Главная городская газета

Дом забавных чертенят

Свежие материалы Наследие

Сороковая высота

В карельских лесах у деревни Сяндеба в августе 1941-го погибли, защищая Ленинград, испанские добровольцы.

Читать полностью

Анархисты и власть капитала

«Миллионы пролетариев всего мира протестуют против казни. Сделаем все для спасения Сакко и Ванцетти! — написала «Ленинградская правда» девяносто лет назад, в августе 1927 года».

Читать полностью

Присоединение по принуждению

1917 год коренным образом изменил административное деление города.

Читать полностью

Дата «Заблуждения» Циолковского

У его проекта оказалось слишком много недоброжелателей.

Читать полностью

Топография революции

По словам инициатора и руководителя проекта доктора исторических наук Юлии Кантор, от рождения идеи до выхода книги «Вокруг Зимнего» прошло рекордно короткое время.

Читать полностью

Флотские дела Павла Петровича

Этой линейкой «Венский локоть» пользовался когда-то император Павел I.

Читать полностью
Реклама
Дом забавных чертенят | Угловая башенка этого дома, напоминающая голову солдата в каске, хорошо видна с Фонтанки. ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Угловая башенка этого дома, напоминающая голову солдата в каске, хорошо видна с Фонтанки. ФОТО Александра ДРОЗДОВА

В одном из тихих кварталов петербургской Коломны, возле Египетского моста, как будто бы «спрятался» примечательный образец северного модерна - дом, принадлежавший когда-то Елизавете Рыбиной.

Архитектор, построивший это здание, сегодня в особых представлениях не нуждается: им был Александр Лишневский. Елизавета Рыбина купила земельный участок в марте 1908 года, уже в мае было получено «добро» городских властей на постройку, закипели работы, и вскоре дом был готов: краткий петербургский строительный сезон не оставлял времени на раскачку.

Не исключено, что стройка получила дополнительный импульс благодаря мужу домовладелицы - потомственному почетному гражданину подрядчику строительных работ Федору Матвеевичу Рыбину. Он по доверенности жены решал все «бумажные» вопросы с утверждением чертежей, получением разрешения на строительство. Велика вероятность, что он же руководил и строительными работами.

Дом был спроектирован и возведен в соответствии с романтическими веяниями северного модерна. Фасадные барельефы (утраченные во время одного из ремонтов и, к сожалению, не восстановленные во время последней реставрации 2013 года) недвусмысленно пропагандировали семейные ценности: на них были изображены семейная пара и тянущий к ним ручонки ребенок. Отделанный «рваным» камнем вход в парадное вызывает ассоциации то ли с пещерой, то ли с крепостными воротами: чужак здесь не пройдет! Отпугивать нежеланных посетителей архитектор «поручил» маскам чертенят, украшающим вестибюль...

Дом изначально предназначался отнюдь не под многокомнатные «барские» квартиры, а под жилье, как бы мы сказали теперь, экономкласса. Здесь даже не предусматривались черные лестницы - традиционный атрибут доходных домов. Мало того, если в проекте каждая из двух «универсальных» домовых лестниц обслуживала по две квартиры, то в ходе строительства вместо четырех квартир на каждом этаже сделали по семь. Естественно, за счет уменьшения количества комнат и их метража.

Среди жильцов этого дома были и дети четы Рыбиных. Николай Федорович Рыбин в 1910 году окончил Институт гражданских инженеров, отличаясь во время обучения «большим трудолюбием». Одновременно он учился в Археологическом институте. Практический опыт он нарабатывал с 18 лет, работая на постройках петербургских доходных домов (вероятно, под руководством отца-подрядчика). Профессия пригодилась и после революции: в 1920-е годы Николай Рыбин работал в отделе коммунального хозяйства (по тогдашней терминологии - откомхозе) Петрограда. Другой сын Рыбиных, Борис, учился в Институте инженеров путей сообщения. Дочь Серафима не нарушила семейную традицию и выбрала мужа-«технаря»: она вышла замуж за инженера-металлурга Григория Николаевича Воронина, и они жили в этом доме в 1920-е годы.

В этом «северном» доме до 1917 года квартировали люди, связанные с Финляндией. Павел Бекман работал в Финляндской паспортной экспедиции, которая надзирала за передвижением жителей Великого княжества Финляндского через границу с Российской империей. Еще одним жильцом этого дома был Николай Альгрен, секретарь общества «Алку» (в переводе с финского - «Начало»). Оно было основано в Петербурге в 1885 году финскими ремесленниками, вскоре преобразовано в Общество трезвости. В 1911 году объединяло более двух тысяч петербургских финнов - рабочих и ремесленников, которые получали практические советы, как избежать тяги к спиртному и организовать трезвый досуг.

Из-за скудного финансирования (членский взнос составлял посильные 50 копеек в год) формы деятельности «Алку» не отличались большим разнообразием. Иногда организовывались пароходные прогулки по Неве, реже - в Финляндию. Каждый раз они привлекали сотни желающих. При обществе функционировала библиотека, были организованы театральное и певческое общества, оркестр.

И еще одна любопытная деталь: до революции в доме Рыбиной жил пианист Владимир фон Венцель, преподававший в Консерватории. Он был учеником композитора и дирижера А. К. Лядова и оставил содержательные воспоминания о нем, напечатанные в нескольких номерах «Русской музыкальной газеты» за 1917 год. Венцель рассказал о личных качествах композитора, его музыкальных и литературных вкусах.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook