Главная городская газета

Памятник на болоте

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

Василеостровская эпопея, или строительство идет со скрипом

Смольный озвучил ряд замечаний в адрес компаний, осваивающих намыв на западе Васильевского острова. С момента начала стройки городские власти регулярно выражают недовольство процессом. Читать полностью

Автомагистраль в интересах животного мира

Что такое экодук и как он связан с миграцией лосей? Читать полностью

В Петербурге и Ленобласти оценили экологическое состояние водоемов

Специалисты проанализировали водостоки за первый квартал текущего года. Подробнее о результатах исследования - в нашем эксклюзивном материале. Читать полностью

Черное море осталось без круизов

В навигацию 2018 года морской пассажирский порт Сочи, скорее всего, не примет ни одного круизного лайнера. Причину сложившейся ситуации выясняли «СПб ведомости». Читать полностью

Как меняется отопление в котельных на Саперной

Саперная улица находится в Пушкине. Несколько дней назад она стала центром важных показательных событий, характеризующих тепловую инфраструктуру города. Подробности – в нашем материале. Читать полностью

Сел и поехал. Петербург как «Умный город»

В Северной столице прошел «круглый стол», посвященный требованиям к территориям будущего «Умного города». Как выяснилось, от красивых теорий до реальной практики - огромная дистанция. Читать полностью
Памятник на болоте |  Иллюстрация mariakraynova/shutterstock.com

Иллюстрация mariakraynova/shutterstock.com

«Дважды похороненные. Когда не стоит тревожить прах погибших воинов» - так называлась публикация в нашей газете от 24 мая. Речь в ней шла о серьезном разногласии внутри поискового движения: можно ли при необходимости вскрывать и переносить регулярные воинские захоронения, пусть даже и забытые? Именно в этом нередко упрекают Поисковое движение России (ПДР), действующее под эгидой Российского военно-исторического общества. Слово - поисковику с многолетним стажем руководителю регионального отделения ПДР в Петербурге и представителю Северо-Западного федерального округа в координационном совете ПДР Илье ДЮРИНСКОМУ.

- Илья Владиславович, не будете отрицать, что разногласия существуют?

- Нет, не буду. Их причина - несовершенство законодательства. Федеральные законы «О похоронном деле» и «Об увековечении памяти защитников Отечества» разрешают перенос захоронения только, во-первых, при согласии родственников и, во-вторых, в случае стихийных бедствий. Но ни в одном из законов не оговаривается, что делать с захоронениями, которые ранее для отчетности, на бумаге, были перенесены, но, по сути, остались на прежнем месте.

Такое часто бывало во время укрупнения воинских захоронений в 1950-х и 1960-х годах, когда останки с отдельных могил и даже целые кладбища переносили на большие мемориалы. И теперь поисковики нередко сталкиваются с ситуацией: по документам такого захоронения уже нет, а в реальности в земле лежат останки бойцов.

По закону, ответственность за увековечение памяти этих солдат - на органах местного самоуправления. Они должны обустроить захоронение, поставить памятник, построить к нему дорогу и содержать ее в нормальном состоянии круглый год. В большинстве регионов Российской Федерации у муниципальных властей такая возможность есть.

Наша территория особая: под Ленинградом шли непрерывные бои на протяжении почти двух с половиной лет, с осени 1941 года по начало 1944 года. Возьмите карту одного только Кировского района Ленобласти - она вся покрыта воинскими захоронениями, от одиночных до братских. И большинство из них - в глухих лесах, в труднодоступных заболоченных местах, куда до сих пор нет нормальных дорог.

Поэтому на месте увековечить память бойцов - задача для муниципальных образований нашего региона практически неподъемная, поскольку денег им выделяется мало. А средства районных администраций привлекать нельзя - таков закон. Это еще одно противоречие, которое очень мешает делу.

Получается, что если у муниципалов нет средств на установку памятника посреди болота и строительство туда дороги, то они тем самым нарушают федеральный закон: не увековечивают память защитников Отечества. А если они, наоборот, находят средства и переносят захоронение на мемориал в более доступное место - это тоже нарушение закона, поскольку регулярные захоронения трогать нельзя.

- Чаще всего звучит возражение: даже если речь идет о санитарных захоронениях, то погребенные в них бойцы не были «забыты» на поле боя. Их уже похоронили. Зачем вообще тревожить их прах?

- В некоторых случаях это необходимо для того, чтобы ближайшие родственники не только знали, где конкретно похоронен их дед или прадед, но и могли в любое время года приехать и положить цветы на могилу.

Ведь надо отдавать себе отчет, как провожали бойцов в последний путь во время войны. Прямо в тех местах, где проходил фронт, возникали воинские захоронения - так называемые санитарные. Бойцов могли похоронить в воронке или в блиндаже, но им при этом отдавали воинские почести. Возможно, над могилой ставили пирамидку... Но проходило время, и они разваливались от времени, оставались только неприметные холмики...

Многие из таких могил, даже одиночные, обозначены на картах, но на местности они никак не отмечены. Путаница с фамилиями колоссальная - по статистике, от 20 до 100%. На одном захоронении могут лежать воины, которые числятся погребенными в других.

- Напомню, участников военно-исторического лагеря «Волховский фронт», который проходил в прошлом году, упрекали в том, что они выкопали регулярное захоронение бойцов 71-й стрелковой дивизии и перенесли его на мемориал «Синявинские высоты». Была ли в этом необходимость?

- Упомянутое вами захоронение сначала было потревожено мародерами, затем его частично вскрыл 90-й поисковый батальон Министерства обороны. Местная администрация считала, что лучше бы останки перенесли на существующий мемориал. Что и сделали участники лагеря «Волховский фронт». Причем выполнили это очень аккуратно и уважительно по отношению к останкам бойцов. Была проведена большая работа по идентификации найденных воинов, устранена путаница с именами в архивных документах.

Моя личная позиция: в каждом конкретном случае поисковики, обнаружив неизвестное, неотмеченное воинское захоронение, должны сообщать о нем в местные органы власти и руководству района. После чего собирается комиссия из всех заинтересованных лиц - представителей военкомата, прокуратуры, МВД, администрации, муниципалов, общественных организаций, включая поисковиков. Принимается решение: вскрыть захоронение силами либо поисковиков, либо поискового батальона Министерства обороны.

Останки достают, раскладывают на специальные эксгумационные баннеры, все фиксируется, в том числе личные вещи. Те из них, которые позволят определить именную принадлежность (подписные предметы, награды, документы), изымаются, и по ним ведется выяснение, кто же в этой могиле похоронен.

После чего комиссия собирается второй раз и анализирует ситуацию: есть ли возможность увековечить на месте или нет? Если требуется перенести, значит, так тому и быть, но сам по себе перенос может произойти только тогда, когда будет определена вся процедура и найден источник финансирования, чтобы провести ее достойно.

Весной 2015 года такая комиссия по нашему предложению начала действовать в Кировском районе. Так что процесс, как говорится, уже пошел, и конфликтные ситуации вокруг захоронений должны быть исключены.

Вообще, на мой взгляд, для разрешения этой ситуации в общероссийском масштабе нужно изменение законодательства. Поисковое движение России уже несколько лет занимается подготовкой юридических поправок в федеральные законы о похоронном деле, об увековечении памяти и о муниципальных образованиях. Мы собираем предложения от всех заинтересованных участников поискового движения.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook