Главная городская газета

Чубаровское дело

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

«Швецкие арестанты»: история первых строителей Петербурга

Историк рассказала «СПб ведомостям», как в XVIII веке пленные шведы строили Санкт-Петербург. Читать полностью

Выстрел на окраине

20 июня 1918 года был убит комиссар по делам печати и агитации Союза коммун Северной области В. Володарский. Кому была нужна его смерть? Читать полностью

Экскурс в историю: литературная метеорология Петербурга

Кто мог красочнее описать погоду Северной столицы 19 века, чем ее современники-писатели? Читать полностью

Помним в радости и в горе

22 июня - День памяти и скорби в России, день начала Великой Отечественной войны. И хотя сейчас в нашей стране проходит мундиаль, программа траурных мероприятий останется неизменной. Читать полностью

Трое в матросских костюмчиках

В преддверии Дня памяти и скорби авторы «СПб ведомостей» делятся своими воспоминаниями о Великой отечественной войне.   Читать полностью

Ни пяди не уступить, ни грамма не оставить

Накануне трагичной и памятной даты «СПб ведомости» вспоминают «как это было» во время Великой отечественной войны. Читать полностью
Чубаровское дело | Иллюстрация BluOltreMare/shutterstock.com

Иллюстрация BluOltreMare/shutterstock.com

«Молодежь полна энергии, но не знает, куда ее девать. Силушка по живчикам переливается. Начинается все с мелочей – покататься на «колбасе», в кино набросать разной пакости на шапочку впереди сидящей девушке... Нападение на пионеров во время занятий, оскорбление и избиение прохожих, в особенности девушек... Город, носящий имя Ленина, должен быть очищен от хулиганства», – призывала «Ленинградская правда» в своей публикации 8 февраля 1925 года.

Между тем к уличной преступности в обществе тогда бытовало довольно мягкое отношение. Считалось, что хулиганство – «пережиток царского режима» и он отомрет сам собой. Рубежную черту в отношении к бытовому хулиганству прочертили жуткие события, произошедшие в Ленинграде летом 1926 года. Тема почти полгода не сходила со страниц газет.

А случилось вот что. 21 августа 1926 года около десяти вечера двадцатилетняя работница одной из городских фабрик Любовь Белова шла по Лиговке домой и, избегая пьяной толпы, свернула в темный, но спокойный на вид Чубаров (ныне Транспортный) переулок. Далее события развивались стремительно. Двое прохожих накинули ей на лицо тряпку, пропитанную махоркой, и уволокли в огромный неосвещенный и неохраняемый сад, примыкающий к бывшему заводу Сан-Галли, тогда носившему название «Кооператор».

Там ее, испуганную и потерявшую сознание, повалили на землю и изнасиловали. Мало того, застрельщики поставили дело «на поток», устроив очередь из подтянувшейся местной шпаны, собирая с них деньги «на водку» за предоставленную услугу. Истерзанную девушку отпустили только в пятом часу утра, она с трудом добралась до отделения милиции, где сообщила, что над ней надругались около тридцати человек. Несчастная запомнила несколько имен и кличек, а также описала приметы некоторых насильников, запечатлевшиеся в ее памяти. Стражи порядка устроили облаву, и вскоре преступники были задержаны. Среди них оказались как известные милиции хулиганы, «профессиональные воры», так и ни в чем прежде не замеченные рабочие завода «Кооператор».

Горожане были шокированы зверским преступлением. Проводили сравнение с насилиями времен Гражданской войны, требовали высшей меры наказания. Появился даже такой термин – «чубаровщина». Юридическая проблема заключалась в том, как квалифицировать деяние: как хулиганство или бандитизм? В последнем случае можно было применить расстрел, потому что бандитизм входил в число наиболее тяжких преступлений.

Дабы выгородить преступников, их родственники и знакомые не только стали давать ложные показания, пытаясь обеспечить насильникам алиби, но подговаривали других к лжесвидетельству. Главные обвиняемые, у которых не было шанса обеспечить себе алиби, стремились доказать, что если что и было, то групповое изнасилование, а не нападение. Пытались обвинить жертву в занятии проституцией – якобы она поначалу добровольно пошла с ними. Но суд, основываясь на «классовом принципе», защитил ее репутацию: девушка приехала из деревни, чтобы поступить на рабфак, а затем перейти в сельскохозяйственный вуз, а пока добросовестно работала на фабрике.

Резонансное дело быстро приобрело политический характер. Общественный обвинитель заострял проблему: «Чубаровское дело вызывает радость у тех, кто за границами Советского Союза видит в каждом таком явлении доказательства неустойчивости, недолговечности советского режима».

Обвинители жестко подчеркнули отрицательные черты «романтичности» насильников. «Все за одного, один за всех» – этой формулировкой обвинение обрисовало стремление подельников во что бы то ни стало выгородить друг друга. «Чубаров переулок ощетинивается железной солидарностью своих хулиганов» – в таких словах был подытожен метод поведения насильников на суде в одной из многочисленных статей, посвященных этому судебному процессу.

Приговор был суров. Суд признал: «Это преступление является угрозой основам советского правопорядка». Семь человек приговорили к расстрелу. Правда, Президиум ВЦИК в итоге удовлетворил просьбу о помиловании в отношении двоих из смертников, а остальные пятеро суровой кары не избежали.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook