Главная городская газета

Олег КОРНЕЕВ

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Гость редакции

Выпускник ЛНМО: меняет мир только математика

Его изыскания опубликованы на двух языках, его проект получил Grand Award, его интересу к науке уже десять лет. Он - специальный гость редакции, выпускник 564-й школы Александр Сердюков. Читать полностью

Юсиф Эйвазов: о любви, поклонниках и об оперном Олимпе

Сегодня Анна Нетребко и Юсиф Эйвазов единственный раз выступят на фестивале «Звезды белых ночей» в опере «Макбет» Верди. Читать полностью

Известный офтальмолог Петербурга: отслоение сетчатки лечится

О новейших технологиях в офтальмологии, о том, что полезно и что вредно для глаз, рассказывает читателям сегодняшний гость редакции доктор медицинских наук, профессор, директор Санкт-Петербургского филиала НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика Святослава Федорова» Эрнест БОЙКО. Читать полностью

Что откроешь в море документов. К юбилею государственной архивной службы России

Сегодня ведомство отмечает свое столетие. У нас в гостях - директор Российского государственного архива Военно-морского флота Валентин Смирнов. Читать полностью

В поисках затерянного Петербурга

Наш собеседник много лет занимался раскопками на Охтинском мысу, на котором располагался своего рода «праПетербург». Читать полностью

Песни вечной мерзлоты. Что ждет российскую Арктику?

Усилиями чиновников Cеверной столицы Петербург примерил на себя и корону главного города Арктики. Авансов выдано много, но до сих пор неясно, как именно Россия должна осваивать «севера» - строя в Заполярье города на века или довольствуясь вахтовыми поселками? Читать полностью
Олег КОРНЕЕВ | Фото предоставлено ОАО «Севморгео»

Фото предоставлено ОАО «Севморгео»

Чтоб не замутить воду

Морское пространственное планирование при освоении акваторий – тема для России относительно новая. Поручение внедрить его президент страны дал правительству прошлым летом. Основываться такой план может только на точной, полной и объективной информации о состоянии экосистемы и научно обоснованном прогнозе техногенной нагрузки.
Для Финского залива такая работа петербургскими учеными уже сделана и сдана заказчику – Минприроды. В кратком отчете о реализованном пилотном проекте по морскому пространственному планированию российской части залива свыше 350 страниц. О перспективах реализации этой работы и рассказал сегодняшний гость «Санкт-Петербургских ведомостей».

– Олег Юрьевич, как строилась работа над этим проектом, кто в ней участвовал?

– Под эгидой трехстороннего меморандума (Россия, Финляндия, Эстония), подписанного министрами по охране окружающей среды в августе 2013 г., была разработана международная программа «Год Финского залива-2014». Для ее выполнения Министерство природных ресурсов и экологии России заказало научно-исследовательскую работу, одной из основных частей которой была разработка пилотного проекта по морскому пространственному планированию в российской части Финского залива. Координатором работ по выполнению данной НИР было определено ОАО «Севморгео» (входит в госхолдинг АО «Росгеология»), с 1999 г. являющееся Региональным центром Минприроды по мониторингу и охране геологической среды залива. Для выполнения работ была сформирована команда из питерских НИИ, взявших на себя мониторинг соответствующих компонентов экосистемы. За изучение биоты отвечали Зоологический институт РАН, биофак СПбГУ и общественная организация «Балтийский фонд природы». За состояние рыбных запасов – ГосНИОРХ (Государственный научно-исследовательский институт озерного и речного рыбного хозяйства). За загрязнение поверхностных вод и климатические тенденции в атмосфере – Северо-Западное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды. За состояние геологической среды и ее загрязнение – Севморгео.

В рамках этой масштабной НИР было проведено 13 экспедиций. Впервые сделана многосторонняя диагностика экосистемы Финского залива и произведено картографирование в современной геоинформационной системе. Мы выявили очаги биоразнообразия и оценили степень хозяйственного давления на акваторию – изучили влияние рыболовства, дноуглубления, намывов территорий, движения судов и так далее. Эти карты наложили друг на друга, чтобы выяснить, не совпадают ли очаги биоразнообразия и техногенного давления.

– А если они уже совпадают, можно ли что-то с этим сделать?

– Экономике не запретишь развиваться, но и возможности среды выдержать это развитие тоже нельзя не учитывать. Экономическое и хозяйственное развитие не должно приводить к ущербу ни сегодня, ни для будущих поколений. Мы обязаны предложить правительству ряд мер, которые минимизируют ущерб экосистеме при таком конфликте. Собственно, это и является главной целью проекта.

– Как рассчитывали эти будущие пространственные конфликты между развитием отраслей народного хозяйства и состоянием экосистемы в российской части Финского залива? Основываясь только на текущей нагрузке?

– Перспективу до 2021 года прогнозировали, опираясь на уже опубликованные программы и стратегии развития разных отраслей – рыболовства, туризма, недропользования, транспорта, жилищного строительства, сельского хозяйства, промышленности и т. д. Проанализировав все, попытались определить основные угрозы заливу.

– И откуда они исходят?

– Прежде всего от намывов и дноуглубительных работ. А значит, это аванпорты Петербурга – все их планируется углублять, залив-то мелкий (примерные объемы капитального дноуглубления для создания подходных путей: Бронка – 35 млн кубометров, Ломоносов – 17 млн куб. м, Кронштадт – 4 млн). Плюс планы по намыву островов и прибрежных территорий. До 2021 года в российской части Финского залива планируется намыть: 244 га перед Васильевским островом, 16,6 га – перед Крестовским, в районе Сестрорецка – 370 га, в порту Усть-Луга в Лужской губе – минимум 15,4, в порту Бронка – 186, на побережье Ломоносова – 79,4 га, на южной оконечности острова Котлин в районе дамбы – 16,4 гектара. И самый масштабный проект – Морской фасад: из планируемых 414 гектаров намыто чуть более 170, еще предстоит намыть 244 га.

Все это, безусловно, негативно отразится на состоянии морской биоты.

– Но ведь каждый такой проект должен проходить профессиональную экологическую экспертизу, ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду)...

– Он и проходит. Каждый в отдельности. Все эти проекты – и Бронка, и южная часть Кронштадта, и северный берег Финского залива – получили положительную оценку при ОВОС. А потом они разом начали работать, моментально замутив воду во всей Невской губе. В результате погибло большое количество фито- и зоопланктона.

Мы выяснили, что наиболее богатые и потому ранимые участки – севернее Кургальского заповедника, окрестности островов Мощный, Большой и Малый Тютерсы, акватория в районе Зеленой рощи, южная часть залива и мелководье Невской губы, являющееся местом нереста многих рыб. Теперь взглянем на очаги техногенной нагрузки. В Усть-Луге идет строительство порта и терминалов – мутьевые потоки из Лужской губы протекают как раз мимо Кургальского полуострова. У рыб взвесью забиваются жабры. Фитопланктон при отмирании приносит самый большой ущерб всему живому: разложение значительных биомасс водорослей сопровождается интенсивным потреблением кислорода и приводит к его дефициту в глубине, что ухудшает условия среды обитания для животных, обитающих в прибрежье. Исчезает кормовая база морских животных и птиц. Это признано серьезной экологической проблемой для многих районов Балтийского моря. Как показали проведенные исследования, в периоды разложения водорослей уменьшается численность местных видов бентосных животных и наблюдается их высокая смертность.

– Что советуют ученые?

– Выдавая экологическое заключение, разрешающее копать (углублять, намывать, добывать) в одном месте, к примеру, с февраля по март, не разрешать делать это больше никому в этот же период в радиусе влияния порядка 100 км. Такая рекомендация сформулирована в нашей работе.

– А как в целом обстоят дела с живностью в заливе? Рыбу не всю еще выловили?

– Рыболовство оказывает на состояние запасов незначительное влияние. Да и не так уж много ее вылавливается. Международные российско-финская и российско-эстонская комиссии по рыболовству ежегодно устанавливают квоты на добычу рыбы, так российская сторона в отличие от соседей их регулярно не выбирает (что, кстати, тоже не очень хорошо: при переизбытке рыбы ухудшается ее популяция, она уменьшается в размерах). Например, общая биомасса балтийской сельди (салаки), по данным ГосНИОРХ, составляет 6,6 – 15,8 тысячи тонн, вылов же не превышает 3,7 тыс. т. С корюшкой в восточной части Финского залива в последнее время дела неплохи: и биомасса промзапаса (73 млн экземпляров), и вылов (434 тонны) сейчас превышают средние многолетние показатели. А вот состояние промыслового стада судака оценивается как неудовлетворительное.

Если судить по существующим регулирующим рыболовство документам, объем вылова водных биологических ресурсов в Петербурге и Ленинградской области планируется увеличить с 34 тыс. тонн в 2012 г. до 50 тыс. тонн к 2020-му.

– Рыбаки жалуются на то, что уловы у них поедают безудержно размножающиеся морские звери. Это так?

– В последние годы во всем Балтийском море наблюдается большой рост численности тюленей и нерп. Но где они плавают в заливе, пересекаются ли между собой, до сих пор было неизвестно. Во время одной из экспедиций в 2014 году нерпа была обнаружена на Большом и Малом Тютерсах, серый тюлень в северной части Финского залива, в районе финской границы. На лежбищах возле Кронштадта тоже обнаружились и серые тюлени, и нерпы. Но сказать, сколько их, пока мы не можем. Государственный экологический мониторинг включает в себя наблюдение за атмосферным воздухом, поверхностными водами и геологической средой, а вот за биоресурсами нет, работа ведется эпизодически на основе отдельных контрактов и грантов.

– Сейчас ставка делается не столько на промысел, сколько на аквакультуру...

– Да, государственная стратегия предполагает увеличить ее объемы в 25 раз за ближайшие пять лет. А ведь рыборазведение – очень грязное производство, это вам любой аквариумист подтвердит. Значит, у нас оно должно быть привязано к глубоководным участкам, чтобы был постоянный обмен воды. Все глубокие участки – в Выборгском заливе. То есть прежде чем давать бизнесу разрешение на организацию рыбопроизводства, регулирующие структуры должны посмотреть рекомендации ученых.

– А в целом как оценивается состояние воды в заливе? Многие экологи-активисты утверждают: мы его уже «убили»...

– Объективная картина не так уж мрачна, хотя и не без проблем... Уровень эвтрофикации, связанной с поступлением в воду биогенов – фосфора, нитратов и нитритов, – из года в год уменьшается.

Но Нева ежегодно несет в залив 60 кубических километров воды, из которой выпадают тонны осадков. Главные очаги грязи в центре Невской губы – там находятся естественные впадины, куда стекает и где депонируется грязь из города. В ходе многолетнего мониторинга Севморгео собрало большой массив данных о загрязнении тяжелыми металлами, нефтепродуктами и техногенными радионуклидами как донных отложений Невской губы и открытой части Финского залива в пределах российской акватории, так и придонных вод тяжелыми металлами, нефтепродуктами, поверхностно-активными веществами и фенолом.

Анализ загрязнения донных отложений показывает, что медью, никелем и марганцем загрязнены практически все участки Финского залива, превышение концентраций этих элементов относительно их фоновых значений достигает 200 – 300%. Повышенные содержания нефтепродуктов относительно ориентировочно-допустимого значения (0,18 мг/г) в донных отложениях наблюдаются от острова Мощный до Петербурга включительно. Единственным тяжелым металлом, содержащимся в концентрациях выше ОДК, являлся цинк. Максимальные его содержания установлены на Зеленогорском плесе, что позволяет связать их с выносом взвеси из Невской губы. В иловой воде также содержится большой резерв тяжелых металлов. Максимальные концентрации кадмия, меди и цинка, превышающие ПДК в 2 – 4 раза, отмечены в районах Шепелевского и Сескарского плесов, также прилегающих к Невской губе.

Специалистами Северо-Западного УГМС (Управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды) составлена общая характеристика загрязненности вод рек, впадающих в Финский залив (биогенами, тяжелыми металлами, органическими веществами и синтетическими поверхностно-активными соединениями). Большую Неву, Малую Невку и Лугу они определили как загрязненные, Малую Неву, Большую Невку и Нарву – как слабозагрязненные, а Селезневку – как грязную (на ней вовсе нет очистных сооружений). Впрочем, в экспорте химических веществ в Финский залив в большинстве случаев зафиксированы высокие тенденции к снижению (83,3%). Это свидетельствует о значительном уменьшении антропогенной нагрузки на Финский залив со стоком российских рек.

Основной источник грязи – сельское хозяйство. Воды, текущие через Петергофский каскад, перед этим собираются с полей и территорий совхозных ферм – отсюда пестициды, тяжелые металлы... Одна надежда, что эта грязь постепенно естественным путем захоронится под все более чистыми слоями ила.

– А как с пресловутым «чернобыльским следом» в водах залива? Он «побледнел»?

– В центре Невской губы зафиксирована удельная активность техногенного радионуклида цезия-137 в 800 беккерелей на килограмм. Изначально было 1200. По СанПИНу, опасными считаются 10 тысяч и более, так что беспокоиться вроде бы не о чем. Но тут возникает другой вопрос: время полураспада цезия-137 – 35 лет, с 1986-го уже почти тридцать прошло. То есть его должно стать кратно меньше. Почему не стало? Поступает из каких-то других мест? Идет вторичное заражение? Этот вопрос пока без ответа.

Кроме загрязнений для хрупкой экосистемы залива есть еще множество угроз. Например, климатическая – изменение температуры и солености воды. Организмы-инвазийцы, заносимые в залив судами. Активное зарастание акватории в районе Кронштадта и литодинамика (разрушение берега) из-за действия дамбы – в Зеленой роще дорога уже буквально висит над водой... Многие из этих проблем вполне решаемы. Например, с береговой эрозией похожая ситуация была на Белом море и на Калининградском шельфе в районе месторождения Янтарного. Но там смогли инженерными решениями остановить эрозию береговой черты и укрепить берега.

– Конкретные решения диагностированных «болячек» Финского залива содержатся и в этой научно-исследовательской работе?

– В каждом конкретном случае нужно предпринимать определенные управляющие действия. Мы выработали их для всех регуляторов – Росрыболовства, Минтранса, Роснедр и так далее. Например, Министерству природных ресурсов и экологии рекомендовано увеличить сеть морских ООПТ в российской части Финского залива. Росприроднадзору по СЗФО – не допускать дноуглубительных, намывных и добычных работ в период нереста рыб и их одновременное проведение в другие сезоны в Невской губе, а также тщательнее наблюдать за судами, стоящими на рейдовых и якорных стоянках, для лучшего контроля разливов нефтепродуктов и мусора. «Водоканалу» Петербурга и населенных пунктов Ленинградской области, расположенных на побережье залива и на берегах рек, впадающих в Финский залив, рекомендовано продолжить модернизацию очистных сооружений с целью доочистки всех видов сточных вод от биогенных элементов. Службам государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга и Ленинградской области – ограничить строительство на территориях проектируемых ООПТ, не проводить строительные работы в береговой зоне в период гнездования птиц... прибрежных ландшафтов и в местах гнездования птиц...

– Эту работу вы передали заказчику – Минприроды. Есть ли рычаги у министерства, чтобы все наработанное реально применялось на практике?

– Минприроды не может управлять министерствами транспорта, сельского хозяйства, энергетики и так далее... Для реализации наших предложений необходим федеральный закон о внедрении в практику результатов морского пространственного планирования. Правительство РФ еще в 2013 г. поручило Министерству регионального развития разработать проект закона «О морском (акваториальном) планировании», но, как вы знаете, в 2014 году его расформировали. Кто дальше будет заниматься этим законом, пока неизвестно.

Впервые в истории Северо-Запада и нашей страны квалифицированно составлена объективная и достаточно полная картина того, как обстоят дела в акватории Финского залива. И городу было бы полезно ее знать при принятии важных планировочных и хозяйственных решений.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook