Главная городская газета

Диалог или хаос

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

«Меркурий» проследит за молоком?

«СПб ведомости» провели исследование молочного рынка и узнали что связывает штрих-код, шлагбаум и кишечную палочку. Читать полностью

Кто в должниках у ЖКХ, или развод по-петербургски

История с квитанциями, в которых числились долги по квартплате десятилетней давности, далека от завершения. Потому каждой из 418 тысяч семей, которые получили подобное извещение, стоит разобраться в вопросе и вооружиться некоторыми знаниями. Читать полностью

В Петербурге растет штраф за браконьерство

Инициативу согласовали на заседании комитета по законодательству ЗакСа. Читать полностью

«Норд Стрим-2»: стройка начинается

Компания Nord Stream-2 AG получила разрешение Минстроя РФ на строительство сухопутного участка газопровода в России. Читать полностью

Золотая медаль за «работу в поисковой системе Яндекс»

VIII Всероссийский чемпионат по компьютерному многоборью среди пенсионеров принес золотую медаль петербуржцу Сергею Алексеевичу Осокину. Он стал первым среди начинающих пользователей в номинации «Работа в поисковой системе Яндекс». Читать полностью

«Штрафной костер», или пожары атакуют

В лесной зоне всей Ленинградской области действует особый противопожарный режим. Читать полностью
Диалог или хаос | ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

Докторская диссертация профессора заведующего кафедрой международного права юридического факультета СПбГУ Сергея БАХИНА была посвящена сближению национальных правовых систем. Защитил он ее в 2003-м, но тема не только не устарела, но, наоборот, стала гораздо более актуальной. Международная обстановка накаляется. Умение искать точки соприкосновения, вырабатывать общие подходы к сложным проблемам и явлениям становится едва ли не главным фактором выживания. Возможен ли в наше время правовой консенсус между странами разных традиций, культур, в том числе и между вечными идеологическими противниками? Об этом обозреватель нашей газеты Михаил РУТМАН поговорил с ученым.

– Вам не кажется, Сергей Владимирович, что международное право сейчас находится в глубоком кризисе? Сплошь и рядом оно бесстыдно попирается. Политики правовыми нормами буквально манипулируют – когда им выгодно, превращают их в инструмент давления, а когда не нужно, тут же о них забывают.

– Я убежден, что слухи о глобальном кризисе международного права сильно преувеличены. В противном случае были бы невозможны экономические отношения между государствами, межбанковский обмен, трансграничная торговля, инвестиционная деятельность, сотрудничество в сфере науки и культуры, борьба с преступностью и глобальными эпидемиями. Четкая правовая основа необходима для запуска космических аппаратов, международных полетов воздушных судов, туризма, безопасного мореплавания. И все это работает! Проблемы существуют лишь в одной области – праве международной безопасности. Это очень сложная и трудно поддающаяся регулированию сфера взаимоотношений государств. Однако механизм такого регулирования все же имеется.

70 лет назад на Ялтинской конференции. Сталин, Рузвельт и Черчилль заложили основы современного мироустройства. Итогом этой встречи стало создание ООН – всемирного центра согласования позиций и координации действий государств. Одна из главных задач этой организации – поддержание международной безопасности. Эта система работает до сих пор.


– Вы действительно так считаете?

– Да, она время от времени дает сбои, но ничего лучшего в обозримом будущем придумать невозможно! И когда у государств появляется практический интерес, они опираются именно на эту систему. Напомню, что в преамбуле Устава ООН сформулирована задача предотвращения третьей мировой войны.

На заре существования ООН бытовало мнение, что она должна начаться спустя вдвое меньший срок, чем прошел между первой и второй войнами. Я произвел несложный расчет – и это оказался год Карибского кризиса. Но войны не случилось – ни тогда, ни потом!


– А сколько «мелких» войн, унесших сотни тысяч жизней, с тех пор произошло в мире?

– Но это вина не ООН, а тех государств, которые не выполняют свои обязательства по международному праву. Главная изюминка Устава ООН – право вето, которым наделены постоянные члены Совета Безопасности (помимо трех «ялтинских» держав в их число вошли Франция и Китай).

Этот механизм заставляет при рассмотрении спорных вопросов искать решение, которое бы устраивало всех, и исключить претензии какой-либо одной великой державы на мировое господство. США, как мы видим, на такое господство ныне стали претендовать открыто. Их не устраивает, что, согласно Уставу ООН, они находятся в равном положении с другими постоянными членами Совета Безопасности. По сути, происходит торпедирование деятельности СБ и принижение роли ООН.


– Ну так пусть ООН и включает свои правовые механизмы.

– Вы знаете, и международное право, и система ООН – это не палочка-выручалочка, а лишь инструменты в руках государств. Все зависит от того, как ими пользоваться. Преследуя свои геополитические интересы, некоторые государства начинают извращенно толковать нормы международного права, резолюции Совета Безопасности. Действуют они в последнее время весьма цинично, что видно на примере ситуаций в Ираке, Ливии, Сирии...


– Так, может, резолюцию Совета Безопасности, скажем, по Ливии, специально так и написали, чтобы иметь возможность толковать потом в свою пользу?

– Нет, при выработке подобного рода документов взвешивается каждое слово. Но в расчет при этом принимается их добросовестное толкование. Мы, к примеру, всегда полагаемся на порядочность наших партнеров. Как сказал Евгений Максимович Примаков, нас часто губит излишнее целомудрие. На нашем месте, к примеру, другая страна давно уже плюнула бы на Межпарламентскую ассамблею Совета Европы и хлопнула дверью. Но мы, несмотря на все ее козни, все равно ведем себя с ними по-джентльменски. Мы исходим из того, что худой мир лучше доброй ссоры. Хотя в последнее время все чаще раздаются голоса о том, что Россия не должна позволять так обходиться с собой.


– Говорят, что миром сейчас правят не политики, а транснациональные корпорации...

– Я бы не стал это утверждать так категорично. Хотя, честно говоря, влияние большого бизнеса на политику явно растет. Государства стремятся защитить свою экономику от безудержной экспансии этих корпораций, поэтому они в последнее время стараются действовать в обход права. То, что идет замена правовых инструментов на неправовые, – это факт. Мне, например, никто не может объяснить, что такое G8. Собрались несколько стран, создали некий «клуб по интересам» и считают себя вправе решать проблемы международного сообщества. Хотя их никто на это не уполномочивал. Есть Устав ООН, в котором написано, что он имеет приоритет перед любым международным договором. «Восьмерка» же никакого устава не имеет, но ведет себя как мировой хозяин. Решил он наказать Россию – и «восьмерка» стала «семеркой».


– И ООН спокойно смотрит, как у нее фактически «воруют» полномочия....

– Неудивительно – трое из членов «семерки» являются постоянными членами Совета Безопасности. ООН так же «не видит» и весьма сомнительных антироссийских санкций.


– Кстати говоря, как вы с точки зрения права оцениваете ситуацию, когда одна страна или группа стран наказывает другую? Мы что, провинившиеся школьники, которых учитель ставит «в угол на горох»?

– Уставом ООН предусмотрено введение санкций против государств в случае угрозы миру или нарушения мира. Нам вменяют в вину участие в военных действиях на Украине, но прямых доказательств этого никто до сих пор не представил. Да этого и не требуется, Россия априори объявляется виновной во всех бедах. Такую позицию занимают страны с давней антироссийской ориентацией – к примеру, Польша и государства Прибалтики. Германия и Франция могли бы уравновесить ситуацию, но их политика ориентирована на позицию США. Вот и получается, что в Совете Европы громче всех звучат голоса противников России. И это показывает уровень стратегического мышления руководителей ведущих европейских держав. Сталин, Рузвельт и Черчилль в 1945 году строили планы как минимум на полвека вперед, а Меркель и Олланд не могут просчитать ситуацию на два-три шага. Ну «придушили» они нас сегодня, а что завтра-то будет? Не знают, не хотят думать.


– Хотелось бы понять, почему все-таки, не имея достаточных оснований, они позволяют себе реализовать свою антироссийскую позицию через правовые инструменты. Либо международные нормативные акты так написаны, что допускают такую трактовку, либо этими актами просто пренебрегают?

– Ни о каком праве здесь фактически речь уже не идет – чистая политика. Прямое нарушение Устава ООН – санкции могут вводиться только против государств, в отношении физических лиц и частных компаний они не предусмотрены. Более того, санкции приходят в противоречие с духом и буквой ВТО. Вот, скажем, совершенно абсурдная ситуация с контрактом по «Мистралям»... Получается, что теперь в обоснование невыполнения своих обязательств можно ссылаться на то, что мы недовольны поведением нашего контрагента.


– А откуда уверенность у руководства страны, что мы через суд взыщем с Франции ущерб за невыполнение контракта по «Мистралям»?

– Согласен с вами, гарантии нет. Хотя с точки зрения права дело стопроцентно выигрышное для нас. Но иного пути, чем судебная процедура, у нас нет.


– А почему тогда Россия не участвует в деятельности Международного уголовного суда?

– Думаю, потому что там необъективность уже запрограммирована. США заключили с целым рядом стран договоры о том, что те не будут выдавать МУСу американских граждан. При этом сами США без всякой судебной процедуры могут вывезти на свою территорию гражданина любой страны! Идти в суд, где наших граждан судить будет можно, а американских нельзя, тоже не хотим.


– А может быть, надо уже перестать лицемерить и честно признаться, что никакого международного права просто нет, а есть политическая целесообразность, национальные интересы или то, что под этим понимают политики?

– Такая точка зрения имеет место, в том числе и в нашей стране. Но я с этим категорически не согласен. Международное право создавалось веками, причем чаще всего методом проб и ошибок. В результате государства тщательнейшим образом отобрали те правила, которые действительно эффективны. И это не просто набор «правил поведения», это сложная продуманная система. Если брать из нее только то, что кому-то выгодно, в отношениях государств наступит полный хаос.

Признаюсь вам, я даже полагаю, что существующее регулирование, по сути, оптимально. Желая изобрести что-то новое, мы все равно вновь вернемся к тому, что было апробировано столетиями. Пренебрежение правом – это бумеранг, который может больно ударить спустя годы. Вот сейчас в ООН рассматривается вопрос о континентальном шельфе России в Охотском море. Статус шельфа, как известно, регулируется Конвенцией 1982 года по морскому праву. США в свое время к ней не присоединились. Но теперь, когда мы заявили о своих территориальных претензиях, они стали возражать. А мы им: «Не имеете права, поскольку вы не участвуете в конвенции».


– Они заплакали и ушли?

– Речь о другом. Это ответ тем, кто считает, что международное право не работает. США не смогли воспользоваться теми преимуществами, которые могли бы иметь. «Прыгать через флажки» они, конечно, научились хорошо, но нельзя это делать постоянно, можно и проиграть.


– Это все, извините, выяснится потом. Но какой Господь Бог может запретить «прыгнуть через флажки» тому, кто объективно сильнее всех в мире?

– Международное право отличается от внутреннего тем, что государства сами принимают правовые нормы и сами же их исполняют. Если какое-то из них эти нормы нарушает, то оно должно понимать, что аналогичным образом могут повести себя и другие участники международных отношений. «Вы не выполняете, и мы не будем выполнять!»


– Ну и хорошо – пусть какой-нибудь Гондурас не выполняет...

– Дело не в отдельно взятой стране, большой или маленькой. Если начнется обвал международного права, это затронет всех без исключения и не спасет никакая военная мощь. В США много здравомыслящих людей, которые это понимают. Никто не будет, к примеру, бесконечно обострять отношения с Россией. У США и у нас много общих интересов, и потери будут обоюдными. А на мировой арене, между прочим, уже нарисовался новый тяжеловес – Китай. Как он будет себя вести, когда мы «все горшки побьем»? В какую сторону качнется мировое равновесие?


– Не знаю, уместен ли теперь, в свете вышеизложенного, обязательный в разговоре с вами вопрос об унификации национального права. Имеет ли смысл этим сегодня заниматься?

– Безусловно, имеет. Однако надо учесть, что международное право разделяется на публичное и частное. Говоря об унификации национального законодательства, обычно имеют в виду сферу частного права – торгового, транспортного и других. Там создаются единые правила, которые позволяют беспроблемно осуществлять трансграничные контакты граждан и компаний из разных стран. Но сближение идет и в публично-правовой сфере – это гуманитарное и таможенное право, защита прав человека и т. д. Постепенно степень сближения увеличивается. Особенно преуспели в этом страны Евросоюза, они даже планируют нечто вроде единого гражданского кодекса.


– Что имеется в виду – создание единого государства Соединенные Штаты Европы или некоей юридической «надстройки»?

– Пока там об этом точно не договорились. Есть сторонники полной интеграции, есть так называемые федералисты. Но сближению своих правовых систем они придают большое значение, много над этим работают. Полагаю, что нам в связи с созданием Евразийского экономического союза можно будет учесть как положительный, так и отрицательный опыт ЕС.


– А есть и отрицательный?

– Конечно. Сейчас активно внедряется в практику концепция, согласно которой «интеграционное право» стоит выше международного. К примеру, некоторые суды, вместо того чтобы руководствоваться международными договорами, применяют регламенты ЕС. Это уже случай противопоставления групповых интересов интересам международного сообщества. Что будет, если другие интеграционные группировки, скажем, наш Евразийский союз, тоже пойдут по этому пути?


– Так можно ли обрести общий юридический язык?

– А у нас нет другого выхода. Просто нет. Глобальный мир сможет существовать, только опираясь на систему четких правовых предписаний как применительно к отношениям между государствами, так и между частными лицами.


– Вы верите, что это возможно?

– Мы говорили с вами только что об уроках Ялтинской конференции. Тогда государствам удалось договориться в условиях тотального разрушения международных связей, экономики, политических институтов. Причем не просто договориться, а сформировать механизм согласования межгосударственных интересов, успешно действующий многие годы.

Я убежден, что его потенциал не исчерпан, если на то будет воля международного сообщества. Полагаю, что мы должны более активно противодействовать попыткам ревизии итогов Второй мировой войны и перекройке созданной по ее результатам системы международной безопасности, под какими бы лозунгами это ни предлагалось осуществить. Мы должны занимать в этом вопросе наступательную позицию, мы – я имею в виду политиков, дипломатов, юристов, ученых, средства массовой информации.

Одной из сильных сторон политики России как великой державы является то, что в своих действиях она твердо опиралась и опирается на нормы международного права. Россия постоянно демонстрирует сдержанность, не скатываясь на позицию «око за око, зуб за зуб». Это вызывает уважение у многих стран. Отнюдь не случайно нашу позицию поддерживают Китай, Индия, Бразилия и другие весомые политические фигуры на мировой арене.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook