Главная городская газета

Дача у залива

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

«Швецкие арестанты»: история первых строителей Петербурга

Историк рассказала «СПб ведомостям», как в XVIII веке пленные шведы строили Санкт-Петербург. Читать полностью

Выстрел на окраине

20 июня 1918 года был убит комиссар по делам печати и агитации Союза коммун Северной области В. Володарский. Кому была нужна его смерть? Читать полностью

Экскурс в историю: литературная метеорология Петербурга

Кто мог красочнее описать погоду Северной столицы 19 века, чем ее современники-писатели? Читать полностью

Помним в радости и в горе

22 июня - День памяти и скорби в России, день начала Великой Отечественной войны. И хотя сейчас в нашей стране проходит мундиаль, программа траурных мероприятий останется неизменной. Читать полностью

Трое в матросских костюмчиках

В преддверии Дня памяти и скорби авторы «СПб ведомостей» делятся своими воспоминаниями о Великой отечественной войне.   Читать полностью

Ни пяди не уступить, ни грамма не оставить

Накануне трагичной и памятной даты «СПб ведомости» вспоминают «как это было» во время Великой отечественной войны. Читать полностью
Дача у залива | Так в начале ХХ века выглядела вилла «Арфа» архитектора Гавриила Барановского в Келломяках (ныне Комарово) – одна из самых красивых на Карельском перешейке. Она погибла во время Второй мировой войны. ФОТО из коллекции Сергея Ренни

Так в начале ХХ века выглядела вилла «Арфа» архитектора Гавриила Барановского в Келломяках (ныне Комарово) – одна из самых красивых на Карельском перешейке. Она погибла во время Второй мировой войны. ФОТО из коллекции Сергея Ренни

До недавнего времени старинные дачи на территории нынешнего Курортного района, когда-то находившиеся в «ближнем зарубежье», за пределами административной границы Великого княжества Финляндского, не служили предметом изучения. Теперь пробел восполнен: вышел в свет путеводитель по Зеленогорску – бывшим Терийокам. Его подготовили краеведы Александр БРАВО и Елена ТРАВИНА, которая согласилась рассказать нам о находках.

– Елена Михайловна, как вы считаете, почему прежде старые дачи Карельского перешейка не входили в орбиту краеведческого интереса?

– В советское время это была нежелательная тема: неважно, что было прежде, до нас, главное, что этот край стал нашим сначала в 1939-м, а потом окончательно в 1944 году, и в нем началась новая жизнь. Кроме того, у отечественных исследователей не было практически никаких исторических источников. Все финские архивы в 1939 году, накануне начала «зимней» войны, были эвакуированы в глубь Финляндии. Мы работали с материалами Национального архива в Хельсинки. В нем хранятся, например, приходские книги всех православных церквей на Карельском перешейке.

Кроме того, в Провинциальном архиве города Миккели находятся все кадастровые планы, учетные карточки на участки: отражено движение участков на Карельском перешейке из рук в руки. Для тех, кто изучает историю дачных местностей вокруг Терийок – Зеленогорска, без этого источника просто не обойтись.

В результате нам раскрылась совершенно новая картина, поскольку прежде, по сути дела, были известны только некоторые знаковые объекты. Например, репинские «Пенаты» или дача Чуковского напротив них, усадьба Леонида Андреева на Черной речке или вилла Марии Крестовской «Мариоки». На слуху дача Бехтерева «Тихий берег», да и то только лишь потому, что потомки выкупили ее и пытаются восстановить. А по всему остальному – «владелец, архитектор и время постройки неизвестны».

Когда я сама начинала заниматься «русской Финляндией», столкнулась со странным представлением местных жителей. Они нередко знают, что в лесу есть какие-то фундаменты, но считают их остатками финских хуторов. Да ничего подобного! В большинстве своем – это следы дачных поселков петербуржцев.


– Какие самые яркие имена вам удалось открыть?

– Одно из самых громких – петербургский архитектор Гавриил Барановский, известный Буддийским храмом в Старой Деревне и зданием Елисеевского магазина на Невском. У него была дача в Келломяках (ныне Комарово), которую он построил по собственному проекту. Судя по фотографиям – сооружение потрясающей красоты. Несколько этажей, с башенками. От нее ничего не осталось – она погибла во время Второй мировой войны. Впоследствии на ее территории находился пионерский лагерь, которым ведали обком и горком партии...

Один из главных выводов, который мы сделали в процессе изучения: круг представителей творческой интеллигенции, которые могли себе позволить дачу за финской границей у залива, был очень узок. И практически все они были друг с другом знакомы. Скорее всего, они сами подбирали соседей по дачным участкам по принципу, чтобы рядом был достойный человек своего круга.

Кстати, если имена владельцев можно установить хотя бы по тем же документам, сохранившимся в Миккели, то вот имена авторов дач найти чрезвычайно трудно. Архитекторы строили их в первую очередь для заработка, и упоминание об их строительстве, а тем более сохранение проектов, не считались важными для карьеры. А ведь обычно зодчие, владевшие участком, сами для себя строили дачи, как тот же Барановский.

Поиски порой похожи на детективные. К примеру, архитектор Стефан Петрович Карасимеонов, женатый на сестре жены Барановского. У него был дом в Сестрорецке близ станции Курорт. А потом мы выяснили, что он владел и дачными участками в Келломяках. А поскольку он был подданным Болгарии, то нам наконец-то стало понятно, почему старое название одного из проспектов в Келломяках было Болгарский. Да просто потому, что у него там находились земельные участки!


– Сколько сегодня осталось старинных дач в Курортном районе?

– В Репине практически ничего нет, поскольку там с 1950-х годов развернулось массовое строительство санаториев, пансионатов и домов отдыха. Под охраной государства – только репинские «Пенаты». А ведь это по большому счету новодел. Подлинная дача Репина, как известно, полностью погибла во время войны и затем была восстановлена, причем не совсем точно.

А невдалеке находится небольшом дом, принадлежавший когда-то знаменитому петербургскому издателю Роману Романовичу Голике, совладельцу товарищества на паях «Р. Р. Голике и А. И. Вильборг». Это подлинное сооружение. Но, скорее всего, его скоро снесут. И сколько мы ни стучимся во все чиновничьи двери, наши усилия оказываются тщетными... Нам все понятно: «золотая земля», «петербургская Рублевка»! За спинами чиновников стоят инвесторы, которые хотят купить эту землю. И обременение в виде памятника им совершенно не нужно. Им нужно просто построить красивый современный коттедж...

В Комарове очень много старых дач снесли буквально за последние годы – почти все они не были под охраной государства, использовались под детские сады и пионерские лагеря. Несколько участков со старыми дачами находились в собственности Министерства обороны. Охранного статуса не было – снесли.

В Зеленогорске старых дач было больше, и сегодня там уцелело около двух десятков таких построек. Увы, в основном в руинах. Находятся они в разной собственности, какие-то в государственной... Нередко постройки, ставшие вновь выявленными объектами культурного наследия, горят, после чего их просто выводят из списка «за утратой». Причиной пожара бывают бомжи, которые ютятся в пустующих домах. А случаются и поджоги...


– Такое впечатление, что наследие как будто бы ускользает из наших рук. Но все-таки старинные дачи действительно ветхие. И многие, наверное, отслужили свой век. Вы считаете, что их можно спасти?

– Можно. Но только если появится адресная программа по спасению деревянного зодчества. Сегодня ее не существует. То, что выдается за нее, – отписка. Мы предлагали наш план на уровне рабочей группы

КГИОП. В ней детально, пошагово прописано, что нужно сделать, чтобы спасти объекты деревянного зодчества в Курортном, Ломоносовском и Выборгском районах.

Летом 2015 года чиновники анонсировали программу спасения деревянного зодчества в Курортном районе. В списке – 64 объекта, которые предполагается использовать для культурных, просветительских и оздоровительных целей. Но механизма спасения этих домов не было предложено. Да и сам список, к составлению которого ни я, ни мои коллеги отношения не имели, довольно странный: в основном в него вошли здания, не представляющие исторического и архитектурного интереса. Либо вовсе уже не существующие, как, например, дача в Комарове по Выборгской ул., 1. И почему-то не вошли те дачи, которые еще находятся в достаточно хорошем состоянии.


– Есть ли все-таки позитивные примеры сохранения старинных построек в Курортном районе?

– Есть, но очень мало. Первый – дача Новикова в Зеленогорске, которая была в полуразрушенном состоянии, а потом стала частным владением и теперь полностью восстановлена. Второй – дача Вырубовой на Приморском шоссе. Новые хозяева выкупили участок, разобрали дачу до основания, а затем воссоздали с использованием исторических материалов. Там теперь кафе. Третий – в Сестрорецке на Парковой улице на территории одного из отелей воссоздали три старинные дачи, две из них ныне находятся в статусе памятников регионального значения. Теперь это единственный уголок в Сестрорецке, где сохранилась атмосфера курорта начала ХХ века...


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook