Секретная миссия. Наша страна вполне могла прирасти «русской Океанией»
Вернувшись в Россию в 1882 году после двенадцатилетней экспедиции к папуасам Новой Гвинеи, знаменитый путешественник и этнограф Николай Николаевич Миклухо-Маклай предложил «закрепить за Россией» часть этого тихоокеанского острова или хотя бы одну из групп находящихся рядом небольших островов. Как раз эти территории он изучил в ходе своих экспедиций.
ФОТО Полины АКИМОВОЙ
Отстаивая свою идею, он встретился с великим князем Алексеем Александровичем, который занимал пост главного начальника флота и Морского ведомства и председателя Адмиралтейств-совета, с управляющим Морским министерством вице-адмиралом И. А. Шестаковым, неоднократно приезжал в Гатчину, где был принят Александром III.
Как записал в своем дневнике И. А. Шестаков, Миклухо-Маклай «склонил государя занять или приобрести в Полинезии какое‑нибудь складочное (складское. — Ред.) место для наших судов». Путешественник предлагал занять острова Адмиралтейства или острова Пэлау. Император и великий князь одобрили идею ученого. Она показалась им не только вполне реальной, но и перспективной.
Вскоре управляющий Морским министерством получил приказание разработать план «секретной экспедиции с участием путешественника», предложившего себя в качестве проводника и переводчика. Цель — «изыскание морской станции в Тихом океане».
В конце 1882 года винтовой корвет «Скобелев», входивший в Тихоокеанскую эскадру, принял на борт Миклухо-Маклая и проследовал с ним в бухту Астролябия (остров Новая Гвинея), а затем — к островам Адмиралтейства и Пэлау.
Согласно секретной инструкции, составленной директором канцелярии Морского министерства контр-адмиралом Н. И. Казнаковым, во всех указанных местах необходимо было «внимательно осмотреть и описать берега», наметив пункты для устройства угольных складов, а также произвести промер этих мест. Обратить внимание на климатические условия и изучить возможности получения на местах провизии, указать условия возможной обороны намеченных для угольных складов мест. Карты и описания надлежало переслать в Петербург. Кроме того, следовало внушить местным жителям «уважение к себе», соблюдая, однако, осторожность «против возможного их вероломства».
Копия этой инструкции была отправлена начальнику эскадры Тихого океана контр-адмиралу Н. В. Копытову, который должен был командировать к островам Пэлау крейсер «Африка». Его командиру капитан-лейтенанту Е. И. Алексееву вменялось в обязанность высказать «свой взгляд на удобство и возможность устройства угольных складов в означенных местах».
Шестаков разъяснил, что цель посылки кораблей к островам Тихого океана «состоит в приобретении пункта, на который мы могли бы заявить права на владение и поднять на нем свой флаг». Это могло быть достигнуто либо «непосредственным завладением островом от имени Правительства», либо устройством частной торговой фактории «под нашим покровительством, со складами угля, провизии и запасов для нужд нашего флота».
Преодолев почти 1300 миль, большей частью под парами, корвет «Скобелев» 5 марта 1883 года вошел в бухту Астролябия. В ней были два географических пункта, названия которым дал Миклухо-Маклай: Порт-Константин и Порт-Алексей. Первый — в честь великого князя Константина Николаевича, второй — великого князя Алексея Александровича.
Вот как позднее охарактеризовал Порт-Константин начальник эскадры: «Бухта, составляя ничтожный изгиб берега, чрезвычайно мала… Коралловый твердый грунт, большие глубины, тесность бухты и ничтожность закрытия берегом делают ее дурным якорным местом. Большое заболевание команд, при предшествующих посещениях «Витязя» и «Изумруда» и в санитарном отношении не могут рекомендовать этот пункт».
Порт-Алексей контр-адмирал Копытов описал следующим образом: «…представляет по своим гидрографическим условиям не только хорошую угольную станцию, но и прекрасный опорный для крейсеров порт…».
Анализируя обстоятельства, которые до сих пор препятствовали колонизации пройденных корветом мест Новой Гвинеи, Копытов отметил три фактора: жаркий и влажный климат, отдаленность от населенных пунктов и отсутствие «всяких сообщений», а также недостаточную численность и дикость туземного населения, говорящего на множестве различных языков. Всего во время секретного плавания «Скобелев» прошел около 6000 миль. Копытов отмечал: «здоровье команды, кроме слабых заболеваний лихорадкою, все время было в отличном состоянии».
В секретном рапорте на имя управляющего Морским министерством вице-адмирала И. А. Шестакова Копытов представил свои выводы о возможности использования островов Тихого океана. В частности, он отмечал: «…Ни один из посещенных мною пунктов… не представляет вообще удобств для устройства в них угольных складов, по своему удаленному положению в таких местах, [переходы] к которым, чрез большие штилевые пространства, потребуют расходы, более нежели полного судового запаса угля и столько же понадобится для возвращения оного судна на место действия».
Копытов указывал, что уголь, провизия и запасы для нужд флота потребуют охраны: «в мирное время от туземцев местных, а иногда и пришлых, а в иных случаях даже от крайне безнравственных шкиперов европейских коммерческих судов, в этих водах плавающих». А в военное время потребуется весьма серьезная оборона. «По дальности расстояния что‑нибудь устраивать при приближении войны будет всегда слишком поздно — необходимо иметь постоянно вполне готовыми все средства обороны, и в таком случае они будут стоить много дороже обороняемого».
В то же время Копытов обращал внимание, что после того, как на островах Тихого океана распространились «весьма значительно германские торговцы», Германия взяла некоторые из этих групп островов под свой протекторат. «Если бы и в России нашлись такие предприимчивые торговцы, то нашим правительством могли бы быть приняты те же меры, мало его обязывающие, но весьма для него полезные», — отмечал Копытов.
Благодаря последующим письменным обращениям Миклухо-Маклая к высокопоставленным лицам идея «морских станций на островах Тихого океана» муссировалась в правительственных кругах до февраля 1885 года. В итоге Морское министерство ее не поддержало. Именно по тем причинам, которые указал в своем рапорте Копытов.
Миклухо-Маклай предпринял второй раунд «битвы за острова», пытаясь склонить российское правительство к тому, чтобы «даровать Русский протекторат Берегу Маклая» — участку северо-восточного побережья острова Новая Гвинея. А когда не удалось и это, то он предпринял третью попытку — при поддержке государства (и, конечно, Морского министерства) основать «вольную русскую колонию на островах Тихого океана». Но и она не имела успеха…
«Скобелев» был последним кораблем из России, посетившим остров Новая Гвинея в XIX веке. Советское научно-исследовательское судно «Витязь» вновь посетило этот далекий берег только в 1966 году.
Читайте также:
Как жил и творил Глазунов на берегу Первого озера?
В Петергофе восстановят памятник воинам Каспийского полка, открытый в 1911 году
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 161 (8226) от 02.09.2026.