«Почерк остался прежним»: Сергей Петриков — о трансплантации рук
Директор Научно-исследовательского института скорой помощи имени Н. В. Склифосовского Сергей ПЕТРИКОВ в интервью ТАСС рассказал о первом опыте специалистов НИИ в области трансплантации кистей рук и перспективах этого направления.
ФОТО Станислава КРАСИЛЬНИКОВА/ТАСС
— Сергей Сергеевич, расскажите об основных направлениях работы НИИ.
— Институт имени Склифосовского занимается как экстренной, так и плановой многопрофильной помощью. Кроме того, это основной научно-исследовательский институт в московском здравоохранении. Мы занимаемся не только помощью пациентам, но еще и научной работой, обучением. Это три основных направления, которые у нас поддерживаются.
— НИИ имени Склифосовского — лидер в лечении в том числе сочетанных травм…
— К нам поступает очень много пациентов с сочетанной травмой и пострадавших в разных ситуациях. Это и падение с высоты, и автодорожные травмы, и другие. У нас три основных направления, которые больше всего на себя берут экстренных пациентов: хирургия, травматология и нейрохирургия.
Также институт оказывает масштабную высокотехнологичную медицинскую помощь по программе госгарантий, обеспечивая передовое лечение по ключевым профилям, включая кардиохирургию, нейрохирургию и трансплантологию.
— Недавно на базе НИИ имени Склифосовского открылось направление трансплантации рук. Расскажите, как долго врачи шли к этому?
— У нас целый трансплантологический кластер. Врачи пересаживают все, что можно пересадить. Это и сердце, и легкие, и почки, печень, поджелудочная железа, кишечник. За годы работы в институте выполнено более 4,5 тыс. успешных трансплантаций. В 2025 году была проведена первая успешная пересадка руки.
Над развитием нового направления в Москве работает большая мультидисциплинарная команда специалистов НИИ имени Склифосовского, Института пластической хирургии и косметологии, Сеченовского университета, ММНКЦ имени Боткина, ГКБ имени Юдина, 52‑й больницы. Также к участию были приглашены врачи из китайского университета Гуанси, которые применяют в трансплантологии опыт советской и российской школы.
— Какие специалисты занимаются пациентом на всем пути лечения по этому направлению?
— Основной этап в трансплантации — это даже не этап оперативного вмешательства, а подбор иммуносупрессивной терапии, мониторинг возможных кризисов отторжения и так далее. И так как иммуносупрессивная терапия у пациентов после трансплантации кисти похожа на терапию пациентов после трансплантации почки, соответственно, на базе этого отделения мы и начали эти операции.
В операции принимают участие разные специалисты — пластические хирурги, микрохирурги, трансплантологи. Это многопрофильная история. И потом очень много специалистов занимаются в послеоперационном периоде пациентами. Реаниматологи, врачи лучевой диагностики, ультразвуковой диагностики, реабилитологи. Если всех перечислять, то практически весь состав института и занимается.
— Как проводился отбор пациентов для таких операций?
— Есть определенные критерии. В этом случае (речь про двух пациентов института: в апреле 2025 года хирурги пересадили правые предплечье и кисть 53‑летнему мужчине, в феврале 2026‑го 42‑летнему пациенту восстановили левую кисть с участком предплечья и правую кисть. — Прим. ТАСС) у наших пациентов была травма, и ситуация складывалась благоприятно для трансплантации: повреждение локализовалось на уровне предплечья, а это лучше для оперативного вмешательства.
Подготовка к пересадке кистей рук, включая поиск и отбор пациентов, началась еще в 2024 году. Основной упор делается на активных людей, готовых к длительной реабилитации для возвращения функций руки, а не просто анатомического восстановления.
Поэтому у первого пациента была пересажена кисть, у второго кисть на одной стороне, а на другой стороне практически заново сформировали эту кисть с пересадкой большого пальца и еще одного пальца. То есть это была очень серьезная реконструкция, практически полное замещение кисти.
— Каким образом проводится поиск донора для пересадки кистей рук?
— Поиск доноров схож с трансплантацией других органов: совместимость по группе крови, схожий тип тканей, соответствие по форме и размерам. Для начала мы проводим обследование реципиентов, есть определенный генетический состав, набор антигенов, который должен совпадать между донором и реципиентом. Этим занимается Центр органного донорства в Москве. И у них есть все данные о тех пациентах, которые находятся у нас. И есть все данные, которые они получают от доноров. Соответственно, если они видят, что донор подходит реципиенту, то реципиент вызывается на трансплантацию.
— Как долго длится сама операция?
— 9 – 12 часов. Врачи кропотливо соединяют сосуды, нервы, мышцы и сухожилия донорской кисти с тканями пациента.
Пациент не начинает шевелить пальцами сразу. Это просто невозможно. Первые «революционные мероприятия» с пассивной гимнастикой и так далее начинаются только через месяц.
— Как долго пациент учится управлять рукой? Когда вы разрешаете ему брать предметы в руки?
— Этот процесс занимает месяцы. Он творческий, скажем так. У каждого человека он может быть разным. Через месяц мы только начинаем пассивную разработку пальцев. Через несколько месяцев пациент уже может делать простейшие движения: держать мяч, кидать его. Потом начинается разработка мелкой моторики, писать, делать другие легкие движения, например, поворачивать ключ в замке, расстегнуть или застегнуть молнию.
— Один из пациентов написал стихи Александра Пушкина новой рукой таким же почерком, как и до травмы. Как это возможно?
— Это первый пациент, у которого почерк точно такой же, как был раньше, до потери руки. Естественно, когда человек может нормально держать ручку и нормально писать, причем своим прежним почерком, это замечательно. Но плюс к этому он может делать много чего другого. И даже спортом заниматься.
— На каком этапе сейчас находится лечение обоих пациентов? Проводится иммуносупрессивная терапия?
— Иммуносупрессивная терапия у пациентов, перенесших трансплантацию, пожизненная. Но есть определенные подходы к мониторингу концентрации препаратов в крови, которые назначаются пациентам. Это уже амбулаторное наблюдение, чтобы доза не была ни слишком высокой, ни слишком низкой. Постоянно отслеживается, нет ли признаков отторжения трансплантата. В целом это отлаженный рутинный процесс, которым занимаются врачи при плановых амбулаторных визитах пациентов.
— Какие органы еще не научились пересаживать в теле?
— Мозг. Это очень тяжелая история. С мозгом все гораздо сложнее, но я верю, что когда‑нибудь его научатся пересаживать. Процесс замещения нервной ткани и ее восстановления — одно из наиболее актуальных направлений. Например, после черепно-мозговых травм, инсультов.
Работы по использованию стволовых клеток, менее дифференцированных клеток, клеток пуповинной крови — как раз и есть тот самый путь. При этом, несмотря на перспективы, возможность замещения погибшей нервной ткани все еще ограничена, особенно при массивных повреждениях.
Читайте также:
Инфекция, я тебя знаю! Новой пандемии бояться не стоит
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 82 (8147) от 13.05.2026 под заголовком «Перспективное направление».
Комментарии