«Коммуна будущего»

«От дома-крепости к дому-коммуне» – так называлась статья, вышедшая в декабре 1929 года в «Бытовой газете». «На углу Троицкой ул. и Пролетарского пер. находятся развалины большого дома, – сообщалось в газете. – Зимой они покрываются снегом, летом обрастают травой. По ночам здесь ютятся беспризорники и обделывает свои дела местная шпана. Но сомнительную романтику прошлого сейчас заменяет романтика советского сегодня. Развалины расчищаются...».

«Коммуна будущего» | «Слеза социализма» стала символом своего времени. ФОТО Александра ДРОЗДОВА

«Слеза социализма» стала символом своего времени. ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Дом-коммуну строили по проекту архитектора Андрея Оля. Он начинал трудиться еще до революции: первой его самостоятельной работой был созданный по заказу писателя Леонида Андреева проект деревянного загородного дома, построенного в 1908 году около финской деревни Ваммельсуу (не сохранился).

В 1920-м, после службы в Красной армии, Оль вернулся к архитектуре. «Только такие эпохи, как переживаемая нами, смело и даже самоуверенно выдвигают на сцену проблемы в области строительства такого, например, грандиозного масштаба, как урегулирование старых архитектурных ансамблей, создание новых планировок целых кварталов, сооружение зданий общественного значения...» – писал он в статье «Судьбы русской архитектуры». И в 1929 – 1931 годах построил дом-коммуну. «Бытовая газета» сообщала: «Это только переходная, необходимая ступень от буржуазного, ячейкового, строго индивидуалистического дома-крепости к коллективистическим коммунам будущего».

Дом, изначально планировавшийся как коммуна для инженерно-технической интеллигенции, во время постройки превратился в кооператив, который в результате был заселен инженерами, писателями, а также их домработницами и некоторым количеством сотрудников НКВД – вероятно, чтобы следить за потенциальным рассадником инакомыслия. В историю города дом вошел как писательская коммуна: жившие здесь литераторы, чьи имена гремели в Ленинграде 1930-х, оставили после себя воспоминания о доме и его жизни.

«Дом назывался в тогдашнем ленинградском просторечии «Слезой социализма», – отмечал один из его обитателей драматург Александр Штейн, – так его назвал Петр Сажин – тоже из племени бандерлогов (так Штейн называл литературную молодежь, заселившую здание, и писатель Петр Сажин был одним из них. – Е. К.), и так его называли в Ленинграде все; даже Сергей Миронович Киров заметил как-то, проезжая по нашей улице имени Рубинштейна, что «Слезу социализма» следует заключить в стеклянный колпак, дабы она, во-первых, не развалилась и дабы, во-вторых, при коммунизме видели, как не надо строить... И все-таки в наивности, в нелепости, в неудобствах нашей «Слезы социализма» было нечто молодое, исполненное прелести и обаяния и неповторимое. В этой нелепости было время, с его протестом против мещанского уклада, презрением к обжитому, желанием во что бы то ни стало поломать быт, лишь бы поломать...».

Конец 1920-х и начало 1930-х все еще были временем великих надежд, временем идеалистов, уверенных в завтрашнем дне. Оно закончилось слишком быстро и трагично. И многие из обитателей «Слезы социализма» не дожили до будущего, пусть и совсем не такого счастливого, как им представлялось.

Вольф Эрлих – друг Сергея Есенина, прекрасный и, к сожалению, полузабытый поэт, – был расстрелян в 1937 году по нелепому обвинению. Николай Костарев – революционер, автор крайне популярных в ту пору «Моих китайских дневников», – сгинул в лагерях в самом начале 1940-х. После неудачной операции в 1940-м умер блистательный переводчик и неординарный прозаик и поэт Михаил Фроман, первый муж поэтессы Иды Наппельбаум. В 1940-е расстреляли писателя-историка Петра Евстафьева. В феврале 1940-го, во время финской кампании, погиб писатель и балагур Михаил Чумандрин. В сентябре 1941-го на фронте погиб автор эстрадных миниатюр и всеобщий любимец Иоганн Зельцер.

Но в начале 1930-х они еще были живы, молоды, счастливы. Они дружили и спорили, пили дешевое вино, писали стихи и прозу и пытались жить в доме, который навсегда остался в их воспоминаниях и в стихотворении Ольги Берггольц:

Мы в новый дом въезжали. Провода
Еще висели до полу. Известка
Скрипела под ногами. Знак труда
Незавершенного –
везде являлся жестко
И радостно...

На здании висит мемориальная доска, посвященная Ольге Берггольц: знаменитая поэтесса жила здесь с момента постройки дома и до 1940-х годов.

Отсюда, из квартиры # 30, ее забрали в 1938 году, сюда же она, изломанная, вернулась в 1939-м. Но об этом на доске не написано. Как не написано и о других писателях и поэтах, живших здесь и составлявших литературную славу Ленинграда 1930-х и крепко-накрепко забытых в наши дни.



Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 033 (5650) от 26.02.2016.

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей
24 Сентября 2018

Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей

Дот на улице Димитрова благодаря энтузиастам стал музеем, в котором можно все потрогать и покрутить.

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов
24 Августа 2018

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов

Одна из ниточек того события тянется на Ижорский завод.

«Беда, что ты Видок Фиглярин»
19 Июля 2017

«Беда, что ты Видок Фиглярин»

Острая пушкинская эпиграмма определила отношение к тому, кого считали лучшим журналистом своего времени

Вернуться в свой город
22 Июня 2017

Вернуться в свой город

Уже не одно десятилетие мы получаем от наших читателей воспоминания о войне и блокаде. Сначала нам писали фронтовики. Потом к ним присоединились дети войны. А сегодня на этой странице они присутствуют...

Восемь пунктов генерала Деникина
07 Июня 2017

Восемь пунктов генерала Деникина

Когда говорят о том, что армию погубили большевики, это неправда. Армию погубила вся революционная демократия с ее проповедями вседозволенности.

Вскрыть и прочесть
24 Мая 2017

Вскрыть и прочесть

Перлюстрация существовала еще в глубокой древности

Я знал и труд, и вдохновенье…
26 Апреля 2017

Я знал и труд, и вдохновенье…

При информационной поддержке главной городской газеты «Санкт-Петербургские ведомости» 25 апреля в Аничковом дворце состоялось подведение итогов для 9-11 классов региональной олимпиады по краеведению ш...

Л.М. Старокадомский
25 Апреля 2017

Л.М. Старокадомский

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Погибшие при защите Ленинграда
25 Апреля 2017

Погибшие при защите Ленинграда

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

 «Теплица на Фонтанке»
25 Апреля 2017

«Теплица на Фонтанке»

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Человек, достойный дороги цветов
25 Апреля 2017

Человек, достойный дороги цветов

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Монархия в стиле ностальжи
12 Апреля 2017

Монархия в стиле ностальжи

Вопрос Остапа Бендера: «Надеюсь, вы кирилловец?», звучавший смешно уже в 1920-х годах, тем более не актуален сегодня.