Законодательный запрет ваххабизма существенно осложнил бы вербовку, уверен Роман Силантьев. Но прежде необходимо дать четкое определение этого понятия.

«Особенность «Хизб ут-Тахрир» - это стремление к строительству халифата, то есть мусульманского всемирного государства, - поясняет эксперт. — Многие религиозные общины по отношению к экстремистам ведут себя пассивно. К тому же имамам бывает сложно выявить радикалов - при каждой мечети не поставишь отдельную службу безопасности. В итоге эмиссары из Средней Азии нередко вербуют своих соплеменников-мигрантов именно у мечетей. Этот процесс идет по всей стране, особенно в Поволжье, на Урале, в Сибири, Москве и на Северном Кавказе».

Зато, по словам Силантьева, эту проблему практически полностью решили в Чечне - одном из четырех российских регионов, где ваххабизм запрещен местным законодательством. Недавно в Грозном прошла международная исламская конференция «Кто они - последователи сунны?», которая не просто осудила терроризм, но и дала определение нетрадиционному исламу. Ее итогом стала фетва (религиозно-правовое заключение), принятая муфтиями России и СНГ, осуждающая «ваххабизм и другие заблудшие секты современности». Их последователи четко отделяются от традиционных суннитов. В конце документа под названием «Фетва о неотъемлемых признаках отличия истинного ислама от заблуждений» подчеркивается, что она является «согласованным решением муфтиев и ученых России и обязательна к исполнению всеми мусульманскими организациями на территории Российской Федерации».

«Грозненская фетва позволяет нам с большей уверенностью ставить вопрос о запрете ваххабизма на федеральном уровне, - считает Роман Силантьев. - Этот вопрос обсуждается с 1999 года. На данный момент 90% экстремистов в России являются ваххабитами. Пока ваххабизм не запрещен, эффективно противостоять экстремизму в стране невозможно».

«Реальность сегодня такова, что фетва, принятая в Грозном, была необходима, - согласен Равиль Панчеев. - Двадцатимиллионная российская умма ждет от нас конкретики. Было много обращений в адрес духовных управлений, чтобы религиозные деятели вынесли общее решение, объяснив мусульманам России, что есть традиционный ислам, а что - нет».

Однако этот документ, который должен был внести ясность и объединить мусульман России, вызвал серьезную полемику. Председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин увидел в грозненской фетве «заключительное прокурорское обвинение в адрес ряда (заметим, далеко не полного!) хорошо всем известных радикальных, экстремистских и террористических течений и сект современного исламского мира», а также попытку «безапелляционно разделить мусульман на своих и не своих» (на сайте возглавляемого им СМР на днях был опубликован свой документ об опасных сектах и о признаках псевдоисламского радикализма, названный «доработанным вариантом фетвы, принятой на исламской конференции в Грозном»). После чего муфтий Чечни Салах-хаджи Межиев обвинил Гайнутдина в потворстве радикализму, призвав его еще раз обсудить грозненскую фетву и вместе начать бороться с незаконными проявлениями ваххабизма. По его мнению, она стала своеобразной лакмусовой бумагой - «отличным средством для выявления ваххабитов и их симпатизантов».

«Нет необходимости упоминать каждую раскольническую группу или движение ввиду того, что суть их идеологии носит характер сектантства, так называемого салафизма, а на деле - псевдосалафизма, - подчеркнул Салах Межиев. - Под влиянием этого раскольнического течения немало молодых людей из Центральной России уходят якобы на джихад в Сирию и Ирак. Это является свидетельством слабой работы Совета муфтиев России с молодежью и отсутствия какой-либо внятной программы противодействия радикалам и террористам. Мы вынуждены называть своими именами те или иные негативные явления в современном российском обществе, чтобы активнее велась работа по противодействию деструктивным силам, подрывающим изнутри российскую умму».

Силой или убеждением?

Впрочем, не все ученые-религиоведы на петербургской конференции приветствовали идею запрета салафизма на основе фетвы, определившей «истинных» и «неистинных» мусульман. Дискуссия набирала обороты.

«Фетва, принятая на конференции в Грозном, неоднозначна. Например, за пределы ислама ею выведены «Братья мусульмане», чего делать нельзя. А вот вывести за пределы ислама ИГИЛ совершенно необходимо», - подчеркнул один спикер.

«Терроризм не имеет религиозной почвы, это болезнь всего общества, — отметил другой. — Дагестан потерял около 60 лучших ученых богословов, убитых религиозными террористами. У нас принят закон, запрещающий ваххабизм, но он не работает»...

«У религиозного терроризма около двух десятков разновидностей - помимо исламского есть также терроризм католический, сикхский, индуистский и так далее».

«Не надо сводить проблему к лозунгам «Давайте укреплять толерантность и взаимодействие», нужно сосредоточиться на практических шагах. Например, разработать курсы по борьбе с сектами»...

В то же самое время, когда на полях межконфессиональной конференции кипели нешуточные страсти, в Петербурге шел своим чередом второй конкурс чтецов Корана (первый состоялся в мае). В знании Священного Писания соревновались молодые люди и дети старше пяти лет. Конкурсантам читали начало одной из сур, и каждый должен был узнать текст и продолжить. Наизусть. На арабском.

Среди победителей в отдельных номинациях - шести-семилетние мальчишки. Таких, пожалуй, уже не запутаешь вырванными цитатами и искаженными трактовками.

Прямая речь

Рустам БАТРОВ, первый заместитель муфтия Республики Татарстан:

- Муллы в казанских мечетях во время службы стоят, опираясь на посох странника, а не на меч воина, как в Туркестане. Издревле они ходили по деревням и обращали в ислам не огнем и мечом, а проповедями, то есть исключительно мирным путем. Татарский народ традиционно миролюбив и веротерпим.

Россия - особенная страна. У православных и у мусульман общий моральный базис. Российский президент на вопрос, к чему ближе православие — к католичеству или исламу, ответил: «К исламу, ведь с мусульманами мы живем бок о бок веками, у нас общее прошлое и, что самое главное, общее будущее. Согласно проведенным среди мусульман Татарстана соцопросам, большинство из них склонны воспринимать единоверцев из далеких государств как чужаков, а соседей-православных идентифицируют как своих. Парадоксально, но это наша реальность.

У нас не принято вступать с христианскими братьями и сестрами в богословские дискуссии. Мы не спорим, кто вернее понимает слово Божие. Судить о правоте человека и о том, кто ближе к Богу, может только Всевышний.

Александр СОТНИЧЕНКО, политолог:

- Огромное количество сект вышли из ислама, потеряв с ним всякую связь. Например, ваххабиты. Религиозные лидеры должны четко указывать верующим, что является религией, а что - нет, что традиция для определенной территории, а что - нет. Главная проблема сегодняшнего мусульманского мира в том, что ни один из авторитетных богословов не вывел ИГИЛ или ту же «Аль-Каиду» за пределы ислама.

С моей точки зрения, у российской уммы несколько проблем. Во-первых, нет единства. К сожалению, различные религиозные организации конфликтуют друг с другом, вместо того чтобы делать общее дело. Во-вторых, мало образованных кадров. Советская власть нанесла исламскому образованию колоссальный ущерб. На протяжении всей своей истории она разными методами боролась с исламом, начиная с физической ликвидации священников в 1920 - 1930-е годы и заканчивая интригами в 1970-е. Эту брешь сейчас надо заделывать, используя опыт мировой исламской уммы.

Но, конечно, надо знать, где учиться и чему. Можно готовить священников в Саудовской Аравии, можно в Египте, Малайзии или Турции. Традиции везде разные. Надо отправлять за границу людей, которые сделают правильные выводы из обучения. Необходимо найти четкую грань между патриотизмом и открытостью знаний, идущих из других стран. Если не изучать того, что творится за пределами российской уммы, в конце концов произойдет то, что случилось после краха СССР, когда российские муллы не смогли ответить на вызов ваххабитской экспансии из Саудовской Аравии и стран Персидского залива.

Ваххабизм - это ультраконсервативная, радикальная версия ислама, требующая полного отказа от всего, что не соответствует образу ислама в первой мусульманской общине. Проблема в том, что никто не знает, какой она была... Прошло 14 веков, сохранилось не так много источников. Поэтому происходит реконструкция такой первой мусульманской общины, какой ее выгодно видеть самим ваххабитам.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook