Главная городская газета

Гость редакции — Николай Кропачев

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Гость редакции

Юсиф Эйвазов: о любви, поклонниках и об оперном Олимпе

Сегодня Анна Нетребко и Юсиф Эйвазов единственный раз выступят на фестивале «Звезды белых ночей» в опере «Макбет» Верди. Читать полностью

Известный офтальмолог Петербурга: отслоение сетчатки лечится

О новейших технологиях в офтальмологии, о том, что полезно и что вредно для глаз, рассказывает читателям сегодняшний гость редакции доктор медицинских наук, профессор, директор Санкт-Петербургского филиала НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика Святослава Федорова» Эрнест БОЙКО. Читать полностью

Что откроешь в море документов. К юбилею государственной архивной службы России

Сегодня ведомство отмечает свое столетие. У нас в гостях - директор Российского государственного архива Военно-морского флота Валентин Смирнов. Читать полностью

В поисках затерянного Петербурга

Наш собеседник много лет занимался раскопками на Охтинском мысу, на котором располагался своего рода «праПетербург». Читать полностью

Песни вечной мерзлоты. Что ждет российскую Арктику?

Усилиями чиновников Cеверной столицы Петербург примерил на себя и корону главного города Арктики. Авансов выдано много, но до сих пор неясно, как именно Россия должна осваивать «севера» - строя в Заполярье города на века или довольствуясь вахтовыми поселками? Читать полностью

Юность, красота и дипломатия: Моника София Сорочинова из Словакии о жизни в России и борьбе за панславянский мир

Молодой и яркий дипломат, аспирант СПбГУ из Словакии Моника София Сорочинова в откровенном интервью рассказала нашей газете, почему Россия лучше Европы, как быстро выучить русский язык с помощью музыки и почему она не боится последствий за свою пророссийскую позицию. Беседу вёл Борис Грумбков. Читать полностью
Гость редакции — Николай Кропачев | ФОТО Александра ДРОЗДОВА

ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Мантия для судьи

Профессор доктор юридических наук Николай Михайлович Кропачев, по его словам, второй раз в жизни был в редакции газеты и в первый раз — в качестве председателя Уставного суда.

Известно, что судейский корпус редко и крайне скупо комментирует вопросы своей профессиональной деятельности и вообще отказывается говорить о том, что выходит за рамки судейских полномочий. Тем не менее председатель Уставного суда не только ответил на вопросы сотрудников газеты, но и объяснил, как он видит взаимоотношения судейского корпуса и общества.


— Николай Михайлович, поскольку судьи редко общаются с прессой, хотелось бы поговорить с вами не только на профессиональные, но и на "человеческие" темы. К примеру — трудно ли быть судьей?

— Трудно. Самое сложное — постоянная ответственность. Судья ни на минуту не может забыть о своем особом статусе.

Судья не может свободно общаться даже со старыми знакомыми, с людьми, которые ему симпатичны. Если на работе судья поздоровается за руку с коллегой-юристом, который работает адвокатом, обязательно пойдут разговоры, что решение, которое он принял по делу, как-то связано с этим знакомством. Мне, главе Уставного суда, хотелось бы обсудить многие вопросы, обменяться мнениями и с Губернатором города, и со спикером ЗакСа. Но я могу общаться с ними только как с официальными лицами, в официальной обстановке. Потому что сам факт встречи могут как-то связать с тем или иным решением, которое вынес или вынесет наш суд.

Об этом не забываешь ни в семье, ни на отдыхе. Недавно мы выехали за город, сын катается на сноуборде. Я прошу: "Дай прокатиться!" А он мне говорит: "Нет, тебе нельзя. Ты же будешь учиться кататься, можешь упасть. Здесь людно. Ты не имеешь права оказаться в смешной ситуации".

Впрочем, со временем к этим ограничениям настолько привыкаешь, что они становятся образом жизни, это уже не трудности, а просто особенности нашей профессии. Судьям дано право определять судьбы других людей или решать вопросы, касающиеся интересов сотен тысяч и даже миллионов горожан. По сравнению с этой ответственностью все остальное — несущественно.

— Тем не менее вы согласились на нашу встречу...

— Но и я ответил бы далеко не на каждое приглашение.

Зачастую сдержанность в общении с вашими коллегами объясняется не только особенностями судейского статуса, о котором я уже сказал. Есть и другие причины. Например, журналисты нередко просят судей прокомментировать или разъяснить вынесенные ими приговоры или решения. Разумеется, судьи отказываются. Основания, по которым вынесены приговор или решение, подробно изложены в так называемой мотивировочной части документа: берите его и изучайте. Мотивировка судебного решения не та тема, которую можно обсуждать устно, здесь каждое слово, каждая запятая должны быть на своем месте. В случае если описываются особо сложные коллизии и заинтересованным сторонам действительно трудно понять мотивы суда, они могут направить запрос с просьбой разъяснить те или иные моменты — в практике Уставного суда такие случаи были не раз. Но и на этот запрос суд ответит тоже только письменно и выверив каждое слово.

Большинство судей Санкт-Петербурга — выпускники юридического факультета СПбГУ. Когда мы были студентами, нас призывали не только учить, но и критически разбирать нормы права — я говорю о юрфаке нашего Университета. Ни один серьезный юрист не будет утверждать, что какая-то страна имеет совершенное законодательство. В российском также немало противоречий, пробелов, неясных мест.

Но, когда молодой юрист приступает к практической работе в прокуратуре, суде, нотариате, этот навык зачастую утрачивается, к тому же на человека давит авторитет сложившейся судебной практики.

На настоящих юристов сложившаяся десятилетиями судебная практика и консервативные профессиональные традиции воздействуют в меньшей степени. Судьи и могут, и должны быть "информационно открытыми".

Почему? Общественное сознание, как известно, может отставать от жизни на десятилетия. К примеру, у нас в стране судей всегда считали и считают представителями государства. Это глубокое и небезобидное заблуждение. Суды защищают людей, общество, а не государство. Мы зачастую должны защищать человека именно от государства, его органов. Но большинство простых граждан воспринимают судей как госчиновников, и нередко судьи сами себя начинают таковыми считать. Поэтому мы должны не только в печати, но и в школах выступать, объясняя, что такое суд и каково его место в обществе. Кстати, мы и начали это делать — я имею в виду лекции школьникам.

— Но если Уставный суд живет на государственные деньги, как он может не зависеть от государства?

— Этот вопрос часто задают, и хорошо, что я могу еще раз на него ответить. Действительно, финансирование работы Уставного суда идет из городского бюджета в размерах, определяемых Законодательным Собранием и Губернатором города. Но бюджет складывается из денег налогоплательщиков, горожан. Обязанностью исполнительных и законодательных органов государственной власти является распределение этих денег, в том числе выделение их на деятельность суда. Таким образом, Уставный суд независим и руководствуется только законом, что мы не раз подтверждали своими решениями.

— Есть какое-то особо "любимое" вами решение?

— Так называемых громких дел у нас было много, но, действительно, есть одно, которое доставило большое удовлетворение. В 2002 году Законодательное Собрание приняло закон — в целях экономии средств снизить размер ставки, по которой исчисляется зарплата государственных и муниципальных служащих, с 450 до 335 рублей. Суд признал это решение противоречащим Уставу и не соответствующим ряду норм международного права. Мы доказали, что государство, официально признавая международные нормы права, взяло на себя обязательство не принимать решений, которые приводят к понижению жизненного уровня людей. Исключая, конечно, кризисы или иные объективные обстоятельства.

Дело здесь не только в деньгах. Этим решением мы показали, что можем защищать граждан от незаконных решений государства и что государство не имеет права бросаться обещаниями — за каждое слово оно должно отвечать.

— Петербург по уровню правовой культуры как-то отличается от страны в целом?

— Петербург был и, на мой взгляд, остается центром российского образования и культуры, в том числе правовой. Он был им даже в советское время. Недавно декан одного из юридических факультетов Москвы увидел у нас в библиотеке книги известного автора и удивленно спросил: "Почему они у вас сохранились? Автор же уехал за границу, и его учебники приказано было уничтожить?". Действительно, руководители всех библиотек России получили в свое время указание об изъятии книг этого автора. Наше же руководство имело мужество это указание не выполнить. По этим книгам студенты учатся и сегодня.

— Когда, по вашему мнению, мы построим правовое государство, о котором говорим вот уже 15 лет и до которого все еще далеко?

— Я бы не смог вам ответить, если бы не провел недавно несколько лекций для школьников. Но теперь уверенно скажу: оно будет через пять — десять лет, когда нынешние школьники станут самой активной частью общества. Нас, сегодняшних взрослых, учили, что государство дает нам те или иные права. А наши дети знают, что права им не государство дает — они есть у них изначально с рождения. А государство, Конституция, их только гарантирует.

— Хотелось бы разделять ваш оптимизм. Через десять лет вам будет ровно 55, открою читателям секрет, что сегодня как раз ваш день рождения.

— Рад буду встретиться в редакции вашей газеты и вернуться к сегодняшней беседе.

— Спасибо, что нашли время для встречи. Поскольку вы судья и не можете принимать подарки, пусть их заменят теплые слова наших читателей, которые гордятся тем, что в Петербурге есть Уставный суд, и которым наверняка будет интересен наш разговор с судьей, который на время снял мантию.

Материал был опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 24 (3134) от 7.02.2004 года.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook