Тайны Куликова поля: точное место сражения искали не одно столетие
На вопрос о том, где произошла легендарная Куликовская битва 1380 года, в которой полки московского князя Дмитрия Донского разбили ордынское войско Мамая, практически каждый без труда ответит: естественно, на Куликовом поле. Оно давно уже стало одним из главных символов ратной славы России… Однако о том, в каком именно его месте произошло Мамаево побоище, спорили несколько веков. Что думает по этому поводу современная наука и на основании каких данных удалось точно локализовать действия сражающихся войск — об этом мы говорим с кандидатом исторических наук Андреем НАУМОВЫМ, заместителем директора Государственного военно-исторического и природного музея-заповедника «Куликово поле».
Аллея из таких копий ведет к музейному комплексу на Куликовом поле, открытому в 2015 году. Автор проекта — народный архитектор России Сергей Гнедовский./ФОТО Станислава КРАСИЛЬНИКОВА/ТАСС
— Андрей Николаевич, а что происходило на месте Куликовской битвы в последующие эпохи?
— Прежде всего обозначу географический ориентир. Поле, где проходило сражение, расположено в южной части Тульской области, где сливаются реки Дон и Непрядва: об этом говорится во всех письменных источниках о битве. Когда‑то это было южное пограничье Российского государства.
В течение многих столетий Куликово поле оставалось диким местом. У слияния Дона и Непрядвы русские переселенцы появились лишь в 1670‑е годы, когда митрополит Саркский и Подонский Павел отправил сюда крестьян из своих подмосковных вотчин. Он основал село Куликово Поле, которое ныне называется Монастырщино.
То, что именно в этих краях произошло легендарное сражение, крестьяне и духовенство прекрасно знали. Для них оно было не столько легендой и преданием, сколько реальными артефактами, которые они находили в полях. Поэтому храм, который поставили здесь в конце XVII века, был освящен в память Рождества Богородицы: именно в этот день церковного календаря произошла Куликовская битва.
Первым государственным деятелем, который обратил внимание на значение Куликова поля, был Петр I. Он не раз проезжал через эти края на рубеже XVII – XVIII веков, инспектируя строительство Иван-озерского канала: его начинали сооружать в нынешней Тульской области, чтобы «состыковать» водные системы Волги и Дона.
Петр Алексеевич живо интересовался русской историей, подвигами предков и повелел охранять от вырубки многовековые дубы Зеленой дубравы, в которой, согласно преданию, во время Куликовской битвы скрывался Засадный полк. Как указывал тульский историк Иван Афремов в работе «Куликово поле», выпущенной в 1849 году, Петр «повелел заклеймить все дубы приснопамятной дубравы этой».
Просвещенные дворяне, имевшие усадьбы вблизи слияния Дона и Непрядвы, также интересовались здешней историей. Одним из них был Степан Дмитриевич Нечаев. Он серьезно занялся археологией, сам проводил раскопки, опубликовал ряд статей, стараясь привлечь внимание специалистов и общественности к полю древней русской славы. В усадьбе Нечаевых в селе Сторожево в начале ХIX века возник первый посвященный битве музей.
Местные крестьяне несли в него свои находки: во время пахоты они обнаруживали в земле нательные кресты, сломанное оружие, фрагменты доспехов. Впоследствии такие артефакты пополняли и другие частные усадебные музеи. Однако почти все они практически бесследно исчезли после революции 1917 года, во время Гражданской войны, когда поместья были разорены. О большей части находок ныне нет никаких свидетельств…
Кстати, именно Степану Нечаеву принадлежат первые попытки определить точное место Куликовской битвы. Он предложил одну из первых схем возможного расположения русских войск — как раз на основе тех мест, где крестьяне обнаруживали артефакты, а также сообразно свидетельствам летописей и местных преданий.
Но это была не единственная версия. Автор другой, Иван Афремов, высказал ее в 1849 году, она впоследствии перекочевала во все дореволюционные и даже советские учебники. А ученик Афремова, археолог и фольклорист Иван Сахаров, в справочнике «Памятники Тульской губернии», изданном в Петербурге в 1851 году, впервые собрал воедино информацию обо всех предметах, найденных на Куликовом поле.
— Когда хотя бы приблизительно было обозначено место битвы, встал вопрос об увековечении памяти ее героев. Кто выступил инициатором?
— Идею установить памятник на Куликовом поле высказали уже упомянутые Нечаевы — Дмитрий Степанович и его сын Степан. Их поддержали местные помещики и тульские общественные деятели. Памятник Дмитрию Донскому, автором которого стал архитектор Александр Павлович Брюллов, был установлен в 1849 году на Красном холме, где, по легенде, перед сражением находилась ставка Мамая.
В 1880 году в России широко отмечали 500‑летие Куликовской битвы, инициатором торжеств стал историк Дмитрий Иловайский. На Куликовом поле состоялся военный парад, после которого один из его руководителей профессор кафедры истории военного искусства Николаевской академии Генштаба генерал Дмитрий Масловский вместе с Иловайским провели эксперимент.
Чтобы представить, как могла действовать русская кавалерия, они проскакали верхом по Куликову полю и сделали ряд ценных наблюдений. Придерживаясь схемы расположения полков в битве, составленной Афремовым, они постарались понять, как и на каких участках могла действовать кавалерия и где это было бы наиболее оптимально с точки зрения конного боя…
Потом долгое время было не до исследований. Первая мировая война, Великая Отечественная… Первое серьезное научное археологическое исследование в этих местах провела Софья Изюмова, которая в 1957 году изучила грунтовый могильник на территории села Монастырщино. Увы, большая часть его к тому времени уже была уничтожена каменным карьером, тем не менее ей все‑таки кое‑что удалось найти: она обнаружила захоронение с погребальными предметами. Оно интересно тем, что расположено в непосредственной близости к месту битвы. Имело ли оно к ней отношение, мы до сих пор не знаем, но такая вероятность есть.
Затем на несколько десятилетий Куликово поле вновь оказалось в забвении, и только приближавшийся 600‑летний юбилей битвы побудил власти обратить на него внимание. Работы по реставрации памятников и благоустройству территории начались в 1960‑х годах, тогда же здесь приступили к созданию филиала Тульского областного краеведческого музея.
Однако практически сразу же стало понятно, что делать его не из чего: экспонатов почти не было. Саперы с миноискателями шаг за шагом прочесали поля вокруг Монастырщина, но никаких результатов это не дало. Тем не менее музей открыли, он получился очень интересным благодаря макетам, звуковым эффектам и другим тогдашним современным средствам создания экспозиции.
— Почему же не удавалось найти артефакты?
— Потому что выяснилось, что этот вопрос с наскока не решить: современный ландшафт Куликова поля очень сильно отличается от того, который был в 1380 году. Стало понятно, что требуется планомерное научное изучение территории. Оно началось в начале 1980‑х годов, в него включились специалисты самых разных научных направлений — палеогеографы, геоморфологи, ботаники, почвоведы. Они заложили ту основу, которая со временем дала результаты и заложила алгоритмы поисковых задач.
Требовалось узнать, что было на месте сражения до и после него. Для историков не существовало вопроса, откуда начинать исследования: согласно летописным и литературным источникам, битва произошла возле устья реки Непрядвы. Это место стало отправной точкой. Надо было понять, что здесь было со времен каменного века.
Первые же раскопки дали уникальные результаты: были найдены артефакты древнерусской эпохи. Параллельно происходили археологические разведки по берегам крупных рек. И все это было сделано ради того, чтобы протянуть ниточку от каменного века до Куликовской битвы, а также понять, что было на поле после нее.
Мне самому посчастливилось прикоснуться к этой работе. Впервые я оказался в этих местах в 1980 году, вскоре после юбилея Куликовской битвы, с отцом и его коллегами по работе. Мне было пятнадцать лет. Спустя три года я приехал сюда на археологическую практику, окончив первый курс исторического факультета. С тех пор бывал каждый год — сначала как землекоп, потом как начальник раскопа, затем начальник отряда… Конечно, тогда я и представить себе не мог, что эта земля и эти просторы станут смыслом моей жизни.
Вместе со старшим поколением ученых мне посчастливилось пройти сложный, трудный и неизведанный путь научного познания истории Мамаева побоища.
Были удачные находки, были и разочарования, которые тем не менее также вели к результату. Главное, что в процессе исследований мы получили полную картину длительного хронологического отрезка. Верхний Дон, верховья Дона были одной из ветвей Муравского шляха — древней степной дороги, которая шла из Черноморья в русские земли, прежде всего в Москву. По этому пути двигалось большое количество купеческих караванов, часто подвергавшихся нападению кочевников и других разбойных людей. Вот почему здесь находят предметы, которые транзитом везли через Куликово поле, скажем, из Европы, из Северного Причерноморья…
Существовало много преданий о курганах, в которых будто бы были похоронены погибшие в Куликовской битве. К примеру, народная молва связывала с павшими курган в пойме реки Смолки. Однако археологи выяснили, что он относится к эпохе ранней бронзы. Захоронения у храма Рождества Богородицы в селе Монастырщино, которые, по легенде, считались братскими могилами русских воинов Куликовской битвы, на самом деле были сделаны в конце XVII века.
Главным «очевидцем» Мамаева побоища оказалась… природа: именно она сохранила в своих «запасниках» сведения об этом событии. Сделанные учеными открытия позволили реконструировать и восстанавливать облик Куликова поля таким, каким оно было в конце XIV века. Палеопочвоведы «накрыли» все поле сеткой шурфов, в которых по сохранившимся серым лесным и черноземным степным почвам было установлено, где рос лес, а где была степь. Благодаря этому удалось выяснить, каким был рельеф этого места.
— И каков же он был?
— Северная лесостепь, в которой преобладали дубравы. В процессе хозяйственного освоения за последние два с половиной века их вырубили. Сегодня, согласно исследованиям, лес на Куликовом поле составляет 0,02 % от того массива, который здесь был на конец XIV века.
Однако битва никак не могла происходить в лесном массиве — только на открытой местности. Палеографические исследования дали возможность прийти к выводу, что в ту пору существовал узкий степной коридор между рекой Смолкой и балкой «Рыбий Верх». Именно он и стал эпицентром битвы. Своего рода бутылочное горлышко, расширявшееся к северу и югу.
В этой горловине русские и перекрыли позиции, чтобы не дать ордынцам обойти себя с флангов. Поэтому бой был ожесточенный, кровопролитный. Ордынцы не смогли применить те приемы, которые они обычно использовали с большим успехом. А русские воеводы навязали им фронтальное, невыгодное для Орды сражение…
Многое было сделано учеными, чтобы понять, что представляла собой в то время русская рать. Тяжеловооруженное конное войско было тогда решающей силой во всех армиях, и Русь не была исключением. Судьбу сражений решали лобовые удары огромных конных масс.
В 1996 году у Зеленой дубравы была сделана наконец первая находка, которая совершенно точно относилась к Куликовской битве — наконечник стрелы. Правда, неизвестно, какому именно войску она принадлежала, поскольку по большому счету наконечники стрел были одинаковыми и там и там. Точно так же, как и доспехи.
Нередко можно услышать вопрос: почему так мало «воинских» находок, связанных с тем сражением? Надо понимать: оружие было дорогим, ручной работы, оно передавалось в семьях из поколения в поколение, поэтому его не оставляли на поле битвы. Если ратник погибал, то его соратники возвращали оружие в семью, поскольку воинская служба была наследственной, а приобрести «с нуля» новое оружие и доспехи было очень дорого. Поэтому подбирали все. На долю археологов остались лишь мелкие обломки…
Сегодня известно уже 109 предметов, которые точно можно отнести к сражению. Это фрагменты снаряжения воинов, клинкового и ударного оружия, наконечники стрел, копий, пластины тяжелых доспехов. Больше всего находок было сделано в южной части поля у верховий реки Смолки и балки у деревни Хворостянка — там, где, по всей видимости, отступали ордынцы, преследуемые русскими ратниками. Как известно, самые большие потери войска несут именно во время бегства.
Академик Валентин Янин, изучив все аргументы ученых, подтвердил, что сегодня вопрос о точном месте Куликовской битвы может считаться закрытым.
— То есть многолетняя работа увенчалась успехом?
— Да, именно так. А вот захоронений участников битвы до сих пор не найдено — ни одного. Почему? Вопрос до сих пор нерешенный. Но подобным образом дело обстоит не только на Куликовом поле…
На самом деле до сих пор нет никаких сведений о том, хоронили ли на Куликовом поле убитых, а если хоронили, то как. Мы можем лишь догадываться, есть только версии и разные точки зрения.
Согласно одной из них, поскольку битва происходила в пустынной местности, где некому было заботиться о могилах, то воины похоронили своих павших соратников на большой глубине, чтобы останки не были растащены зверями. А возможно, что, наоборот, были сделаны временные захоронения, и они не сохранились. По тогдашней традиции, тела погибших воинов слегка прикапывали на поле битвы: родственники должны были похоронить их на родовом кладбище.
Хоронили только своих, чужих не трогали: ордынцы, очевидно, просто остались лежать на поле боя, их никто не хоронил, поскольку они считались «нехристями».
Тем не менее мы не теряем надежды найти захоронения павших ратников… Но своей основной работой сегодня считаем возрождение исторического ландшафта Куликова поля. Мы восстанавливаем Зеленую дубраву, территорию которой ученым-почвоведам удалось определить с точностью до десяти метров. Возрождаем и другие утраченные леса — у балки «Рыбий Верх», по реке Смолке. И даже — ковыльные участки степей, которые существовали на период Куликовской битвы. Чтобы посетители могли реально увидеть то самое поле, где русские насмерть бились с врагом. Это глобальная, огромная работа, которую мы ведем уже четверть века.
Сегодня место Мамаева побоища — это территория государственного музея-заповедника, созданного еще в 1996 году. Никаких памятников мы там ставить не будем, поскольку считаем, что главным в данном случае памятником является сам исторический ландшафт поля битвы. «Маркировать» Куликово поле памятными знаками, условно говоря, подобно тому, как это было сделано в XIX веке на Бородинском, нереально да и совершенно не нужно. Допустимы какие‑то специальные туристические маршруты, которые не искажают ландшафт.
Кроме того, и так есть легендарные объекты, связанные с битвой. Например, Камень-следовик Дмитрия Донского, близ слияния рек Дона и Непрядвы. По легенде, именно на этот камень оперся тяжелораненый князь после сражения. Прощеный колодец — по преданию, возле него Дмитрий Донской отслужил панихиду по убиенным воинам, а также залечивал раны тех, кто был ранен в бою. Ныне над колодцем возведена часовня…
Десять лет назад на месте переставшей существовать деревни Моховое был возведен современный музейный комплекс. Он напоминает курган в разрезе. В одной его части — основная экспозиция, в другой — детский музей «Один в поле не воин» и выставочный зал. В верхней части музейного здания — смотровая площадка, с которой открывается вид на эпицентр сражения.
Еще один музей действует в селе Монастырщино: он посвящен древней истории, экспозиция называется «Дон. Вся история на берегах одной реки». В наших планах — открытие музея в поселке Епифань, посвященного более поздним временам — крепости на южных рубежах Русского государства в XV – XVII веках.
Читайте также:
Дом с лазейкой: как на Сенной построили шестиэтажку с куполом, нарушив правила
На полозьях и коньках. Захватывающая дух переправа через замерзшую Неву
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 18 (8083) от 04.02.2026 под заголовком «Тайны Куликова поля».
Комментарии