Главная городская газета

Гость редакции — Иван Баранов

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Гость редакции

Юсиф Эйвазов: о любви, поклонниках и об оперном Олимпе

Сегодня Анна Нетребко и Юсиф Эйвазов единственный раз выступят на фестивале «Звезды белых ночей» в опере «Макбет» Верди. Читать полностью

Известный офтальмолог Петербурга: отслоение сетчатки лечится

О новейших технологиях в офтальмологии, о том, что полезно и что вредно для глаз, рассказывает читателям сегодняшний гость редакции доктор медицинских наук, профессор, директор Санкт-Петербургского филиала НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» имени академика Святослава Федорова» Эрнест БОЙКО. Читать полностью

Что откроешь в море документов. К юбилею государственной архивной службы России

Сегодня ведомство отмечает свое столетие. У нас в гостях - директор Российского государственного архива Военно-морского флота Валентин Смирнов. Читать полностью

В поисках затерянного Петербурга

Наш собеседник много лет занимался раскопками на Охтинском мысу, на котором располагался своего рода «праПетербург». Читать полностью

Песни вечной мерзлоты. Что ждет российскую Арктику?

Усилиями чиновников Cеверной столицы Петербург примерил на себя и корону главного города Арктики. Авансов выдано много, но до сих пор неясно, как именно Россия должна осваивать «севера» - строя в Заполярье города на века или довольствуясь вахтовыми поселками? Читать полностью

Юность, красота и дипломатия: Моника София Сорочинова из Словакии о жизни в России и борьбе за панславянский мир

Молодой и яркий дипломат, аспирант СПбГУ из Словакии Моника София Сорочинова в откровенном интервью рассказала нашей газете, почему Россия лучше Европы, как быстро выучить русский язык с помощью музыки и почему она не боится последствий за свою пророссийскую позицию. Беседу вёл Борис Грумбков. Читать полностью
Гость редакции — Иван Баранов | ФОТО Дмитрия Соколова

ФОТО Дмитрия Соколова

Солдатская Правда

Их осталось очень мало — тех, кто прошел эту войну. Но подвиг солдат Великой Отечественной мы не вправе забывать. Поэтому в канун Дня Победы, святого для миллионов россиян и жителей планеты, мы пригласили в гости в редакцию одного из героев, человека, прошедшего через ту войну от первого до последнего дня, полного кавалера ордена Славы Ивана Павловича БАРАНОВА.


— Иван Павлович, как вы встретите 9 Мая 2003 года?

— Наверное, дома. А в канун Дня Победы я, по традиции, собираюсь съездить в Каменку. Там, в воинской части, хранится боевое знамя нашей 45-й Гвардейской дивизии. Его торжественно выносят перед строем. У меня это всегда вызывает множество эмоций и воспоминаний. Я обязательно знамя целую. Это святое! Ведь я как командир разведчиков нередко нес это знамя при построениях полка.

К сожалению, в последние годы все меньше моих однополчан ездят со мной. Не молодеют с годами ветераны...

— А в других официальных мероприятиях принимаете участие?

— Меня не часто приглашают. Честно говоря, как-то раз поинтересовался. Мне сказали, что все мероприятия расписаны по районам. Но оттуда ни слуху ни духу. Так что остаюсь "незадействованным". Да и что мне — грех жаловаться. Рассказывали, что была как-то встреча с Героями Советского Союза. А на нее не пригласили одного нашего прославленного земляка, дважды Героя... Многие ветераны тогда недоумевали, как же так можно? Но чиновники нашлись: "А у нас встреча Героев Советского Союза, а он дважды герой..."

— Не создается ли у вас впечатление, что чем дальше от нас война, тем меньше официальные власти помнят о ветеранах?..

— Так оно, наверное, и есть. Я не за почести хлопочу. Но зачем же заниматься популизмом? Приведу пример. Полтора года назад Госдума приняла закон о надбавках к пенсиям Героям Советского Союза, полным кавалерам ордена Славы. Я, как положено, отправился по инстанциям. Мне говорят в собесе: вам пенсию платит Министерство обороны, обращайтесь к ним. Я направил письмо в горвоенкомат. А мне прислали ответ: вы должны письменно отказаться от всех причитающихся вам льгот, тогда получите надбавку, иначе надбавка не положена. Вот и понимай как знаешь. Жена мне говорит: "Брось, Ваня, что нам денег не хватает? Проживем как-нибудь..." Так и оставил я это дело. Но в глубине души считаю: принятый закон — популистский и не надо было людям голову морочить. А то ведь на бумаге красиво звучит, а на деле?!

— А денег действительно хватает?

— Почему бы и нет. Мяса мы мало едим. В основном покупаем курятину — эти самые "ножки Буша". Капусту берем, картошку, но она, зараза, дорогая стала. Я рыбку люблю, но она тоже в последнее время "кусается". Я имею в виду свежую рыбу, а мороженая — это не рыба. Жена любит бананы, например, а я нет. Все кажется, что напоминают они мороженую картошку, а ее я в войну наелся...

Живем вшестером — мы и дочка с семьей — в трехкомнатной квартире. У нас с женой комната десять метров... На оплату жилья у меня льготы. Но тоже, знаете, сантехника того же вызвал — плати. Говорю, ведь бесплатно должно быть. А мне отвечают: бесплатного сантехника и вызывай. Но ведь это у всех так.

Впрочем, тревожит совсем другое. То, о чем я уже говорил. За громкими словами правды не видно. А так постепенно правду мы и забываем.

Раньше я много выступал в школах. Придешь в класс, слушают, разинув рты! Я ведь разведчик, а это пехота особого рода. Война нас научила, по сути, всему. Бесшумно пересекать линию фронта, без звука снимать часовых, скручивать здоровяков, с кляпом во рту перетаскивать к себе, драться любым оружием в любых обстоятельствах. Мне школьные учителя потом говорили, что ребята еще неделю мои рассказы обсуждали. Встречи с ветеранами ведь не только поддерживали память о подвиге в той войне. Они еще поддерживали в молодежи дух патриотизма — немодное, к сожалению, нынче слово.

Вот по себе скажу. Я на войне был с первого дня. Застала она меня в Риге, где я проходил действительную воинскую службу. В 1940-м я работал на заводе имени Кулакова столяром-модельщиком. У меня была бронь. Но в те годы все юноши рвались служить в армии. Если не служил, значит, ты не мужчина, с такими и девки не гуляли. Так что я настоял, чтобы меня забрали.

Сейчас же, напротив, многие отлынивают от службы. И это тоже, на мой взгляд, оттого, что много вокруг армии неправды.

Пока порядка не наведем, нечего и думать о повышении престижа нашей армии. А чем больше мы это запускаем, тем сложнее будет это исправлять.

— Но ведь и в годы войны немало было случаев, когда генералы, офицеры, да и просто ловкие солдаты обогащались за счет трофеев.

— Нечего скрывать, было и такое. Но в войну разговор был короткий. Мародеров, насильников расстреливали на месте. И говорить, что это имело массовой характер, нельзя. Наоборот, солдаты поддерживали население, чем могли. Вот, например, мы победу встретили в Курляндии, в Ленинград возвращались маршем. У нас, разведчиков, кони были, повозки. Идешь через Псковщину, ни одной целой деревни — только трубы торчат. Думаешь, ни души. Нет, глядишь, откуда-то из землянок вылезают люди, встречают, приветствуют. В одной деревне мешок провизии оставим, в другой — лошадь. Так по дороге все и раздали. Но и тепла взамен немало получили. Когда пришли в Ленинград, встретил нас сильнейший дождь — просто стена воды. Промокли мы, конечно, до нитки. На одном из предприятий нас приютили, одежду выстирали, отутюжили. На следующий день на проспекте Стачек у нас был митинг, так мы выглядели как с иголочки, словно и не было за нашими плечами долгих военных лет и длинного перехода.

Война сплотила людей. Не воевавших не было. Кто на фронте. Кто в тылу. Я лично участвовал в прорыве блокады Ленинграда. Перед самой операцией нас стали отпускать в город. У кого семьи были — к семьям, других — на предприятия. Я, конечно, отправился на завод имени Кулакова, на котором работал до войны. Увидел промерзшие цехи, истощенных женщин и подростков. Стоит мальчишка на подставке у станка, дует на коченеющие пальцы, а над его рабочим местом им же написанный плакатик: "Не уйду, пока не выполню норму на 120%". И без всякого восклицательного знака. Просто, как честное слово. Делали они тогда болванки для снарядов, гранаты. Так что я, солдат, видел, кого защищаю. И не я один видел. Поэтому, когда в канун наступления был зачитан приказ о прорыве блокады, сильно прозвучали в нем слова: "Помните, вам вверены жизнь и свобода Ленинграда". Бойцы знали, что бой будет тяжелым, но ждали его с нетерпением.

— Во время прорыва блокады вы были ранены...

— Вообще, если говорить о моей военной биографии, прорыв блокады для меня был, по сути, первым настоящим военным опытом. Да, на войне я был с первой секунды. От Риги мы отступали, не раз попадали под обстрел, бомбежки, находились на волосок от смерти. Но первого фашиста увидел только в январе 1943 года.

У нас, когда говорят и пишут о войне, в основном вспоминают о боевых действиях. А зря. Ведь подготовка и учеба, которые им предшествовали, были очень серьезными. Те, кто воевал на Ленинградском фронте, помнят, как готовились к атакам. Блокадные дистрофики-солдаты передвигались-то с трудом, но начали тренироваться. Бегали отделениями, взводами и батальонами. Задыхались, падали, произносили разные нехорошие слова, но вставали и бежали снова. Теперь я понимаю, что именно эти тренировки сберегли огромное количество солдатских жизней.

А первую встречу лицом к лицу с противником не забуду никогда. Я и не думал, что так страшно стрелять в человека. Столкнулись мы с немецким солдатом в траншее. И было ясно, что из этой дуэли победителем может выйти только один... Потом, правда, я уже никогда не испытывал таких эмоций. Хотя когда спрашивают: "Было ли страшно на войне?" — отвечаю однозначно: "Да, было страшно".

Мне самому и вместе с моими ребятами довелось взять в общей сложности 26 "языков". Однако сама эта цифра мало что говорит. Потому что "язык" "языку" рознь. Одного легко возьмешь. За другим все ноги истопчешь. Три раза в немецкий тыл сходишь, да без толку. "Язык" может оказаться никудышным, ничего не знающим. В одну из первых своих операций, перед прорывом блокады, например, взяли мы трех "языков". Но никто из них дальше своего окопа ничего не видел и не знал. А в бою за них мы положили многих ребят...

Иногда спрашивают, что помогло мне выжить? Я остался жив не потому, что был лучше или опытнее. Просто удачливее. Мог я лежать в земле, как любой из моих погибших товарищей. На Ленинградском фронте был такой довольно известный эпизод с высотой 30. Штурмовали ее немцы. Наш командир полка Кузнецов, понимая, что высоту не удержать, вызвал на себя огонь "катюш". После войны на эту тему была написана картина, видел я ее в музее. Фашисты высоту не взяли, но погиб и командир полка, и все, кто был с ним, в том числе мои разведчики. В тот раз я уцелел только потому, что вместе с напарником мы получили приказ, как тогда говорили, "подчистить тылы"...

— Все эти детали, подробности войны звучат все реже. Ветераны Великой Отечественной уже практически и не встречаются с молодежью. Но и воевавших солдат не становится меньше. Мы стыдливо называем "конфликтами" боевые операции 1950 — 1970-х, когда гибли наши солдаты. А потом еще был Афганистан, Чечня...

— Я считаю, что и сегодняшние ветераны должны обязательно встречаться с молодежью. Ведь какие в свое время были прекрасные музеи боевой славы в школах. Какие из них остались? А ведь новое поколение должно знать правду и о мужестве, и о подвиге. Солдаты не должны испытывать стыда или неловкости за честно выполненный долг перед Родиной. Это очень важно — говорить всегда правду и не врать. Про это, кстати, сделал дарственную надпись на подаренной мне книге и Константин Симонов, с которым я встречался и который описал в своих рассказах один из моих случаев.

А иначе страшно даже предположить, что будет с нами и нашей страной. Меня недавно шокировал один случай. Выступал я в школе, не буду говорить в какой. И ребята мне в конце концов заявили: что, дескать, рассказывать о блокаде и Курляндском котле. Все это было на периферии войны. Главные события развивались на Западном фронте. И вообще войну выиграли американцы. Вот такие дела...

Нет, 9 Мая тысячи ветеранов наденут ордена и выйдут на улицы. Да, нас становится все меньше. Но наша Победа останется навсегда нашей. И нельзя допустить, чтобы она была забыта.

С наступающим вас всех Праздником!

Подготовил Игорь Лисочкин. 


Материал был опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» №  82 (2952) от 5.05.2003 года.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook