Безмолвная капитуляция

Это событие до сих пор вызывает ожесточенные споры и порой диаметрально противоположные оценки. Одни говорят об оккупации, другие возражают, уверяя, что это было добровольное вхождение в состав СССР. О том, что происходило реально, мы говорим с доктором исторических наук профессором РГПУ им. Герцена Юлией КАНТОР. Изученные ею документы российских и зарубежных архивов свидетельствуют: присоединение Прибалтики состояло из целой серии последовательных шагов, всякий раз исходивших из текущей ситуации, но с заранее прописанным финалом.

 Безмолвная капитуляция | Присоединение Прибалтийских стран к СССР в августе 1940 года сопровождалось массовыми митингами. На фото – демонстрация жителей Риги, приветствующих вступление Латвии в Советский Союз.Из фондов Росийского государственного архива кинофотодокументов, https:

Присоединение Прибалтийских стран к СССР в августе 1940 года сопровождалось массовыми митингами. На фото – демонстрация жителей Риги, приветствующих вступление Латвии в Советский Союз.Из фондов Росийского государственного архива кинофотодокументов, https:

– Юлия Зораховна, насколько справедливо утверждение, что судьбу балтийских государств предопределил пакт Молотова – Риббентропа от 23 августа 1939 года?

– Действительно, этот документ, ставший, по сути, «вторым раундом» Мюнхенского сговора 1938 года, имел для Балтии катастрофические последствия. Причем договор не сам по себе, а секретные соглашения к нему, где оговаривался вопрос о разграничении сфер «обоюдных интересов» СССР и Германии в Восточной Европе.

Прямым продолжением пакта был подписанный 28 сентября 1939 года «Договор о дружбе и границе между СССР и Германией» и два секретных протокола к нему. Этими документами государства официально и юридически закрепляли раздел территории Польши и решали судьбу прибалтийских стран. Причем если, по секретным протоколам к пакту от 23 августа, Литва отходила в сферу влияния Германии, то теперь она передавалась в советскую зону – в обмен на Люблинское и часть Варшавского воеводства.

К тому времени в странах Балтии в результате вооруженных переворотов, совершенных в разное время (в Литве – в 1926 году, в Латвии и Эстонии в 1934-м), установилась авторитарная власть, многие демократические институты прекратили существование, действовала жесткая цензура. Причем авторитарный стиль правления воспринимался многими политическими лидерами этих стран – не только самими диктаторами, но и их конкурентами – как гарантия сохранения государственной независимости. Характерная примета того – и, увы, не только того – времени: иллюзия, что отсутствие демократических институтов и авторитарная власть гарантируют безопасность границ.


– Какие отношения складывались между прибалтийскими государствами и нацистской Германией?

– Все три балтийские страны в своей внешней политике, выбирая между СССР и Германией, склонялись в пользу последней, но не спешили с окончательным выбором. Даже ЦК Латвийской социал-демократической партии еще в 1928 году опубликовал консолидированное мнение: «если выбирать между советской властью и фашизмом, то лучше выбрать фашизм».

К 1939 году Литва уже успела пострадать от гитлеровской Германии: та в 1938 году предъявила ультиматум литовскому правительству, требуя фактически вернуть Мемельский край, который в 1920 году, по Версальскому мирному договору, был забран у Германии и передан Антанте, а с 1924 года стал частью Литвы.


– Власти прибалтийских стран знали о секретных протоколах к пакту Молотова – Риббентропа?

– Судя по всему, догадывались... Рассчитывать на помощь Англии и Франции им не приходилось: они оказались зажатыми между двумя большими тоталитарными государствами и могли рассчитывать только на себя.

Советские полпреды в странах Прибалтики внимательно следили за ситуацией, отмечая нервозность и неуверенность властей. Рассматривали также экономические проблемы, связанные с зависимостью Прибалтики от британского рынка. И приходили к единому выводу: сложился благоприятный момент для давления на эти государства. Дальнейший сценарий был таков: сначала СССР предлагал заведомо неприемлемые условия, потом шел на некоторые «уступки». И все это – на фоне активизации войск на границе.

В роли опытного полигона выступила Эстония. В сентябре 1939 года СССР настоятельно предложил ей заключить с ним военный союз или договор о взаимной помощи. Когда глава эстонского МИД Сельтер попытался сослаться на нейтралитет своей страны, нарком иностранных дел СССР Молотов высказался прямо-таки иезуитски: «Прошу вас, не принуждайте нас применять силу в отношении Эстонии».

Накануне переговоров советский Военно-морской флот де-факто блокировал Эстонию с моря, а на границах Эстонии и Латвии формировалась мощная военная группировка Красной армии, в общей сложности около полумиллиона человек. Естественно, в этой ситуации Эстония согласилась на размещение советских военных баз.

После Эстонии настал черед Латвии. Те же ультиматумы и военные приготовления на границах. Министру иностранных дел Мунтерсу Сталин без эвфемизмов заявил: «Я вам скажу прямо: раздел сфер влияния состоялся... если не мы, то немцы могут вас оккупировать». Так что слово «оккупация» применительно к Прибалтике впервые прозвучало именно из уст советского вождя.

Что касается Литвы, то здесь Москва приготовила не только кнут, но и пряник – город Вильно (Вильнюс), до пакта Молотова – Риббентропа являвшийся частью Польши. В случае несговорчивости Литвы Москва обещала передать Вильно Белоруссии. Этот аргумент и стал решающим. Таким образом, Литва стала третьим государством после Германии и СССР, участвовавшим в разделе Польши...


– По большому счету, зачем Советскому Союзу потребовалась Прибалтика и почему ее нельзя было просто взять силой, как восточную Польшу в 1939-м или часть Финляндии во время «зимней» войны?

– Сталин был радикальным империалистом: он собирал земли, утерянные после 1917 года. О юридических и моральных сторонах этого «собирания» не задумывались. Прибалтика же нужна была Советскому Союзу как промышленный и сырьевой ресурс, причем нетронутый, не разоренный войной. И, конечно, это стратегически важный выход к морю плюс удобные для размещения войск острова.

Что же до «зимней» войны, то она началась как раз после того, как Финляндия в отличие от прибалтийских стран не пошла на уступки и не согласилась на «поглощение» части своей территории, отлично понимая, что за этой частью может последовать и целое. И отстояла свою независимость. А Польшу делили вместе с Германией – это принципиально иной сценарий.

Надо сказать, что после того как СССР разместил свои военные базы в Прибалтике, он всячески декларировал, что никоим образом не вмешивается в политику этих стран и не посягает на их суверенитет. Из Москвы были направлены строжайшие инструкции полпредам в этих странах: прекратить всякие контакты с левыми силами и пресекать любые разговоры о советизации. Но декларации порой не имели ничего общего с реальностью.

Несмотря на определенные трения, СССР и прибалтийские страны в целом соблюдали условия договоров о взаимной помощи, хотя их отношения и были далеки от идиллических. В то же время правящие круги Прибалтики питали надежды освободиться от навязанных договоров. Советское руководство, со своей стороны, стремилось окончательно укрепиться в стратегически выгодном регионе на границе Восточной Пруссии, устранить малейшую возможность антисоветских действий балтийских стран, а заодно и расширить зону «социализма».


– И наступил черед следующего пункта «прибалтийского сценария»?

– К середине июня 1940 года у юго-восточных границ Литвы и Латвии была сосредоточена ударная группировка Красной армии. С учетом развернутых в Прибалтике корпусов она насчитывала около 435 тыс. человек, до 8 тыс. орудий и минометов, свыше 3 тыс. танков, более 500 бронемашин, 2601 самолет.

События развивались сколь молниеносно, столь и беспрецедентно. 14 июня СССР потребовал от Литвы смены ее правительства на просоветское и разрешения на ввод дополнительных частей Красной армии на ее территорию. Молотов предупредил, что, если требования не будут приняты, войска все равно будут введены немедленно. Через несколько дней такие же ультиматумы последовали в отношении Латвии и Эстонии.


– Были ли попытки сопротивления?

– Практически нет. Только президент Литвы Сметона настаивал на сопротивлении Красной армии, но не был поддержан военными. В результате он бежал и – единственный из всех прибалтийских лидеров – создал правительство в изгнании. Надо признать, что в молодых прибалтийских государствах за двадцать лет независимости не было сформировано демократического правового сознания – об этом говорит та пассивность, с которой и обыватели, и правящие круги отнеслись к действиям Советского Союза... Один из крупнейших прибалтийских историков профессор Магнус Ильмярв написал книгу, по-моему, точно реконструирующую ту ситуацию: «Безмолвная капитуляция».

Согласно сценарию Москвы, страны Балтии должны были сами попроситься в СССР. Для этого в Прибалтике были сформированы декоративные «народные» правительства. В них вошли лояльные представители научных кругов, профессуры и художественной элиты, но при этом формально не являющиеся членами компартии (до советизации компартия в прибалтийских странах была запрещена). При этом коммунистов активно включали в аппарат, особенно на ключевые позиции. Все дальнейшие шаги этих правительств были разработаны в Москве.

После ревизии исполнительной власти настала очередь законодательной. 5 июля 1940 года правительства трех республик выпустили постановления о порядке проведения выборов в парламенты. Местные избирательные кодексы были серьезно скорректированы. Голосование проходило в одни и те же сроки и по одному сценарию, фактически под контролем Красной армии.

К выборам в каждой из стран было допущено только по одному избирательному блоку, составленному из представителей левых сил. Программные документы были идентичны, а политический и даже гендерный состав парламентов заранее «расписан» в Москве. Каждый избиратель на участке получал отметку в паспорте – своего рода свидетельство о лояльности. В итоге – почти стопроцентная явка (меньше всего в Эстонии – 84%) и 93 – 97% проголосовавших «за».

17 июля 1940 года специальные уполномоченные правительства СССР в прибалтийских республиках Жданов, Деканозов и Вышинский на совещании в Таллине обсудили последние детали провозглашения советской власти в Эстонии, Латвии и Литве. Там же был утвержден проект декларации о вступлении этих пока еще независимых государств в СССР. Через несколько дней ее приняли новоизбранные балтийские парламенты. Этому предшествовали организованные митинги, участники которых требовали установления советской власти и вступления республик в Советский Союз.

Отвечая на «просьбы» балтийских парламентов, в августе 1940 года VII сессия Верховного Совета СССР приняла Латвию, Литву и Эстонию в состав СССР на правах союзных республик.


– Сценарий был практически завершен?

– Да, и затем начинался следующий этап – советизация. Она сопровождалась мгновенной национализацией, опустошением прилавков в магазинах, ростом цен и резким падением уровня жизни всех слоев населения. Даже те, кто надеялся, что присоединение к СССР принесет улучшение, были разочарованы. Но и тогда активных протестов, как свидетельствуют документы, не последовало.

И все же новые власти при активном содействии местных жителей, желавших выслужиться или просто нажиться на несчастье соплеменников, провели акцию устрашения – массовую единовременную депортацию в Сибирь тех, кто казался советской власти потенциально опасным. По обычному сценарию тех лет: семьями, включая грудных детей, без суда...

Необходимо заметить, что репрессии не носили этнического оттенка, как это утверждается иногда в современной прибалтийской литературе: пострадали представители всех национальностей. Последние эшелоны из Литвы, Латвии и Эстонии ушли 14 – 17 июня 1941 года. Население республик было в шоке, что вполне понятно.

А ведь все могло быть иначе: прибалтийское население в силу исторических условий (на протяжении столетий его угнетали немецкие бароны) всегда было настроено резко антигермански. В вермахте уже во время войны даже ходила шутка: «Сталину за год (1940 – 1941. – Ред.) удалось сделать то, что нам не удалось за семьсот: прибалты теперь любят немцев». Фактически присоединение Прибалтики не укрепило обороноспособность западных границ Советского Союза, как это официально декларировалось, а наоборот, лишило его буфера между собой и агрессором.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 147 (5520) от 12.08.2015.

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей
24 Сентября 2018

Девичий гарнизон на антенном поле. Волонтеры в Купчине создали народный музей

Дот на улице Димитрова благодаря энтузиастам стал музеем, в котором можно все потрогать и покрутить.

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов
24 Августа 2018

В покушении на Ленина до сих пор остается много вопросов

Одна из ниточек того события тянется на Ижорский завод.

«Беда, что ты Видок Фиглярин»
19 Июля 2017

«Беда, что ты Видок Фиглярин»

Острая пушкинская эпиграмма определила отношение к тому, кого считали лучшим журналистом своего времени

Вернуться в свой город
22 Июня 2017

Вернуться в свой город

Уже не одно десятилетие мы получаем от наших читателей воспоминания о войне и блокаде. Сначала нам писали фронтовики. Потом к ним присоединились дети войны. А сегодня на этой странице они присутствуют...

Восемь пунктов генерала Деникина
07 Июня 2017

Восемь пунктов генерала Деникина

Когда говорят о том, что армию погубили большевики, это неправда. Армию погубила вся революционная демократия с ее проповедями вседозволенности.

Вскрыть и прочесть
24 Мая 2017

Вскрыть и прочесть

Перлюстрация существовала еще в глубокой древности

Я знал и труд, и вдохновенье…
26 Апреля 2017

Я знал и труд, и вдохновенье…

При информационной поддержке главной городской газеты «Санкт-Петербургские ведомости» 25 апреля в Аничковом дворце состоялось подведение итогов для 9-11 классов региональной олимпиады по краеведению ш...

Л.М. Старокадомский
25 Апреля 2017

Л.М. Старокадомский

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Погибшие при защите Ленинграда
25 Апреля 2017

Погибшие при защите Ленинграда

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

 «Теплица на Фонтанке»
25 Апреля 2017

«Теплица на Фонтанке»

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Человек, достойный дороги цветов
25 Апреля 2017

Человек, достойный дороги цветов

Редакционное жюри газеты «Санкт-Петербургские ведомости» определило среди участников VI региональной олимпиады по краеведению (9-11 классы) школьников Санкт-Петербурга  авторов лучши...

Монархия в стиле ностальжи
12 Апреля 2017

Монархия в стиле ностальжи

Вопрос Остапа Бендера: «Надеюсь, вы кирилловец?», звучавший смешно уже в 1920-х годах, тем более не актуален сегодня.