«Пальнем-ка пулей в Святую Русь...». Как в Петрограде искали «врагов свободы» в храмах

Во время Февральской революции 1917 года в Петрограде ходили слухи, что полиция стреляет по революционному народу с церковных колоколен. Поэтому в дни мятежа нередким событием были обстрелы и обыски храмов, где якобы прятались «фараоны». В документах ЦГИА СПб сохранились письменные свидетельства обеих сторон: и тех, кто обыскивал церкви, и служителей культа.

Февральская революция Фото из фондов ЦГАКФФД. Репродукция Фото ТАСС

Наибольшую огласку получили события вокруг Исаакиевского собора. Так, находившийся 1 марта 1917 года в карауле при Петроградском градоначальстве солдат 2-й роты запасного батальона лейб-гвардии Финляндского полка И. И. Литвинов сообщил, что его сослуживцы, осмотрев собор, обнаружили 8 пулеметов и 23 пулеметные ленты, а также арестовали одиннадцать полицейских. Об обстреле толпы из пулеметов с колокольни собора в течение 28 февраля и 1 марта заявляли и солдаты лейб-гвардии Кексгольмского полка.

А вот свидетельства служителей храма говорили об обратном. В один голос они утверждали, что 28 февраля в него ворвались около двухсот солдат, которые с семи часов вечера до двух часов ночи обыскивали подвал, кладовые, чердак и купол. Никаких пулеметов они не нашли, о чем выдали удостоверение смотрителю собора художнику-архитектору Н. М. Сапунову. Однако на следующий день в храм снова нагрянули солдаты, заявившие, что их обстреляли с колокольни. Они снова устроили обыск. Наконец, ночью уже другие солдаты в третий раз осмотрели Исаакий, и снова безрезультатно.

Внимание восставших мог привлечь наблюдательный пост противовоздушной обороны Петрограда, размещавшийся на колокольне Исаакиевского собора. Однако никаких пулеметов там не было. Более того, из-за наступивших холодов в феврале 1917 года был снят и сам пост.

Возможно, стрельба с колокольни Исаакия стала своего рода звуковой иллюзией. Служители храма сообщили, что в 7 - 8 часов вечера 28 февраля вокруг шла стрельба и отголоски отдавались эхом у собора. Несколькими часами ранее восставшие штурмовали находившуюся напротив гостиницу «Астория», откуда днем 28 февраля гремели выстрелы по толпе. И летевшие пули попадали в колокола.

К тому же потом выяснилось, что и показания Литвинова неточны. Его сослуживцы отмечали, что пулеметы были обнаружены не в самом храме, а у ограды...

Нечто похожее происходило и у Спасо-Преображенского собора. И здесь показания революционных солдат и служителей культа значительно разнятся. Так, по свидетельству рядового роты запасного батальона лейб-гвардии Кексгольмского полка М. Н. Кудинова, военнослужащих Павловского и Финляндского полков обстреляли со стороны церкви. Он же утверждал, что «с колокольни был снят пулемет с околоточным надзирателем».

В свою очередь сторожа собора указывали, что 27 февраля обстрелян был сам храм, после чего в него ворвались вооруженные солдаты и штатские, среди которых были пьяные. Удостоверившись, что пулеметов там нет, они удалились. 27 и 28 февраля собор обыскивали трижды, но ничего не нашли.

Возможно, многократные обыски храма были связаны не только с происходившей вокруг стрельбой. Ряд свидетельств указывает на то, что в доме напротив утром 28 февраля восставшие обнаружили склад оружия, в котором было 250 винтовок, около десятка пулеметов, ящики с патронами и другое вооружение.

В то же время существуют воспоминания очевидцев, свидетельствовавших, что с церковных колоколен действительно стреляли из пулеметов. Так, писатель Лев Успенский вспоминал, как на закате одного из тех февральских дней он оказался у церкви Св. Мирония Егерского полка на Обводном канале.

«Откуда-то была получена весть, что на колокольне засели «фараоны», что у них - пулемет и что они намерены поджечь газгольдеры и вызвать взрыв. Из-за каких-то заборов мы с четверть часа стреляли по колокольне - она, черная, длинная, жутко рисовалась на алом закате, - потом пошли на штурм церкви. Я не уверен сейчас, но как будто наверху уже никого не оказалось; однако пулеметные ленты и круглую зимнюю шапку городового мы нашли у колоколов»...

Среди жителей Петрограда упорно ходили слухи: мол, духовенство укрывает полицейских. Порой достаточно было неизвестно откуда прозвучавших редких выстрелов, чтобы наэлектризованная толпа начинала искать «врагов свободы». Примером могут служить события вокруг Сергиевского собора на углу Литейного проспекта и нынешней улицы Чайковского.

Сторожа храма так описывали события 28 февраля: «Началась стрельба, и пули стали ударять в колокольню нашего собора, причем поднималась от отбиваемой извести пыль. Какая-то женщина сказала: «Вот с колокольни стреляют, видать дым». Начался обстрел колокольни, затем собор был окружен. Около 4 часов дня в собор ворвались вооруженные люди и начали обыск, а те, кто забрался на колокольню, вскоре выкинул (то есть установил. - Прим. ред.) оттуда красный флаг».

В марте 1917 года епархиальное начальство во главе с новым митрополитом Петроградским Вениамином провело расследование и никаких достоверных сведений о том, что с колоколен стреляли из ружей и пулеметов, не обнаружило. Делом занималась также и Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства, учрежденная 4 марта 1917 года по предложению министра юстиции А. Ф. Керенского. Однако дальше сбора разноречивых показаний следствие не пошло, и вопрос так и остался открытым.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 038 (6391) от 01.03.2019 под заголовком ««Пальнем-ка пулей в Святую Русь...»».