Там рынки жирные и грязных улиц сеть...

Поэту, творившему под псевдонимом Любяр, не было и тридцати лет. Он запомнился современникам не столько стихами, сколько своим необычным обликом, вызывающим поведением и презрением к жизни...

Там рынки жирные и грязных улиц сеть... | ФОТО из сборника А. Лозина-Лозинского (М., 2008)

ФОТО из сборника А. Лозина-Лозинского (М., 2008)

Он родился в семье земских врачей. Отец принадлежал к старинному роду дворян Подольской губернии, его полная фамилия - Любич-Ярмолович-Лозина-Лозинский. Мать была дочерью генерал-лейтенанта К. Ф. Шейдемана, героя Крымской войны. Крещен был Лозина-Лозинский в петербургском храме Космы и Дамиана на Фурштатской улице.

Еще с гимназических лет он увлекся романтикой бунта. За участие в студенческих беспорядках его отчислили из Петербургского университета. Трижды арестовывали. В 1912 - 1913 годах Алексей Лозина-Лозинский жил в эмиграции на острове Капри, там встречался с Максимом Горьким. В «Жизни Клима Самгина» Лозина-Лозинский узнается в одном из эпизодческих героев: «Молодой человек, черноволосый, бледный, в черном костюме, с галстухом как будто из золотой парчи... Поэт читал, полузакрыв глаза, покачиваясь на ногах, правую руку сунув в карман, левой ловя что-то в воздухе».

Как знать, может быть, он произносил, к примеру, эти свои строки? «Я, мудрец, ценю бесстыдство грубой речи // И бездушие и преданность мечты, // Герб презрения на лбу, как на щите, // И массивные родэновские плечи».

Живя в Италии и Франции, поэт немало переводил. Лучшее из обнаруженного в журналах и архивах - переложения французского поэта Шарля Бодлера и итальянского поэта Лоренцо Стеккетти.

В своей статье «Иван Вольнов» Максим Горький так описал Лозина-Лозинского: «...человек нервно раздерганный и одержимый стремлением всячески подчеркнуть себя; он задорно подчеркивал свое дворянское происхождение, вражду к революции, к реализму в литературе и был похож на музыканта, которого заставили играть на инструменте, неприятном ему. Стихи свои... читал с пафосом, но в то же время с иронической улыбкой, и любил говорить: «Жизнь - дурная привычка». Говорил - и много - о Шопенгауэре, Генрике Ибсене, причем казалось, что он раздувает угли, покрытые пеплом и золой. Молодежь слушала его весьма охотно и почти никогда не спорила против его поношенных парадоксов».

Когда поэту было девятнадцать, из-за несчастного случая на охоте (виной всему - небрежно брошенное в лодку заряженное ружье) он лишился ноги и с тех пор ходил на протезе. Он трижды покушался на самоубийство, причем всякий - публично, как вызов обществу.

2 ноября 1909 года он выстрелил себе в грудь после неудавшейся студенческой забастовки по случаю исключения из Университета евреев-второгодников. А 31 января 1914 года снова попытался покончить с собой, находясь в ресторане «Рекорд» в кругу нескольких литераторов, среди которых был Куприн. Мотив поступка можно понять, прочитав воспоминания его брата протоиерея Владимира Лозина-Лозинского: «Нормальная жизнь» ему не давалась. Он спал до 6 ч. вечера, а ночью писал и мучился бессонницей, тяготился обществом и целые дни одиноко сидел на своем диване с папиросой за черным кофе, сосредоточенный, подавленный, в том состоянии, которое называл «своими мертвыми днями». А то вдруг, наоборот, бросался искать каких-нибудь бодрых впечатлений и встреч. Часто он принимал меры, чтобы достать револьвер или яд, т. к. мысль о смерти по-прежнему доминировала, и надо было много энергии и надзора, чтобы не дать ему возможность привести ее в исполнение. Помню, что он иногда целые ночи писал и рвал какие-то записки и бумаги, письма, готовясь покончить расчеты с жизнью»...

Пуля прошла выше сердца. Поэт выжил, но мысль о суициде не покидала его. Третья попытка расстаться с жизнью стала последней: он принял морфий и, раскрыв книгу Поля Верлена, до последней минуты вел записи о своих ощущениях. Последним адресом Лозина-Лозинского стал дом № 41 по Песочной улице, что на Аптекарском острове, где он в 1916 году снимал квартиру.

Свой неповторимый поэтический стиль с мрачновато-развязной бравадой он приобрел лишь в последние годы своей недолгой жизни. «Когда появился в печати его «Тротуар» (август 1916 г.), то со всех сторон посыпались похвалы, и о нем заговорили в литературных кружках и в печати. Он часто встречался с молодыми поэтами того времени (Л. Рейснер, А. Ахматова, М. Л. Лозинский) и был очень окрылен их поддержкой и одобрением», - писал брат поэта. Последняя его книга стихов - «Благочестивые путешествия» - вышла в 1916 году уже после его смерти...

Кстати, в этом сборнике была замечательная поэма «Санкт-Петербург», которую невозможно не процитировать: «Здесь центр. Обмен вещей и соты самых знатных. // Там рынки жирные и грязных улиц сеть. // Там лес фабричных труб, дымящих, черных, статных, // Глотающих дрова, железо, уголь, медь...».

По свидетельству Владимира Лозина-Лозинского, несмотря на самоубийство, его отпели по церковному обряду. Похоронили на Митрофаниевском кладбище. На могиле поставили крест, на котором вырезали слова Джордано Бруно, использованные поэтом в качестве эпиграфа к сборнику стихов «Тротуар»: «Измените смерть мою - в жизнь, мои кипарисы - в лавры, и ад мой - в небо. Осените меня бессмертием, сотворите из меня поэта, оденьте меня блеском, когда я буду петь о смерти, кипарисах и аде». Могила не сохранилась, поскольку в советское время все Митрофаниевское кладбище было уничтожено...

В «Петербургских зимах» поэта Георгия Иванова есть портрет Алексея Лозина-Лозинского: «...Прощайте, господин Лозина-Лозинский... Прощайте, неудачный поэт Любяр!.. Я читал его стихи, то бессмысленные, то ясные, даже слишком, с каким-то оттенком сумасшествия. Во всяком случае талантливые стихи».

Спустя два месяца после смерти Лозина-Лозинского общество «Медный всадник» устроило заседание в его память. «Вечер был безобразный, что и говорить, - вспоминал Георгий Иванов. - Но, шагая домой через Троицкий мост, я вспомнил усмешку моего недавнего ночного собеседника, и мне казалось, что, может быть, именно такими поминками был бы доволен этот несчастный человек».

КСТАТИ

Впервые после 1916 года стихи Алексея Лозина-Лозинского были переизданы в 2008 году. Они составили большой, почти на 650 страниц, сборник под названием «Противоречия», подготовленный по материалам РГАЛИ.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 221 (5838) от 25.11.2016.


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
На полшага впереди. История «железнодорожного» подарка Сталину
26 Декабря 2018

На полшага впереди. История «железнодорожного» подарка Сталину

Огромное цветное панно «Поезд в пути», размером четыре на шесть метров, было преподнесено от работниц-активисток женсовета железнодорожного депо станции Шепетовка.

Путиловский «мрамор». Строительное прошлое столицы империи
21 Декабря 2018

Путиловский «мрамор». Строительное прошлое столицы империи

Например, пудостский травертин использовался при строительстве Петропавловской крепости, царских дворцов в Петербурге и загородных резиденций.

Прогулки по городу. Терем с павлином
14 Декабря 2018

Прогулки по городу. Терем с павлином

На Большой Пороховской улице, 18 расположился каменный особняк в модном для XX века стиле северного модерна. Рассмотрим его поближе.

Неизвестная история Петербурга: городские фальшивомонетчики
14 Декабря 2018

Неизвестная история Петербурга: городские фальшивомонетчики

Фальшивые монеты различного достоинства всплывали тут и там, а вскоре в полицию стали поступать заявления «о довольно странных находках».

Пуля для мастера. Откуда взялась «Быковщина» в Ленинграде
07 Декабря 2018

Пуля для мастера. Откуда взялась «Быковщина» в Ленинграде

Инцидент, который произошел 4 ноября 1928 года на фабрике «Скороход», имел самые серьезные последствия.

Рождение «Катюш». Партизанские рейды времен войны глазами очевидца
05 Декабря 2018

Рождение «Катюш». Партизанские рейды времен войны глазами очевидца

Ветерану-фронтовику, полковнику в отставке Александру Смирнову исполнилось 100 лет. Мы узнали о том, что ему довелось иметь дело с сверхсекретными реактивными минометами. Их еще даже не называли «катю...

Прогулки по городу. Вилла на Большой Дворянской
30 Ноября 2018

Прогулки по городу. Вилла на Большой Дворянской

На улице Куйбышева, 25 расположена детская поликлиника, бывшая раньше особняком дворянской семьи. Рассмотрим историю здания.

Свои и чужие. Неизвестные факты оккупации Ленобласти в военное время
08 Ноября 2018

Свои и чужие. Неизвестные факты оккупации Ленобласти в военное время

Историки продолжают изучать не самую известную страницу Великой Отечественной войны.

Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей
24 Сентября 2018

Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей

Дот на улице Димитрова благодаря энтузиастам стал музеем, в котором можно все потрогать и покрутить.

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов
24 Августа 2018

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов

Одна из ниточек того события тянется на Ижорский завод.

«Беда, что ты Видок Фиглярин»
19 Июля 2017

«Беда, что ты Видок Фиглярин»

Острая пушкинская эпиграмма определила отношение к тому, кого считали лучшим журналистом своего времени

Вернуться в свой город
22 Июня 2017

Вернуться в свой город

Уже не одно десятилетие мы получаем от наших читателей воспоминания о войне и блокаде. Сначала нам писали фронтовики. Потом к ним присоединились дети войны. А сегодня на этой странице они присутствуют...