Дворец любознательных: 15 октября 1935 года на Фонтанке открыли Дом занимательной науки
Необычное культурно-просветительское учреждение, которое в обиходе называли по заглавным буквам наименования — ДЗН, вызывало искренний восторг у современников. Да и по сей день оно остается уникальным явлением в области популяризации научных знаний.
ФОТО Declan Sun on Unsplash
«Что представляет собой Дом занимательной науки? Это не музей, это не клуб, это не выставка. Мы исходим из того, что если, скажем, мичуринцы могут выводить новые сорта яблок и слив, то нет оснований работникам политпросветучреждений не выводить новых форм популяризации науки», — рассуждал его директор Виктор Камский. Эти слова прозвучали в мае 1940 года на заседании Музейного совета при управлении культпросветпредприятиями Ленгорисполкома. Сегодня стенограмма выступления хранится в Центральном государственном архиве литературы и искусства (ЦГАЛИ) Санкт-Петербурга.
…В полной темноте перед посетителями оживала карта звездного неба Ленинграда, под потолком вращался огромный подсвеченный лучами прожектора земной шар, моделирующий облик планеты, а по соседству действовала настоящая машина времени, переносящая в различные геологические эпохи — от архейской эры до ледникового периода. Макеты, таблицы, диапозитивы иллюстрировали, казалось бы, такие знакомые, привычные со школьной скамьи явления природы, законы физики и математики, и было это очень необычно и увлекательно.
«Мы считаем, что ДЗН — особого вида политпросветучреждение, задача которого заключается в том, чтобы популяризовать научные знания среди широких масс населения, — рассказывал Виктор Камский. — Эта популяризация идет по нескольким линиям: наши выставочные залы, наши выездные вечера или, проще говоря, популярные научные лекции, затем издательство, научные консультации, массовая работа и работа со школьным активом».
Даже книга отзывов здесь была особенной: стоило кому‑то из посетителей присесть к столу, чтобы записать свои впечатления, как она раскрывалась сама собой, а потом, когда человек вставал, сама захлопывалась! Секрет заключался в спрятанном под стулом магнитно-рычажном механизме, срабатывавшем под тяжестью тела.
Для создания экспозиции Дом занимательной науки привлекал инженеров, художников, механиков, которые воплощали в жизнь идеи ученых, настоящих звезд первой величины. Среди тех, кто входил в методический совет дома, были академики Сергей Вавилов, Александр Ферсман и Абрам Иоффе, лингвист Лев Успенский, оптик Марк Вейнгеров, астроном Герман Ленгауэр.
Душой же дома стал Яков Перельман — известный популяризатор науки, автор целой библиотеки книг, статей и учебных пособий по математике, физике, астрономии, геометрии. Экспозиция в значительной мере основывалась на его произведениях и иллюстрировала их.
«Мы рано перестаем удивляться, рано утрачиваем драгоценную способность, которая побуждает интересоваться вещами, не затрагивающими непосредственно нашего существования», — отмечал Яков Перельман. Поэтому в Доме занимательной науки создавали все условия, чтобы посетители, следуя за экскурсоводом, слушая лекции или приобретая изданные книжки-малютки, снова ощутили по‑детски живой интерес к окружающему миру.
Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что Дом занимательной науки опередил свое время и стал прообразом будущих интерактивных музеев для детей и взрослых. Несмотря на внешне развлекательную форму и легкую, доступную подачу материала, его экспозицию отличали строгая научность и высокий интеллектуальный уровень.
«Нас иногда называют «домом чудес». Это неверно, — говорил Виктор Камский. — Если мы часто прибегаем к тому, чтобы удивить посетителя, то это только первая ступень лестницы, первый шаг, который имеет целью удивление превратить в научную, активную любознательность, которая является наиболее благодарной почвой для усвоения знаний».
Со всех концов страны в Дом занимательной науки приходили письма — от школьников, учителей, рабочих, красноармейцев, пенсионеров… Авторы задавали самые разнообразные вопросы, например: «Верно ли, что в верхнем слое воздуха температура высокая?», «Какой расы цыгане и кто их предки?», «Что раньше возникло — курица или яйцо?». Сотрудники старались дать обоснованный и квалифицированный научный ответ, соблюдая установленный директором срок — десять дней.
Как следует из архивных документов, в 1941 году в Доме занимательной науки планировали приступить к постройке собственной астрономической обсерватории, создать новый макет под названием «Ракетой на Луну», начать издание научно-методических сборников, обобщающих опыт и методы работы учреждения. Коллектив рассчитывал принять в своих стенах свыше 330 тысяч посетителей, прочесть 2800 лекций, в том числе и на такие темы, как «Межпланетные путешествия», «Вымершие чудовища», «Сон и гипноз», «Умные машины», «Русские женщины — полярные путешественницы»…
Увы, Великая Отечественная война нарушила эти планы. Дом занимательной науки был закрыт, многие сотрудники ушли на фронт. В марте 1942 года на Волховском фронте погиб старший политрук Виктор Камский, а Яков Перельман скончался от голода в блокадном Ленинграде…
«Почти вся экспозиция ДЗН погибла в годы блокады Ленинграда, — отмечает биограф Перельмана Григорий Мишкевич в книге «Доктор занимательных наук». — Но не погибло то, что успел сделать ДЗН за пять с небольшим лет своего существования: его деятельность помогла воспитать и приохотить к знаниям многие и многие тысячи школьников».
Читайте также:
Реконструкция для Репина: как в Александровском лицее инсценировали экзамен
Билет для пребывания в столице: срок его действия ограничивался одним годом
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 194 (8016) от 17.10.2025 под заголовком «Дворец любознательных».
Комментарии