Водная обочина города. Как должна развиваться приморская зона Петербурга?

Споры вокруг проекта, связанного с застройкой намывных территорий на Васильевском острове, не утихают. Скептически относятся к нему многие архитекторы, экологи, специалисты по грунтам, недовольны поселившиеся в новых каменных джунглях новоселы, испытывающие транспортные неурядицы. А девелоперы продолжают работы, освоив уже около половины этой рукотворной территории, общая площадь которой составит 476 га. Так, может, и не стоит расширять границы мегаполиса за счет акватории? Нет, подобные проекты перспективны во всем мире, дело лишь в подходах, считает кандидат архитектуры Михаил ВИЛЕНСКИЙ, доцент Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета (СПбГАСУ), постаравшийся убедить в этом корреспондента «СПб ведомостей» Виктора ЮШКОВСКОГО.

Водная обочина города. Как должна развиваться приморская зона Петербурга? | ФОТО Александра ДРОЗДОВА

ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Посуху в дельте Невы

– Петербург, город на воде, и раньше отвоевывал у нее жизненное пространство, верно?

– Поскольку он строился в затапливаемой части Невы, начиная с петровских времен петербуржцам приходилось осушать заболоченные места, а также проводить берегоукрепительные работы за счет подсыпки существующих островов и отмелей в дельте реки. Так был сформирован Тучков буян, расширилась территория Летнего сада. Нельзя забывать и о фортификационном строительстве на Неве, в акватории Финского залива.

– Вы имеете в виду кронштадтские форты?

– Да, их можно рассматривать как первые искусственные объекты в черте города. Значительные преобразования были связаны и с созданием портовых территорий. Но тенденция «продвижения» к морю в Петербурге, как и в других европейских портовых городах, заметно обозначилась лишь к началу XX века.

В чем это проявилось? Расширилась фактически вся территория морского порта, в том числе Гутуевский и Канонерский острова. Когда острее стала ощущаться потребность в складских площадках, вырос в размерах остров Грязный, находящийся в русле реки Екатерингофки.

Нельзя сказать, что пространственное развитие города было обусловлено только решением хозяйственно-экономических задач. Но строительство новых объектов в местах, ставших твердью, не затихало. Для создания Стадиона имени Кирова, например, пришлось вести подсыпку на Крестовском острове. Хотя не все задумки сбылись...

– Какие не удалось воплотить?

– Генплан развития Ленинграда 1935 года (его авторы – архитекторы Лев Ильин и Владимир Витман) предусматривал создание парков на всей северной оконечности Васильевского острова и не существующем ныне острове Вольный, находящемся в устье Малой Невы. А по генплану 1948 года, разработанному при главном архитекторе города Николае Баранове, вдоль Невы намечалось протянуть зеленый каркас, выходящий к побережью залива.

Правда, экономическая составляющая процессов, связанных с наращиванием таких территорий, в советский период, при плановой экономике, была достаточно условной.

– Но идея развития города в сторону морской акватории овладевала умами?

– Впервые серьезный разговор об этом развернулся в 1950-е годы. А через десять – двадцать лет в генеральных планах города стала прослеживаться задача, связанная с созданием морского фасада Петербурга и выходом к акватории общественных объектов, чтобы архитектурно-градостроительное завершение получили уже сложившиеся территории.

Широкого общественного обсуждения такие проекты не предполагали, однако архитектурно-градостроительные конкурсы, посвященные этой тематике, в Ленинграде проходили. Хотя были, скорее, исключением из правил.

Со временем акценты в градостроительной политике стали смещаться. Но планам по изменению облика морского фасада, появлению на Васильевском и Канонерском островах общественно значимых объектов, высотных доминант и жилой застройки полностью не суждено было сбыться. Они были реализованы лишь фрагментарно.

– Где например?

– Это территория у гостиницы «Прибалтийская», пассажирский Морской вокзал и некоторые другие объекты. Вместе с тем значительные преобразования по осушению территорий и созданию на них новых жилых кварталов осуществлялись на севере города и в южной части Приморского района (Лахтинский и Приморский проспекты, часть улицы Савушкина), а также на юго-западе, в районе улицы Маршала Казакова.

И чем ближе к морю подступал город, тем решительнее его отодвигал, расширяя береговую линию, строя коммуникации и обживая новые пригодные для освоения территории. Это естественная для любого приморского города тенденция, петербуржцы тут не одиноки.

Мост на Одайба

– Наш город присматривался к европейскому опыту?

– Отчасти: крупные намывные и насыпные территории в Европе – явление редкое. Только для Нидерландов спорить с морем было не прихотью, а жизненной необходимостью: значительная часть этой страны находится ниже его уровня. Общая площадь суши, возникшей там в ходе проекта Zuiderzee Works по мелиорации, превышает 970 кв. километров, это крупнейшая в мире искусственная урбанизированная территория.

Финляндию тоже трудно брать в качестве примера: жители Хельсинки превращают бывшие портовые зоны в комфортные жилые кварталы и деловые центры. Департамент городского планирования финской столицы утвердил планы по их развитию до 2030 года. Вообще многие европейские города предпочитают экстенсивную застройку, изменение сложившихся районов, осваивая их в рамках ревитализации (восстановления). Мораторий на освоение новых земель стимулирует преобразование постиндустриальных площадок и портов.

А что касается намывных территорий, то это либо голландский вариант (экономическая зона порта Дафэн в Китае, часть порта «Бремерхафен» в Германии), либо крупные амбициозные проекты, связанные со строительством элитного жилья («пальмовые острова» в Дубае) и формированием знаковых объектов общественного назначения (международный аэропорт «Кансай» в Японии).

Поднебесная осуществила мега-проект, в результате которого к 2015 году в Южно-Китайском море было построено семь островов общей площадью 800 га. На новых территориях выросли жилые и деловые кварталы в китайском городе Сямэнь. Активно развиваются портовые территории в австралийских городах Сидней и Мельбурн. В Нигерии на побережье Атлантики появится намывной полуостров, рассчитанный на 250 тысяч жителей.

– Все такие проекты успешны?

– Нет, конечно. Одни из них экономически несостоятельны, другие плохо продуманы с точки зрения экологической безопасности и реализуют их обычно дольше намеченного. В значительной мере из-за сверхвысоких затрат на создание искусственной территории свернулось развитие острова Одайба, появившегося в Токийском заливе и соединенного мостом с центром японской столицы.

Уже намытые территории пользуются у девелоперов высоким спросом. Но при создании искусственных венецианских островов в заливе Бискейн (США, штат Флорида) экономика просела. Во время земельного бума в 1920-е годы девелоперы намеревались создать там ценную недвижимость, однако стоимость переоцененной земли упала и проект лопнул. Хотя в последние годы инвесторы вновь стали проявлять к нему интерес.

– А в России?

– Работы по укреплению берегов, осушению отдельных участков ведутся повсеместно. Но грандиозный проект по созданию искусственной суши в акватории Черного моря, около Сочи (остров Федерация), первый такого рода в нашей стране, не был реализован. Так что, намечая формирование намывных земель на Канонерском острове (дальше планов дело там не пошло) и приступая к их созданию в западной части Васильевского, петербуржцы не столько опирались на чужой опыт, сколько пытались переосмыслить его с учетом специфики своего города.

Чем хорош намыв? Это возможность уйти от стереотипов, застраивая территорию у моря, где прекрасные виды, с чистого листа. Появляются хорошие перспективы для ее комплексного развития: жилье, рекреационные зоны, бизнес-центры и т. д. Это также возможность создать новые центры притяжения и разгрузить центральные районы города. Другое дело, что мы в итоге на Васильевском острове получили...

Лучше «Парнаса», но ненамного

– И что же, по-вашему?

– Жилой район с очень плотной застройкой и с нераскрытым потенциалом. По существу, коммерческий подход возобладал здесь над городскими интересами. Хотя для жилого строительства необязательно напирать на море, наращивая участки земли: строить можно где угодно.

Девелоперы там попросту зарабатывают деньги, а не действуют в рамках, которые должна была очертить городская власть с учетом мнения жителей, реализуя свою политику в отношении всей приморской зоны. Нельзя развивать такие территории без широкого общественного участия, открытого обсуждения и публичных международных архитектурных конкурсов, проводимых как по всему намыву, так и по отдельным его участкам.

Конечно, проект не завершен, но отсутствие рекреационных зон и дорог на этой периферии, где проживают уже более 10 тысяч человек, а также отстающую социальную инфраструктуру нельзя не заметить. Предлагаемая же общественная зона напоминает проекты 1980-х годов.

Велики ли экологические риски, связанные с намывом, не скажу, нужны исследования. Но очевидно, что такие проекты должны быть прозрачны, чтобы информация по ним была доступна для профессионального сообщества и жителей. Пока же мы имеем намывной остров на острове, который, может, и лучше «Парнаса», но ненамного.

– В чем причина таких перекосов?

– У чиновников, мне кажется, нет понимания того, как должна развиваться «обочина» Петербурга, примыкающая к акватории, то есть приморская зона, где необходимы свои регламенты и особые градостроительные походы. А это следствие безальтернативного генплана, который разрабатывается без конкурсных процедур, позволяющих из многих вариантов выбрать лучший. Поэтому василеостровский проект пока не дал городу того импульса к развитию, который можно было ожидать.

Намывные участки – всегда дорогая, амбициозная затея, необходимы ясное понимание какой-то сверхзадачи, общественное согласие, когда власти и общество «на берегу» договорились о том, что хотят там иметь. Для Петербурга, исторический центр которого охраняется ЮНЕСКО, это особенно важно: представьте, что мы построим высотки, которые закроют для взоров купол кронштадтского Морского собора.

С другой стороны, важно понимать, как приморская зона стыкуется с серым поясом (это две составляющие общей картины преобразования города) и отражается в программе развития агломерации, то есть соседних регионов, планы которых зачастую не совпадают. Все это надо учитывать, когда мы говорим о новых искусственных территориях. А они могут появиться не только в Сестрорецке, но и в юго-западной части города, а также в Кронштадте, районе Горской и Лисьего Носа.

#город #намыв #территория #развитие #застройка

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 140 (6738) от 11.08.2020 под заголовком «Водная обочина Петербурга».


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Линия жизни. Как появилась традиция отмечать День железнодорожника
02 Августа 2019

Линия жизни. Как появилась традиция отмечать День железнодорожника

В первое воскресенье августа железнодорожники традиционно отмечают профессиональный праздник.

Продается вид изнутри. Почему нельзя было строить «дом с бантиком» на Мойке
26 Июля 2019

Продается вид изнутри. Почему нельзя было строить «дом с бантиком» на Мойке

Восторг по поводу новой «элитки» в центре города разделяют не все.

Трех мальчиков и одну девочку родила 37-летняя петербурженка
23 Июля 2019

Трех мальчиков и одну девочку родила 37-летняя петербурженка

Четверня появилась на свет в перинатальном центре Петербургского педиатрического университета.

Дизайнерскую карту метро Петербурга опубликовали в Сети
23 Июля 2019

Дизайнерскую карту метро Петербурга опубликовали в Сети

Линии подземки на новой схеме изображены по-другому.

Беглов назвал самый быстрый способ получить квартиру в Петербурге
22 Июля 2019

Беглов назвал самый быстрый способ получить квартиру в Петербурге

На встрече с жителями Калининского района глава города рассказал о секрете обретения квадратных метров.

И летчику камуфляж пригодится. Экипажи ЗВО переодевают в форму нового образца
12 Июля 2019

И летчику камуфляж пригодится. Экипажи ЗВО переодевают в форму нового образца

Летный комбинезон выполнен по новым технологиям с использованием специальных материалов и пропитки.

Дорога жизни на Индустриальном. Как в Петербурге восстанавливают технику времен войны
01 Июля 2019

Дорога жизни на Индустриальном. Как в Петербурге восстанавливают технику времен войны

В Красногвардейском районе создается новый музей блокады и битвы за Ленинград.

Жулики с подменных номеров. Петербуржцев предупреждают о новом виде мошенничества
01 Июля 2019

Жулики с подменных номеров. Петербуржцев предупреждают о новом виде мошенничества

Отличить мошенника от настоящего сотрудника банка стало сложнее.

Дорогая клеточка. В Петербурге появилась «вафельная» разметка
21 Июня 2019

Дорогая клеточка. В Петербурге появилась «вафельная» разметка

Ее цель - заставить водителей заранее оценивать загруженность перекрестка.

Дома растут как грибы. Как на Пулковском шоссе строят Шампиньонный городок
19 Июня 2019

Дома растут как грибы. Как на Пулковском шоссе строят Шампиньонный городок

Здесь поселятся 5,5 тыс. человек, во дворе будут свои школа и детский сад.

На мокром месте. Эксперт - о болотах Петербурга
19 Июня 2019

На мокром месте. Эксперт - о болотах Петербурга

Раньше в районе 18-й - 20-й линий Васильевского острова пройти посуху было невозможно.

Треть пломбира в магазинах Петербурга оказалась подделкой
18 Июня 2019

Треть пломбира в магазинах Петербурга оказалась подделкой

Производители заменили сливочный жир в мороженом на растительный.