Гатчинский дворец хотели превратить в архив, но спасли курсанты

Большой Гатчинский дворец, пострадавший во время войны, мог стать… архивохранилищем. Любопытные документы, связанные с его возможной послевоенной судьбой — с ними можно ознакомиться в соцсетях на странице Центрального госархива Санкт-Петербурга, — представили широкой публике его сотрудники.

ФОТО Дарьи КЛИМЕНКО

Во время блокады из‑за угрозы пожаров были закрыты два хранилища Государственного архива Октябрьской революции и социалистического строительства Ленинградской области. Они были размещены в зданиях церквей Святого Пантелеимона (ул. Пестеля, 2а) и Успения Пресвятой Богородицы на Сенной площади.

Сразу после войны, как отмечает главный методист Центрального государственного архива Санкт-Петербурга Надежда Черепенина, начальник архивного отдела управления МВД Ленинградской области Павел Конопелько просил у городских властей решить вопрос о предоставлении службе новых помещений. Речь шла о передаче под архивохранилище Троицкого (Измайловского) собора и лютеранской церкви Св. Петра и Павла на Невском проспекте.

Но у городских властей были другие планы, поэтому архивная служба обратила внимание на бывший дворец княгини Палей в городе Пушкине, где до войны располагался дом партийного просвещения. Однако и это ­предложение не было поддержано властями, и архивы предложили разместить в Гатчинском дворце.

25 декабря 1950 года Павел Конопелько осмотрел его, о чем в тот же день сообщил начальнику управления МВД по Ленинградской области Тарасу Филиппову. Он указывал, что состояние здания весьма плачевное: оно сильно повреждено пожаром, центральная часть совершенно разрушена. Из всех помещений восстановлена частично лишь половина левого корпуса, в котором на первом этаже размещены воинская часть и магазин военторга, на втором — жилые квартиры, на третьем — управление дворцами и парками.

Конопелько констатировал, что для приспособления дворца под архив потребуется его значительная внутренняя реконструкция: «Междуэтажные перекрытия, кроме первого этажа — кирпичные своды, 2‑го и 3‑го этажей устроены из облегченного трубочного кирпича, что явно не соответствует для нагрузки документальных материалов, а местами в разных частях здания совершенно отсутствуют». На восстановление здания потребуется до 17 миллионов рублей.

Поэтому перемещение архива в Гатчину Конопелько рассмат­ривал только как вынужденное действие. Тем не менее упомянутый выше Тарас Филиппов отправил министру внутренних дел СССР генерал-полковнику Сергею Круглову документ, в котором указывалось, что обком ВКП(б) и горисполком Ленинграда «не возражают о передаче дворца в Гатчине МВД СССР для восстановления и последующего использования архивными органами». Но денег выделить не могут.

Были произведены более точные расчеты, по которым на восстановление Гатчинского дворца требовалось уже гораздо больше средств — 18,5 миллиона рублей. И ремонт мог занять три-четыре года.

В итоге архив в Гатчинский дворец так и не переехал. Шесть миллионов уникальных документов, как указывалось в документе, из «совершенно непригодного и в пожарном отношении опасного здания по 5‑й Советской ул., дом № 33 / б. церковь» удалось перераспределить. К концу 1950‑х годов архивохранилище получило помещения бывшего Воскресенского Новодевичьего монастыря, а затем, в первой половине 1970‑х годов, перебралось на Варфоломеевскую улицу.

Ныне бывший Госархив Октябрьской революции и социалистического строительства Ленинградской области, ставший Центральным государственным архивом Санкт-Петербурга, расположен в специально построенном для него здании на улице Антонова-Овсеенко в Невском районе.

Что же касается Большого Гатчинского дворца, то в нем в начале 1950‑х годов разместилось Военно-морское училище Министерства обороны СССР, а затем — ВНИИ «Электронстандарт». Он освободил дворец в 1976 году, после чего началась его реставрация. Первые восстановленные интерьеры были представлены широкой публике 8 мая 1985 года, к сорокалетнему юбилею Победы.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 107 (8172) от 18.06.2026 под заголовком «Архив во дворец не поехал».