Главная городская газета

Географы и разведчики

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Судьбу восстания решили в Лесном

Прогулки по городу: Болотная ул., 13 Читать полностью

Театральная оплеуха

Дебютный показ «Маленького Фауста» на сцене Михайловского театра состоялся в самый разгар судебной тяжбы, 12 октября 1869 года. Читать полностью

Партбилет как библия

О чем мечтал и к чему стремился «новый человек» Читать полностью

Двенадцатый

После побега выжить удалось только ему одному Читать полностью

Автограф на стене

Звука выстрела Алексей не расслышал, только почувствовал, как дрогнула под ногами земля и горячая волна швырнула его на дно оврага. Читать полностью

Блокадный конь Васька

C группой выздоравливающих был отправлен для окончательной поправки здоровья «на природу» - Карельский перешеек... Читать полностью
Реклама
Реклама
Географы и разведчики | Иллюстрация Triff/shutterstock.com

Иллюстрация Triff/shutterstock.com

К середине XIX века Россия стала активно продвигать свои интересы в Центральной Азии. Первопроходцами стали географы. И не просто географы, а представители военного ведомства. Ведь речь шла не столько об этнографии и природных достопримечательностях, сколько о том, с чем придется столкнуться России при включении сопредельных территорий в свою орбиту и какие еще страны заинтересованы в данных регионах.

Эти и другие сюжеты были в фокусе внимания конференции в Русском географическом обществе (РГО), посвященной роли русских военных в его деятельности во второй половине ХIХ - начале ХХ века. Собрание проходило под эгидой Российского института стратегических исследований (РИСИ).

- История РГО тесно сплетена с военной наукой и разведкой, - отметил доктор исторических наук профессор Александр Колесников, руководитель Санкт-Петербургского регионального информационно-аналитического центра РИСИ. - В деятельности РГО с самого начала активно участвовали офицеры Генштаба, а одним из авторов устава общества был военный министр Дмитрий Милютин.

Русский мореплаватель адмирал Федор Литке, более двадцати лет руководивший РГО (был его вице-президентом), подчеркивал, что чрезвычайно важно исследовать в военном и географическом отношении земли, сопредельные с Российской империей.

- Посмотрите на дореволюционные фотографии заседания Императорского Русского географического общества: там почти одни военные! - восклицает Колесников. - И вовсе не потому, что мы были какие-то милитаристы, отнюдь нет. Просто, согласно милютинской школе, каждый офицер, поступавший в Академию Генштаба, должен был взять под свою «опеку» в качестве объекта изучения какой-либо регион, сопредельный с Российской империей. И получал возможность совершить туда экспедицию.

В Центральную Азию, в ту пору практически неизведанную, глубоко проникли именно русские офицеры. Англичанам, которые тоже имели там сферу своих интересов, это удалось в гораздо меньшей степени.

Как отметил известный российский арабист и исламовед доктор исторических наук профессор Ефим Резван, по мере расширения геополитических задач появлялась необходимость исследовать и более далекие страны, в которых пересекались интересы России и других государств. Речь идет в первую очередь об Арабском Востоке. Именно поэтому в регион Персидского залива были отправлены русские военные (читай: разведчики под прикрытием), в том числе и для того, чтобы разведать настроения местной элиты.

К примеру, строительство железной дороги Багдад - Кувейт, которое началось на рубеже XIX - XX веков, было воспринято как серьезная угроза России: турецкая армия могла в пять раз быстрее, нежели прежде, оказаться у границ Российской империи. Поэтому Россия пыталась всячески препятствовать сооружению магистрали, и это в целом удалось: ее достроили только ко Второй мировой войне, когда ситуация уже изменилась...

- Огромен вклад, который внесли русские военные в изучение зарубежных стран, - считает Колесников. - А мы почему-то все время пытаемся быть «политкорректными», боимся кого-то обидеть, порой закрываем глаза, видя, как недооценивают вклад России, наших ученых. Особенно это касается вклада русских военных в изучение Центральной Азии. До 80% публикаций об этом регионе в «Известиях Русского географического общества» принадлежало в то время офицерам Туркестанского военного округа.

А что сегодня? В узбекских школьных учебниках о генерале Константине фон Кауфмане, генерал-губернаторе Туркестана, говорится как о каком-то узурпаторе. Именно при нем к Российской империи было присоединено Кокандское ханство, а над Хивинским и Бухарским ханствами был установлен российский протекторат. По туркменскому телевидению уже идут художественные фильмы, в которых генерал Михаил Скобелев, участник среднеазиатских походов Российской империи, тоже представлен не в самом лучшем виде.

- Генерал-майора Николая Пржевальского в Киргизии вообще называют... русским шпионом, - сетует Колесников. - Я говорю: да вы гордитесь, что такой великий человек прошел по вашей земле и оставил ее научное описание - единственный подобный труд в то время... Вообще присоединение Средней Азии к России во второй половине XIX века называют колонизацией. Да ничего подобного! Россия в отличие от Запада уважала своеобразие этих народов, воспринимала их как соседей, с прицелом на мирное сосуществование, а вовсе не стремилась их подчинить и «перевоспитать» под свои стандарты.

Как отмечалось на конференции, русские офицеры оставили богатейшее наследие по исследованию различных регионов мира. И этот колоссальный материал в значительной степени до сих пор не изучен, не введен в научный оборот и не знаком широкой публике.

Как рассказал кандидат исторических наук Михаил Алхименков, научный сотрудник РИСИ, хранящееся в Русском географическом обществе колоссальное научное наследие Пржевальского, первого исследователя Центральной Азии, по сей день в немалой степени остается неосвоенным. Большая часть документов не только не публиковалась, но и не введена даже в научный оборот.

- Россия всегда славилась тем, что у нас активно проявлялись люди, готовые работать не за награды, деньги и чины, а ради Отечества, - напомнил доктор политических наук профессор Московского государственного лингвистического университета Василий Белозеров. - Среди них - генерал Андрей Снесарев, известный своими классическими трудами по Индии, Афганистану, Центральной Азии. Исследователь в сфере геополитики, хотя никогда не использовал этого понятия в своих работах. Смыслом его деятельности была борьба за место России в этом мире. Снесарев выступал против вступления России в Антанту, поскольку считал, что это грозит войной, а стране, как он считал, нужен период мирного развития...

А есть и такие имена, которые почти совсем забыты. Среди них - генерал Иван Беляев. Участник Первой мировой, герой Брусиловского прорыва, деятель Белого движения, инспектор артиллерии в армии Деникина. Затем - эмиграция, но не в Европу, а в Парагвай, о котором Беляев грезил еще с детства. Именно там он и еще сотня русских офицеров поставили военное дело.

- И, оказалось, очень не зря, - заметил докладчик научный сотрудник РИСИ Дмитрий Беляев.

В 1932 году вспыхнула война между Парагваем и Боливией за район с нефтяными месторождениями. А задолго до Второй мировой в ней сошлись... русские и немецкие офицеры. Дело в том, что в парагвайской армии многие командные должности занимали русские офицеры-белогвардейцы, а Боливия наняла немецких офицеров, которые использовали здешние боевые действия как полигон для испытания вооружения, запрещенного в Германии по условиям Версальcкого договора. Парагвайская армия была меньше по численности, но благодаря русским офицерам победила по-суворовски - не числом, а умением. После чего генерал Беляев стал в Парагвае подлинным национальным героем, каковым является и по сей день.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook