Главная городская газета

Невостребованный «Соловушко»

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Помним в радости и в горе

22 июня - День памяти и скорби в России, день начала Великой Отечественной войны. И хотя сейчас в нашей стране проходит мундиаль, программа траурных мероприятий останется неизменной. Читать полностью

Трое в матросских костюмчиках

В преддверии Дня памяти и скорби авторы «СПб ведомостей» делятся своими воспоминаниями о Великой отечественной войне.   Читать полностью

Ни пяди не уступить, ни грамма не оставить

Накануне трагичной и памятной даты «СПб ведомости» вспоминают «как это было» во время Великой отечественной войны. Читать полностью

Один из без вести пропавших. Из дневника лейтенанта Сенева

За день до самой печальной даты в истории России «СПб ведомости» предлагают взглянуть на Великую отечественную войну глазами очевидца. Читать полностью

Куда исчез Вороний камень?

Научные экспедиции продолжают искать место Ледового побоища. О их достижениях и неудачах - в специальном материале «СПб ведомостей». Читать полностью

Тендер на строительство музея блокады открыт

После долгих споров выбрано место для строительства музейно-выставочного комплекса. Так где же будет реализован проект? Читать полностью
Невостребованный «Соловушко» |

В Российском государственном историческом архиве мне довелось найти дело о том, как отставной подпоручик преподнес наследнику цесаревичу Алексею, сыну Николая II, скрипку собственного изготовления. Речь идет о «русском Страдивари» Анатолии Ивановиче Лемане, создателе около 250 именных скрипок и 14 виолончелей. О его личности мне уже приходилось рассказывать на страницах газеты (см., например, «Два автографа на одном портрете» от 5 мая прошлого года).

Напомню, в 1901 - 1913 годах Леман жил в Стрельне на Пристанской улице, где оборудовал скрипичную мастерскую. Одну из скрипок, маленькую, в половину обыкновенного инструмента, Леман назвал «Соловушко». Готова она была в 1908 году.

«Звук этой детской скрипки мощный и в то же время нежный, как свойственно только большой старой, обыгранной скрипке. По этому звуку и своим размерам «Соловушко» не может иметь соперников, если бы даже рядом с ним поставили инструмент Страдивари», - писал Леман в сертификате на этот инструмент. «Нет ничего труднее, как сделать детскую скрипку со звуком большой», - делился он в одном из писем.

Леман считал, что «Соловушко» ему удалась настолько, что она должна попасть по исключительному назначению. И он решил не продавать ее, а подарить наследнику царского престола Алексею, которому было тогда четыре года. Он уложил скрипку, как значится в документе, в «старинный футляр знаменитого русского мастера Николая Киттеля, работавшего в С.-Петербурге в прошлом столетии», туда же положил детский смычок, сделанный Киттелем, и все это вместе со своими книгами отправил царю.

В архиве сохранилось прошение «отставного подпоручика инженерных войск, потомственного дворянина Анатолия Ивановича Лемана» на имя императора принять от него скрипку «Соловушко», а также книги «Акустика скрипки», «Книга о скрипке» и «Письма о скрипке и виолончели». «В этих книгах сказано, как я работал и как сделана скрипка «Соловушко», - отмечал Леман. - Я думаю, что в настоящее время русской скрипке нет соперниц заграницей, и я счастлив, что могу произнести эти слова перед Вами».

Однако вот незадача: ответа на подарок не последовало. Через полгода Леман отправился в канцелярию Министерства императорского двора и выяснил, что чиновников смутили как сам подарок, так и его автор. Там стали проверять, кто этот отставной подпоручик, который делает скрипки и дерзает преподнести их самому императору. Затребовали о нем сведения, а скрипку отправили на экспертизу в Придворный оркестр.

Все это очень раздосадовало Лемана. С начальником этого оркестра Штакельбергом он не ладил. Причиной была довольно странная история: в Эрмитаже хранилась скрипка Страдивари, купленная в Париже для Александра I. Затем ее передали на хранение в Придворный оркестр, откуда она была похищена. Через некоторое время инструмент обнаружили в Берлине и выкупили за шесть тысяч рублей.

Штакельберг распорядился перелакировать ее, и Леман посчитал это «позорной операцией». «Роскошный красный лак Страдивари был смыт и изобретатель лаков г. Д... намазал ее своим столярным, - отмечал Леман. - Это уничтожило всю цену и всякий интерес к этой скрипке...»

Теперь стало понятно, что причиной промедления с «Соловушкой» были козни оскорбленного Леманом Штакельберга. Однако на повторный запрос вскоре был получен ответ за подписью Штакельберга, в котором говорилось, что скрипка «хорошей работы», хотя ее создатель преувеличивает ее качества, да к тому же еще и присваивает себе незаслуженное «звание эксперта древних инструментов».

После этого канцелярия направила Леману запрос, что он хочет за скрипку. Маэстро ответил: «Я доставил вам скрипку для наследника цесаревича. В случае, если бы последовала мне какая-либо царская милость, я не имею нравственного права отказаться от нее и не отказываюсь». Спустя еще некоторое время прошение Лемана с приложениями и отзывами отправили императрице Александре Федоровне.

В июне 1909 года Леман получил письмо из ее канцелярии, в котором говорилось, что его благодарят за подношение и жалуют царским золотым перстнем «работы ювелира Бока с бриллиантом № 6309 в 220 руб.». А поскольку цесаревичу было только четыре года, а скрипка по своим размерам была предназначена для девятилетнего ребенка, императрица «повелеть соизволила... скрипку для хранения передать в музей Придворного оркестра», где «Соловушко» хранилась с этикеткой «Дар А. И. Лемана. 1908 г.».

Каков же финал этой истории? Леман умер в 1913 году, цесаревич Алексей погиб в 1918-м вместе с родителями и сестрами в Екатеринбурге. А скрипка «Соловушко», пережив все катаклизмы и потрясения, сохранилась. Ныне она - в Музее музыки в Шереметевском дворце на Фонтанке.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook