Главная городская газета

Плата за сеанс

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

Генплан Петербурга: на экономической волне

В районных администрациях начались публичные слушания по проекту изменений в Генеральный план Северной столицы. Читать полностью

Власти Ленобласти опубликовали проект «Ленинградский гектар»

Кто и на каких условиях сможет стать владельцем земельного участка - в нашем материале. Читать полностью

Новые горизонты и дороги Кронштадта

В Смольном намерены модернизировать на острове Котлин транспортную инфраструктуру, направив на такую работу около 9 млрд рублей. Детали амбициозной инициативы – в нашем материале. Читать полностью

Новая жизнь «Рождествено»

В Ленинградской области состоялся конкурс на реставрацию в усадебном доме семьи Набоковых - музее-усадьбе «Рождествено». Читать полностью

Василеостровская эпопея, или строительство идет со скрипом

Смольный озвучил ряд замечаний в адрес компаний, осваивающих намыв на западе Васильевского острова. С момента начала стройки городские власти регулярно выражают недовольство процессом. Читать полностью

Автомагистраль в интересах животного мира

Что такое экодук и как он связан с миграцией лосей? Читать полностью
Плата за сеанс | ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

Раньше институты сами приобретали оборудование для исследований, теперь ставка сделана на ЦКП - центры коллективного пользования при больших университетах и НИИ. Туда, по сути, могут обращаться сторонние ученые, чтобы поработать на дорогостоящем оборудовании. Все бы замечательно, но до сих пор непонятно, на каких условиях пользоваться чужой техникой.
«За бесплатно»? За деньги? За какие деньги?
Об этом беседуем с руководителем отделения электронной микроскопии (оно входит в ЦКП «Таксон» Зоологического института РАН) доктором биологических наук Андреем ШАТРОВЫМ.

- Андрей Борисович, все оборудование у вас, кажется, заграничное. В России микроскопы вообще не производятся?

- Электронный микроскоп, на мой взгляд биолога, - самое совершенное достижение научно-технической мысли ХХ века. Сейчас XXI век, но ничего принципиально нового не появилось - лишь совершенствуется то, что было разработано ранее.

Именно посредством электронной микроскопии мы получаем знания о живой клетке. К примеру, разрешение нашего просвечивающего электронного микроскопа - 0,2 - 0,3 нанометра. Нанометр - одна тысячная микрона, а микрон - одна тысячная миллиметра. Размер личинки клеща - 200 микрон. Увеличиваю в 50 - 100 тысяч раз - и вижу не просто глотку личинки или ее слюнную железу, а секреторные клетки и органеллы!

Первый советский электронный микроскоп был разработан в Ленинграде в 1946 году. Назывался он микроскоп ГОИ - по аббревиатуре Государственного оптического института. Я не перестаю поражаться: этот микроскоп разрабатывали во время блокады!

В Союзе электронные микроскопы производили на трех заводах: в Выборге, Красногорске и украинском городе Сумы. Мы не хотели зависеть от Запада, поэтому были и свои микроскопы, и свои инженеры: после войны и в течение последующих десятилетий в стране образовался класс специалистов-техников электронной микроскопии.

Из заводов до недавнего времени еще что-то выпускал сумский, но и там, видимо, поняли, что за международными корпорациями не угнаться. В нашем ЦКП собрано оборудование (просвечивающий и сканирующий электронные микроскопы на одной площадке), которым вряд ли какой-то еще российский биологический НИИ может похвалиться. И если говорить именно о современных микроскопах в нашем институте - да, они зарубежные.

- Центр коллективного пользования должен предоставлять оборудование и ученым со стороны, в чьих лабораториях такой техники нет...

- На мой взгляд, существует три способа эксплуатации любой техники.

Первый - организация покупает оборудование для себя, как и было до недавнего времени во всех НИИ: институты закупали технику и предусматривали в своем бюджете расходы на ее поддержание.

Второй способ - коммерческое использование: организация покупает оборудование, продает другим организациям сеансы работы на нем, а на вырученные деньги поддерживает техническое состояние этого оборудования и собственные проекты.

Третий способ - самый плохой. И вот с ним мы сейчас имеем дело. К примеру, институт подал заявку на дорогой микроскоп в РАН и ФАНО, заявка выиграла, мы получили выдающийся микроскоп. А дальше - мы на него дышать боимся.

- Почему?

- Случись что - на его починку денег нет. У нас сейчас простаивает один из сканирующих микроскопов, настольный: надо менять детектор, а это 400 тысяч рублей. Не так давно вызывали сервисного инженера для профилактики другого микроскопа: только его работа стоила 300 тысяч рублей.

Возьмем наш просвечивающий микроскоп. Мы его получили в 2011 году, он стоил полмиллиона евро (нынешние стоят примерно миллион). На Западе такая техника работает практически круглосуточно, а мы - бережем. На микроскопе работают только 5 - 7 человек, которые, безусловно, умеют этой техникой пользоваться. Вы не увидите у нас толпы сторонних ученых или студентов, хотя нам необходимо растить кадры. Боюсь, что государство ждет от центров коллективного пользования перехода на коммерческие рельсы.

- Чтобы зарабатывать деньги на обслуживание аппаратуры?

- Именно так. Чтобы ЦКП работали эффективно и себя окупали, нужно, чтобы кто-то покупал сеансы работы на микроскопах. И наличие прейскуранта - одно из требований к центрам коллективного пользования: прейскурант должен быть размещен на сайте любого ЦКП с перечнем услуг и условий работы.

Проблема в том, что механизмы продажи/покупки сеансов в организациях строго не прописаны. А главное - на эти сеансы, в общем-то, нет платежеспособного покупателя. Желающие поработать на оборудовании есть: биологи Герценовского университета, СПбГУ, Смоленского госуниверситета, Южного федерального университета... И пока ЦКП действуют на чисто гуманитарной основе: если у кого-то есть потребность - мы предоставляем такую возможность безвозмездно. Но из желающих заплатить за такую возможность очередь не выстраивается.

Между тем в ежегодном отчете о работе ЦКП есть графа: «Сколько миллионов рублей получил центр коллективного пользования в истекшем году?». Абсурд!

- Может, в центре будут сделаны открытия, которые можно внедрить и на этом заработать?

- Это очень сложно реализовать. Я приведу пример. Мы обнаружили (и посредством нашей электронной микроскопии исследовали) удивительное явление: шелкопрядение у водяных клещей. Никто раньше этого явления не наблюдал. Оказалось, в лабораторных условиях многие виды водяных клещей непонятно почему продуцируют большое количество нитчатых образований. Как пауки паутину.

Но у клеща эта «паутина» состоит из жестких неветвящихся нанотрубочек. Паучья паутина в воде теряет свои свойства, а эти нанотрубки в воде не портятся, их не разорвать! Вот, пожалуйста, интересная разработка для физиков: жесткие биологические нанотрубки. Работа была опубликована в нескольких наших и зарубежных научных журналах. Но вряд ли физики читают биологические издания. А биологам некогда еще и маркетингом заниматься.

Я не упомянул о еще одной проблеме. Несколько лет назад довелось поговорить с ректором одного технического вуза - оказалось, что там уже не готовят кадры для обслуживания электронной микроскопии. Огромный сегмент оказался непокрытым! То есть оборудование производится только за рубежом, вся техническая начинка и программное обеспечение - зарубежные и инженерные кадры соответствующие уже не готовят.

- Кто же к вам тогда приезжал чинить технику?

- Это сервисные инженеры авторизованных дилерских фирм. Их обучают за рубежом в фирмах, производящих микроскопы. Но, например, у фирмы - официального дилера, через которую мы закупали микроскоп, не было специалистов по его установке. Пришлось обращаться в другую фирму: она тендер на продажу микроскопа проиграла, но специалист нужный у нее был. Все это очень затрудняет работу. Иногда в контрактах предусматривается обучение персонала на нашей площадке, но это только азы.

На Западе никто этим не заморачивается: биологи делают свою работу, если что - звонят в фирму и приглашают инженера. Мы лишены такой возможности, потому что, повторю, денег на это нет. А я еще помню советские времена, когда у институтов в штате были инженеры для эксплуатации микроскопов.

Знаете, как мы пытаемся сейчас выйти из положения? Поскольку инженеров нет, взяли для эксплуатации оборудования молодых биологов - магистранта и аспиранта. Посмотрим, что получится.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook