Дорога жизни. Дорога памяти. Выдающемуся летописцу Ленинградской блокады Валентину Михайловичу Ковальчуку посвящается
Дорога жизни — эти два слова священны для нашего города. Ледовая трасса, проложенная по замерзшему Ладожскому озеру, сыграла ключевую роль в обороне Ленинграда, в обеспечении города продовольствием, в спасении многих и многих жизней. Но наше современное знание о Дороге жизни, о подвиге ее создателей и всех, кто на ней трудился, было бы неполным и неточным без огромной научной работы выдающегося историка блокады и битвы за Ленинград Валентина Михайловича Ковальчука. Ученый, 110 лет со дня рождения которого отмечается в 2026 году, всей своей жизнью и творчеством утверждал историческую правду — и его вклад в изучение и увековечение Дороги жизни был исключительным.
ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА
«Ленинград и Большая земля»
К исследованию транспортных артерий в военных условиях ученого подвела сама его биография. Коренной житель нашего города, выпускник исторического факультета ЛГУ, он в годы Великой Отечественной войны служил в Главном морском штабе, был участником героической обороны Севастополя, в 1943 году лично объездил действующие части Черноморского флота, собирая ценнейшие для истории документы. «Допущен я был и к несению оперативного дежурства на запасном флагманском командном пункте наркома Военно-морского флота адмирала Н. Г. Кузнецова», — вспоминал позже в интервью «Санкт-Петербургским ведомостям» Валентин Михайлович. Войну он закончил в звании майора и должности историографа исторического отдела Военно-морского флота.
Кандидатская диссертация Валентина Михайловича, написанная уже после войны, в 1954 году, была посвящена защите морских коммуникаций осажденного Севастополя. Опыт, приобретенный в годы Великой Отечественной, позволил Валентину Михайловичу понимать правду войны не только с точки зрения академического ученого, но и с позиции человека, лично объездившего и изучившего транспортные коммуникации Великой Отечественной. Он хорошо представлял, как во фронтовых условиях создаются документы, какой путь они проходят, где сохраняются.
После того как Валентина Михайловича пригласили на работу в Ленинградское отделение Института истории АН СССР, его научная биография оказалась связана с битвой за Ленинград. Весь предыдущий опыт подготовил Валентина Ковальчука к исследованию транспортных артерий блокадного города, служивших кровеносной системой непокоренного города, и эта тема стала для ученого ключевой на многие годы. Именно Валентин Михайлович первым глубоко исследовал блокадные магистрали мужества — прежде всего Дорогу жизни, а также железнодорожные пути и воздушный мост, связывавшие Ленинград с Большой землей. Прежде эти героические страницы блокады Ленинграда не становились предметом серьезного научного изучения.
«Ленинград и Большая земля. История Ладожской коммуникации блокированного Ленинграда в 1941 – 1943 гг.» — так называлась основополагающая монография В. М. Ковальчука, увидевшая свет в 1975 году. Как вспоминал сам Валентин Михайлович, многие материалы для своего исследования он собрал в Центральном архиве Министерства обороны СССР в Подольске. Большое значение имели и встречи с теми, кто создавал и защищал блокадные магистрали, в том числе с главным маршалом авиации Александром Александровичем Новиковым, адмиралом флота Советского Союза Николаем Герасимовичем Кузнецовым.
Книга практически вся «соткана» из документальных свидетельств, это строгое академическое исследование — и не случайно именно за этот труд, утвержденный к печати Ленинградским отделением Института истории Академии наук СССР, автору была присвоена ученая степень доктора исторических наук. Официальным оппонентом на защите был адмирал Владимир Филиппович Трибуц, который во время войны командовал Краснознаменным Балтийским флотом.
Отметим, что и после выхода этой фундаментальной книги ученый продолжал изучение транспортных артерий, связывавших Ленинград с Большой землей. Фактическим итогом его многолетнего труда стала монография «Магистрали мужества», увидевшая свет в 2001 году под эгидой Санкт-Петербургского института истории РАН и удостоенная литературной премии имени маршала Советского Союза Л. А. Говорова.
Как отмечал в предисловии к этой монографии доктор исторических наук член-корреспондент РАН Рафаил Ганелин, беспрецедентный объем исследованных источников вкупе с глубиной знания темы позволили Валентину Михайловичу достичь поистине уникального результата: сформированное им научное знание о Дороге жизни в полной мере соответствует «окопной правде» участников тех событий. Именно поэтому совет ветеранов Краснознаменной Ладожской флотилии вручил ученому нагрудный знак «Участник Дороги жизни», признав выдающиеся заслуги Валентина Михайловича в увековечении народного подвига, совершенного на Дороге жизни.
По сути, все наши современные знания о Дороге жизни — результат многолетних трудов заслуженного деятеля науки РСФСР доктора исторических наук Валентина Михайловича Ковальчука.
Артерия стратегического значения
В своих книгах, статьях, устных выступлениях Валентин Михайлович не раз подчеркивал: для осажденного врагом Ленинграда коммуникации были вопросом жизни и смерти. Без транспортных артерий, связывавших город со всей страной, были бы невозможны не только боевые действия, но и сама жизнь его защитников.
Тем временем враг был уверен, что Ленинград падет: гитлеровцы считали, что решить проблему коммуникаций для окруженного со всех сторон города невозможно. Приладожские каналы, по которым обычно следовали суда, огибая непростое для навигации Ладожское озеро, были перерезаны фашистами. Воздушный мост, связавший Ленинград с Большой землей сразу же после начала блокады, в первой половине сентября 1941 года, не мог обеспечить снабжение большого города.
Оставался лишь путь по открытому озеру, по его южной части. Проблема была не только в том, что оно находилось в непосредственной близости от противника, но и в том, что южное побережье Ладоги дотоле мало использовалось для перевозок: здесь почти не было портовых сооружений, причалов, складов, ведущих к ним железных дорог. Все это пришлось строить в кратчайшие сроки. Когда началась навигация, свой норов показала Ладога.
«Одним из самых опасных врагов для кораблей и судов были осенние штормы. Они наносили серьезные повреждения баржам и даже переламывали их. Баржевой флот нес потери и в портах, особенно на западном берегу, где в первое время в связи с отсутствием причалов и укрытий приходилось разгружать суда у берега в незащищенных местах. В штормовую погоду баржи разбивало волной, срывало с якорей, выбрасывало на берег», — отмечал Валентин Михайлович Ковальчук.
По сути, каждый рейс по Ладоге требовал от моряков военной флотилии и речников Ладоги стойкости и подлинного мужества, а иногда и смекалки. Вот лишь один красноречивый эпизод той навигации, впервые описанный в книге «Ленинград и Большая земля». В одну из штормовых ночей баржу № 4075, поврежденную вражеской бомбой, оторвало от буксира. Трое суток баржу носило по бушующему озеру, за ней открыли охоту вражеские самолеты, и тогда шкипер Иван Антошихин пошел на хитрость: разбросал по палубе дрова, залил их водой, и баржа, загруженная до полной осадки, стала похожа на тонущее судно. Фашистские летчики прекратили атаки. К концу третьих суток шторма баржу наконец прибило к берегу — и после этого она снова вернулась к своей крайне важной для Ленинграда работе.
После того как Ладожское озеро замерзло, единственным выходом стало строительство зимней ледовой дороги, легендарной Дороги жизни. Задача была чрезвычайно сложной, ибо ничего подобного в таких масштабах история не знала. В книге «Ленинград и Большая земля» воссоздана целостная картина проведенной тогда огромной работы по выяснению ледового режима Ладожского озера, составлению проектов дороги. Гитлеровцы, как отмечал Валентин Михайлович Ковальчук, были уверены: у ленинградцев ничего не получится. В фашистских листовках прямо говорилось, что «по льду Ладожского озера невозможно снабжать миллионное население и армию».
Ленинградцы совершили невозможное. Регулярная ледовая трасса начала действовать 22 ноября 1941 года, но и после этого каждый день ее работы приносил новые вызовы и требовал новых оперативных решений. Первое время машины двигались по ледовой трассе с выключенными фарами, чтобы враг не обнаружил их, но это приводило к авариям. Взвесив все за и против, запрет на включенные фары отменили. Один из важнейших документов тех дней — записная книжка начальника ледовой дороги капитана 1-го ранга Михаила Александровича Нефедова, хранящаяся в Центральном военно-морском архиве и впервые введенная в научный оборот Валентином Михайловичем Ковальчуком. В книге «Ленинград и Большая земля» приведены краткие, но впечатляющие строки из этого документа. «По дороге вереницы огней, — отмечал Нефедов 6 января 1942 года. — Машины идут одна за другой». 17 января он же записал: «Ночью надо ездить по озеру со светом. Это дешевле стоит, меньше бьем машин, чем потеряем их от вражеской авиации».
Противник, стремясь прервать связь Ленинграда со страной, обстреливал трассу из орудий и подвергал бомбардировкам с воздуха. В противостоянии врагу особую роль играли бесстрашные балтийские летчики. В книге «Ленинград и Большая земля» Валентин Ковальчук рассказывает историю балтийского аса Семена Горгуля, самолет которого был подбит после воздушной схватки над Ладогой. Пилоту удалось посадить машину на лед, но фашистские истребители сделали еще шесть заходов, обстреливая летчика и его боевую машину. Семен Горгуль был смертельно ранен, но до последнего дыхания помнил о воинском долге. Своей кровью он написал: «Родина, комсомол, я дрался с врагом, как клялся, получая комсомольский билет, не жалея собственной жизни… Я честно выполнил свой долг…».
Ледовая трасса действовала до последней возможности, пока позволяли погодные условия. Валентин Михайлович Ковальчук цитирует записную книжку капитана 1-го ранга Нефедова: «23 марта 1942 г. — началось потепление… 24 марта 1942 г. — температура повышается, продолжается таяние снега. 25 марта 1942 г. — температура продолжает повышаться. Дорога выходит из строя… 26 марта 1942 г. — образовались лужи в озере. Вся дорога в озерах».
24 апреля 1942 года стало последним в ту весну днем работы ледовой дороги.
Фактор Победы
Еще в самый разгар первой блокадной зимы началась подготовка к навигации 1942 года. Валентин Михайлович Ковальчук по крупицам восстановил картину всей той гигантской работы, которая была проделана: прокладывались шоссейные и железные дороги, ремонтировались и строились суда. На ленинградских судостроительных заводах сооружали специальные секции для металлических барж: их затем перевозили по железной дороге к озеру и тут же, на берегу, собирали. Валентин Михайлович подчеркивает: баржи строили с такой быстротой, которая и в мирное время считалась бы фантастической.
За лето 1942 года на западном и восточном берегах Шлиссельбургской губы выросли крупные порты с многочисленными складами. Более того, для бесперебойного снабжения горючим Ленинградского фронта и Ленинграда на Ладоге был сооружен подводный трубопровод. Все это позволило с началом навигации развернуть перевозки невиданных ранее масштабов. «В Ленинград непрерывным потоком шли посылаемые Большой землей продовольствие, боеприпасы, горюче-смазочные материалы, уголь и различные хозяйственные грузы. Значительное место занимали перевозки пополнений для Ленинградского фронта и Балтийского флота. Из Ленинграда вывозили население, раненых, промышленное оборудование и другое имущество и материалы», — писал Валентин Михайлович Ковальчук.
В книге «Ленинград и Большая земля» ученый рассказывает еще одну яркую блокадную историю: одной из нефтеналивных барж Ладожского озера в ту пору управлял шкипер-ветеран Павел Лепестов, за самоотверженную работу удостоенный ордена Красной Звезды. Получая награду, шкипер заявил: «Мне 70 лет, но я нахожусь и буду находиться в славных рядах советских моряков до полной победы над врагом. Мое судно еще больше будет перевозить грузов героическим защитникам Ленинграда». А когда Лепестов был ранен, вместо него на работу шкипером заступила его старшая дочь Татьяна.
Зимой 1942/43 годов для перевозок снова была использована проложенная по льду Ладоги Дорога жизни. Валентину Михайловичу Ковальчуку удалось найти в архиве Министерства обороны СССР уникальный документ — отчет о митинге в 848‑м автобатальоне, состоявшемся в день второго открытия дороги, и он цитирует в своей книге простые, но идущие от сердца слова водителя-коммуниста Ревы: «Я не жил и не был в Ленинграде, но когда мне пришлось перевозить эвакуируемых голодных ленинградцев, я понял, какое огромное значение имеет наша дорога. С тех пор я стал ежесуточно не менее трех раз пересекать озеро. Это было в прошлую зиму. Это я буду делать и в эту зиму, чтобы помочь войскам нашего фронта прорвать блокаду и разбить врага у стен нашего великого Ленинграда».
Ладожская коммуникация продолжала действовать вплоть до окончательного освобождения Ленинграда от блокады в январе 1944 года.
«За каждым килограммом доставленного хлеба, за каждым ящиком снарядов, за каждой тонной горючего — усилия десятков и сотен тысяч людей, подвозивших грузы к Ладоге, прокладывавших дороги, ремонтировавших и строивших суда, стоявших за штурвалами кораблей, пересекавших Ладогу, сидевших за рулем автомашин, — подчеркивал Валентин Михайлович Ковальчук. — Лишения и жертвы, понесенные в период фашистской блокады жителями Ленинграда и воинами, защищавшими город, неизмеримы. И все же трудно представить те бедствия, которые могли выпасть на их долю, если бы не было Ладожской коммуникации».
Исследовательская работа доктора исторических наук В. М. Ковальчука позволила установить общий объем грузов, перевезенных за весь период действия водной и ледовой Дороги жизни с начала блокады и до 30 марта 1943 года: в Ленинград были доставлены без малого полтора миллиона тонн грузов и около 450 тыс. человек, главным образом военнослужащих, а из блокированного города эвакуированы более 1 миллиона 200 тысяч человек.
Сегодня памяти Дороги жизни посвящены десятки монументов, несколько музеев — в Осиновце, Коккореве, Кобоне, на станции Ладожское Озеро. В настоящее время, в соответствии с поручением Президента России Владимира Путина, начинается работа по масштабному обновлению мемориального комплекса «Дорога жизни». Кроме того, недавно впервые состоялась историческая реконструкция движения автомобилей по ледовому участку Дороги жизни. В пробеге, который завершился митингом у мемориала «Разорванное кольцо», участвовали автомашины, поднятые поисковиками со дна Ладоги и восстановленные при участии Российского военно-исторического общества.
Дорога жизни сегодня — важнейшая глава нашей истории, неотъемлемая часть нашего самосознания и в городском, и в общероссийском масштабе. О ней снимают художественные фильмы, пишут все новые книги... И мы помним, что важнейшую, ключевую роль в сохранении исторической памяти о Дороге жизни сыграл выдающийся летописец Ленинградской блокады, участник Великой Отечественной войны, доктор исторических наук, полковник в отставке Валентин Михайлович Ковальчук.
Читайте также:
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 53 (8118) от 27.03.2026 под заголовком «Дорога жизни. Дорога памяти».
Комментарии