«Ежовщина». Начало массовых репрессий 1930-х годов

Восемьдесят пять лет назад, 31 июля 1937 года, Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило оперативный приказ НКВД СССР № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Приказ был подготовлен наркомом внутренних дел СССР, Генеральным комиссаром госбезопасности Николаем Ежовым под грифом «совершенно секретно». Документ был утвержден Политбюро без изменений и в тот же день отправлен всем руководителям НКВД республиканского, областного и районного уровней. С выполнения этого приказа в СССР было положено начало массовых репрессий 1930-х годов.

«Ежовщина». Начало массовых репрессий 1930-х годов | Надпись на плакате: «Мы ликвидируем кулаков как класс». ФОТО Википедии / Unknown / GFDL

Надпись на плакате: «Мы ликвидируем кулаков как класс». ФОТО Википедии / Unknown / GFDL

Хотя акции по репрессированию, иногда целых слоев населения, в послереволюционный период проводились регулярно: «раскулачивание» зажиточных крестьян, богоборчество с арестом и расстрелом тысяч священников, искоренение «буржуазных элементов». Однако спусковым механизмом массовых репрессий 1930-х годов считается приказ Ежова, утвержденный партийным руководством 31 июля 1937 года

Николай Ежов возглавил НКВД СССР в сентябре 1936 года, став доверенным лицом Иосифа Сталина после проведенного им, «как нужно», расследования убийства Сергея Кирова в Ленинграде. Хорошо чувствуя настроение вождя, Ежов сначала провел чистку в НКВД. Дальше – больше. К июлю 1937 года глава НКВД разработал план массовых репрессий во всех республиках, областях и городах Советского Союза. Итогом этих разработок стал приказ по НКВД, утвержденный Политбюро ЦК ВКП(б).

«Материалами следствия по делам антисоветских формирований устанавливается, что в деревне осело значительное количество бывших кулаков, ранее репрессированных скрывшихся от репрессий, бежавших из лагерей, ссылки и трудпоселков. Осело много в прошлом репрессированных церковников и сектантов, бывших активных участников антисоветских вооруженных выступлений. Остались почти нетронутыми в деревне значительные кадры антисоветских политических партий (эсеров, грузмеков, дашнаков, муссаватистов, иттихадистов и др.), а также кадры бывших активных участников бандитских восстаний, белых, карателей, репатриантов и т. п.», - так обосновывались предстоящие репрессии в приказе.

В документе четко определялись «контингенты, подлежащие репрессиям». В первую очередь, удар направлялся против бывших кулаков, в том числе вернувшихся после отбытия наказания. Кроме них, зачистке должны были быть подвергнуты члены антисоветских партий, белогвардейцы, жандармы – тоже бывшие. А также участники «казачье-белогвардейских повстанческих организаций, фашистских, террористических и шпионско-диверсионных контрреволюционных формирований». И только в последних, седьмом и восьмом пунктах, назывались уголовники. То есть бандиты и разбойники, по воззрениям Ежова, представляли гораздо меньшую опасность, чем бывшие кулаки.

Репрессируемые разбивались на две категории. Наиболее враждебные подлежали «немедленному аресту и, по рассмотрении их дел на тройках, — расстрелу». Все остальные «менее активные, но все же враждебные элементы» подлежали заключению в лагеря или тюрьмы на срок от 8 до 10 лет.

Совершенно шокирующим выглядит пункт приказа под номером 2. В нем утверждалось плановое количество подлежащих репрессиям людей – по каждой из областей и республик, причем по выше названным двум категориям: первая – расстрельная, вторая – на срок от 8 до 10 лет. Разнарядка на Ленинградскую область была такой: расстрелять 4 000 человек, отправить в лагеря – 10 000 репрессивных. В Московской области предписывалось определить к расстрелу – 5 000 человек, к отправке в лагеря – 30 000 .

Дела по каждому арестованному рассматривались в упрощенном порядке – «тройками». Причем по каждой области и республике персональный состав «троек» определялся тем же приказом № 00447 НКВД СССР, подписанным Николаем Ежовым. Документ утверждал личный состав 64 троек на республиканском, краевом и областном уровнях. В «кулацкой операции» «тройки» выполняли те же задачи, что и ускоренные суды по раскулачиванию. Председателем заседаний был представитель НКВД, материалы для принятия решений «тройкой» готовили сотрудники НКВД: «докладчик» и «секретарь» тройки.

Разработанную операцию было приказано провести в течение четырех месяцев. «О ходе и результатах операции доносить пятидневными сводками к 1, 5, 10, 15, 20 и 25 числу каждого месяца телеграфом и подробно почтой», - предписывал глава НКВД.

Однако четырьмя месяцами массовые репрессии не обошлись, а растянулись на годы. Хотя автор приказа «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов» уже в конце 1938 года был снят с должности, арестован и вскоре расстрелян. Однако сменивший его Лаврентий Берия политику репрессий продолжил, поначалу в более мягкой форме. С арестом Николая Ежова «ежовщина» закончилась, массовые репрессии продолжались.

Лучшие очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине.

Еще больше интересных очерков читайте на нашем канале в «Яндекс.Дзен».


Комментарии