Главная городская газета

Автограф на стене

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

«Швецкие арестанты»: история первых строителей Петербурга

Историк рассказала «СПб ведомостям», как в XVIII веке пленные шведы строили Санкт-Петербург. Читать полностью

Выстрел на окраине

20 июня 1918 года был убит комиссар по делам печати и агитации Союза коммун Северной области В. Володарский. Кому была нужна его смерть? Читать полностью

Экскурс в историю: литературная метеорология Петербурга

Кто мог красочнее описать погоду Северной столицы 19 века, чем ее современники-писатели? Читать полностью

Помним в радости и в горе

22 июня - День памяти и скорби в России, день начала Великой Отечественной войны. И хотя сейчас в нашей стране проходит мундиаль, программа траурных мероприятий останется неизменной. Читать полностью

Трое в матросских костюмчиках

В преддверии Дня памяти и скорби авторы «СПб ведомостей» делятся своими воспоминаниями о Великой отечественной войне.   Читать полностью

Ни пяди не уступить, ни грамма не оставить

Накануне трагичной и памятной даты «СПб ведомости» вспоминают «как это было» во время Великой отечественной войны. Читать полностью
Автограф на стене | Потсдам, май 1945 г. ФОТО из архива редакции

Потсдам, май 1945 г. ФОТО из архива редакции

Звука выстрела Алексей не расслышал, только почувствовал, как дрогнула под ногами земля и горячая волна швырнула его на дно неглубокого оврага.

Впереди шел бой. Залегшая под огнем противника пехота готовилась к решительному броску. Лебедев в атаку не ходил. У сапера на войне другие заботы: болото загатить, мост через реку перекинуть, разведчиков провести через минное поле к передовой противника. Вот и накануне он с отделением саперов в заданном квадрате обезвредили десятки мин, но не повезло солдату...

- Братцы, сапер-то наш, кажется, оклемался, - сказал сержант, увидев, что Лебедев очнулся. - Потерпи, браток. Передохнем и в санбат в лучшем виде доставим. А фрицам мы всыпали. Бобруйск-то наши освободили...

Алексей закрыл глаза, стараясь привыкнуть к своему новому состоянию, к боли. В сарае пахло прелой соломой. И этот запах деревенской жизни его успокаивал. Он вспомнил родную деревеньку Маличкино в пятьдесят дворов, затерявшуюся в глуши тверских лесов, отца, прискакавшего к нему на лошади с известием о войне. Он в это время возился со своим трактором.

Казалось, все это было очень давно. Будто он всю свою сознательную жизнь только тем и занимался, что начинял землю смертоносным грузом или освобождал ее от него.

Он еще не мог знать, что через несколько дней его разыщет в санбате командир взвода лейтенант Черепейников, который сообщит, что их 21-й отдельный батальон минеров перебрасывают на другой участок фронта. И он, Алексей Лебедев, еще не оправившийся от контузии и ранения, сбежит из санбата и на попутных машинах нагонит свой батальон, идущий на Запад к границе Польши.

Впереди был Западный Буг, где им по грудь в ледяной воде придется забивать сваи в дно реки, налаживать переправу частей под непрерывным орудийным и пулеметным огнем. Здесь он получит свой первый орден Красной Звезды. Потом будут Висла и Одер и за них ордена Славы III и II степеней. Орден Славы I степени за № 600 двадцатитрехлетний гвардии старшина Алексей Лебедев получит за взятие Берлина уже после окончания войны.

...Мы сидим с Алексеем Михайловичем Лебедевым в его двухкомнатной квартире на проспекте Славы. И я думаю, как это символично, что полный кавалер орденов Славы живет по такому адресу.

- Как только подошли к Висле, нам приказали переправить орудия на другой берег, где уже закрепились наши стрелковые роты, — вспоминает Лебедев. — Фашисты пытались сбить их с небольшой полоски земли. Атаки следовали одна за другой, а тут еще танки навалились. Едва рассвело, погрузили мы на понтон пушку, расчет, двух лошадей. Выскочили на середину реки - осколками понтон посекло, лошадей ранило. Чувствую, пойдем на дно раков кормить. А умирать ой как не хочется. Принимаю решение: лошадей в воду, а артиллеристам кричу: «Ребята, надо что есть силы грести обратно, иначе орудие загубим и сами пропадем. Добрались до берега и на новом понтоне вновь стали форсировать реку, на сей раз удачно.

- А сколько мин пришлось обезвредить?

- Много, особенно между Вислой и Одером. У фашистов была крепкая и глубокая оборона: кругом огневые точки, минные поля, разные заграждения. А у нас такое воодушевление! Мы чувствовали победу, и каждый делал все, чтобы приблизить ее. Бывало, только за одну ночь приходилось снимать до трехсот мин - днем фашист не давал. Да и после победы в Берлине разминировали дома. На многих стенах столицы Германии я оставил тогда свой автограф под словами: «Проверено. Мин нет».

От редакции: Этот рассказ о кавалере трех орденов Славы заместителе командира отделения 21-го гвардейского инженерно-саперного батальона 28-й армии 1-го Белорусского фронта мы получили почти тридцать лет назад вместе с сотнями других воспоминаний о войне и Победе, которые все сразу, естественно, опубликовать не могли. Из биографии героя известно, что воевать он начал в 19 лет. Демобилизовался в 1947 году, поселившись в Ленинграде. Работал начальником охраны на маслобазе. Скончался в 1993 году. Похоронен на Волковском кладбище.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook