Главная городская газета

Только один час войны

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

В Петербурге растет штраф за браконьерство

Инициативу согласовали на заседании комитета по законодательству ЗакСа. Читать полностью

«Норд Стрим-2»: стройка начинается

Компания Nord Stream-2 AG получила разрешение Минстроя РФ на строительство сухопутного участка газопровода в России. Читать полностью

Золотая медаль за «работу в поисковой системе Яндекс»

VIII Всероссийский чемпионат по компьютерному многоборью среди пенсионеров принес золотую медаль петербуржцу Сергею Алексеевичу Осокину. Он стал первым среди начинающих пользователей в номинации «Работа в поисковой системе Яндекс». Читать полностью

«Штрафной костер», или пожары атакуют

В лесной зоне всей Ленинградской области действует особый противопожарный режим. Читать полностью

Пролетарии всех стран, приезжайте в Петербург!

Они задействованы в тяжелой промышленности, машиностроении, строительстве, обрабатывающих производствах и сфере услуг. Их труд используют не менее 36% предприятий города. Какой вклад вносят мигранты в экономику Петербурга? Читать полностью

Кто держит руку на пульсе народов: круглый стол в Доме национальностей

В Петербурге поговорили о профилактике национального и религиозного экстремизма. Как это было? Читать полностью
Только один час войны | ФОТО 900igr.net/shutterstock.com

ФОТО 900igr.net/shutterstock.com

В один из дней марта 1943 года вызвал меня начальник штаба артиллерии 16-го укрепрайона Ленинградского фронта подполковник Бондаренко, который в это время находился на переднем крае обороны – наблюдательном пункте батареи. Прежде чем идти, я поставил в известность своего начальника – командира 93-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона (ОПАБ) майора Будайницкого.

Наш батальон держал тогда оборону вдоль правого берега Невы недалеко от поселка Невская Дубровка. Левый берег реки занимали немецкие войска. Можно сказать, что мы с врагом стояли напротив друг друга по ширине реки, которая составляла 500 – 800 метров, а в самом узком месте – 250 метров. Я взял с собой своего ординарца Павлика Буданова.

До наблюдательного пункта батареи было около трех километров. Первая половина пути шла лесом, вторая – по открытой местности, где были вырыты траншеи. Сначала мы пробирались по ним, а потом, чтобы сократить путь, двинулись в открытую. И тут вдруг нас накрыло огнем немецкой артиллерии. Стреляли, наверное, три батареи сразу. Огонь был таким ошеломляющим, что мы даже не успели добежать до траншеи, находившейся от нас в десяти метрах, и потому залегли.

Оказывается, мы очутились на пристрелянной немцами точке-ориентире. Огонь был настолько густой, что оба подумали: вот-вот случится прямое попадание и нас разорвет на куски. Было страшно, и мы с каждым разрывом снаряда утыкались лицом в снег все глубже и глубже, пока не дошли до глины и не испачкали в ней носы. Пять минут нам показались вечностью.

Когда прекратился огонь, мы вздохнули с облегчением – оба целы! Потом договорились встать во весь рост и, показав немцам кулак, перебежать в траншею, пока их артиллерия снова не открыла огонь. Так и сделали. А немцы, наверное, записали на своем лицевом счете, что уничтожили офицера и солдата. Вскоре мы пришли на наблюдательный пункт. Я сказал подполковнику о причине опоздания. Он ответил, что все видел.

Бондаренко показал мне в стереотрубу немецкую землянку, из которой шел дым, и сказал:

— Вот сволочи, как нахально, открыто готовятся к обеду. Не будь у нас лимита на расход снарядов для пушек, мы показали бы им, как наглеть на наших глазах.

Тут я и говорю:

— Разрешите, товарищ подполковник, отомстить им.

– А есть у тебя на это запас снарядов?

– Да. Полевая артиллерия оставила нам несколько ящиков, когда переезжала на другой участок фронта.

– Тогда давай, – сказал он.

Правда, я несколько слукавил. Мы тоже были ограничены в снарядах, поскольку вели пристрелку левого берега Невы, который занимал противник. Чтобы вдарить по землянке, я связался по телефону с командиром батареи старшим лейтенантом Гусаровым, находившимся в 2,5 км от нас на лесной поляне. Подаю команду: «Ориентир # I левее 0-25 первому один снаряд огонь!».

Снаряд взорвался, не долетев около 100 метров до немецкой землянки. По правилам стрельбы, следующая моя команда должна была увеличить прицел на восемь делений, чтобы цель захватить в вилку. Я решил увеличить прицел только на четыре деления, т. к. недолет был небольшой. Второй снаряд взорвался за землянкой. Потом, как полагается у артиллеристов, разделил вилку, т. е. уменьшил на два деления. И снаряд точно попал в цель. Когда развеялся дым, отчетливо видно было не только в стереотрубу, но и простым глазом, как из развалин землянки на коленях выползли два немца. Сколько осталось в землянке убитыми – знали только они.

Возмездие свершилось, и я тут же по телефону объявил благодарность командиру батареи старшему лейтенанту Гусарову и всему личному ее составу. Как только я положил трубку, подполковник Бондаренко подал команду: «Смирно! За образцовое выполнение боевого задания заместителю командира 93-го ОПАБ по артиллерии старшему лейтенанту товарищу Зингерову объявить благодарность». Я ответил: «Служу Советскому Союзу!»

Товарищи корреспонденты газеты! Эту заметку я написал в дань памяти моего верного ординарца Павла Евграфовича Буданова из деревни Обмелюхино Линдовского района Нижегородской области.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook