Откуда пастила на Белевском поле? Названия петербургских улиц нередко звучат с неправильным ударением
Где ставить ударения в названиях улицы Покрышева, реки Кузьминки и Белевского проспекта? Ответ на этот вопрос порой сложно найти даже коренному петербуржцу. А те, кто приехал в Северную столицу из других регионов, коверкают топонимы на свой лад. «Санкт-Петербургские ведомости» попробовали разобраться в некоторых примерах.
ФОТО Александра ДРОЗДОВА
Недавно ко мне обратились люди, которым поручили создать рекламу нового объекта на Матисовом острове, с вопросом об ударении в этом названии. И вопрос, надо сказать, оказался не такой простой. Топонимическая комиссия утверждает, что и остров, и одноименный канал — Ма́тисовы. Однако в речи жителей Коломны и юго-западных «спальных» районов, где находятся оба объекта, превалирует ударение на «и». В пользу Ма́тисова канала говорит фамилия купца Ма́тисена, по которому, вероятно, канал и назван, а исчезнувшая Матисова деревня на одноименном острове, скорее всего, имела финские корни, а там ударение традиционно падает на первый слог. Но все же рекомендовать использовать в рекламе Ма́тисов остров я не стал, это было бы что‑то вроде пуризма: по данным опроса коломенцев, который провел один из пабликов, больше 90 % говорят Мати́сов.
Случай с рекой Мурзинкой, что впадает в Неву севернее Рыбацкого, иной. Тут этимология однозначна: название происходит от фамилии владельца местной мызы сподвижника Петра I Прокофия Мурзина́, а значит, и река тоже Мурзи́нка. Му́рзинкой ее называют, вероятно, исключительно любители кошек, а таких немало.
Река Кузьминка, что протекает по Баболовскому и Александровскому паркам в Пушкине, у самих пушкинцев, а также у жителей соседнего поселка Александровская, вопросов особо не вызывает. «Большинство тех людей, с которыми общаюсь лично я и которые живут в Пушкине, ударяют на первый слог. Это определенная традиция, но каких‑то правил на этот счет, в общем‑то, нет», — говорит топонимист Андрей Рыжков. А вот в других регионах подобные названия произносятся с ударением на «и»; например, в Москве есть усадьба Кузьми́нки и такая же станция метро. И это более логично, ведь имя — Кузьма́, а не Ку́зьма.
А вот жители Тярлева, напротив, произносят местное шоссе и как Фи́льтровское, и как Фильтро́вское. Свое название оно получило от фильтров расположенной там очистной биологической станции. Поди знай, почему в 1950‑е годы было выбрано именно такое прилагательное, а не нормативное — «фильтровый». И, видимо, лишь автору этого слова ведомо, как его нужно верно произносить.
Есть расхожее заблуждение у тех, кто населяет Дмитровский переулок. Не раз слышал из их уст: Дмитро́вский. Хотя город, расположенный в Московской области и давший имя переулку, — Дми́тров, и среди самих дмитровчан не встретить никого, кто говорил бы иначе (о самом городе газета недавно рассказывала в материале «Гнездо на канале» в номере от 4.09.2025).
«Есть случай, в котором мы уверены на 100 % и везде его пропагандируем, — это Гангу́тская улица, — рассказывает Андрей Рыжков. — К сожалению, сейчас даже во многие справочники и энциклопедии проникает вариант с ударением на первый слог, который, видимо, закрепился в сознании после Великой Отечественной войны, когда защищали Ханко. Но в русской традиции этот полуостров всегда произносился Гангу́т. К слову, в Кронштадте эту традицию бережно хранят, поскольку там нашел свое последнее пристанище линкор «Гангут» (с 1925 года он назывался «Октябрьской революцией»)».
По словам Рыжкова, есть у носителей вопросы к советским мемориальным топонимам, связанным с именами известных деятелей. В Новой Деревне существует небольшая улица Покрышева. Свое наименование в честь дважды Героя Советского Союза летчика Петра Покрышева она получила в 1968 году. Говорят, поначалу фамилия произносилась как Покры́шев, но сам носитель стал говорить По́крышев, чтобы его не путали с летчиком-асом Александром Покрышкиным. «Это, в общем‑то, похоже на байку, но информацию подтвердили родственники, которые посещали и школу его имени на Петроградской стороне. Им не доверять у нас оснований нет», — поделился топонимист.
Краевед Александр Тупеко вспоминает такой пример: «Белевское поле, а также расположенные рядом Белевский проспект и Белевский переулок многие произносят через букву «е» — действительно, логичнее подумать, что исторический район назван в честь города Белев Тульской области. Но на самом деле весь этот «куст» связан с именем англичанина Карла Белля, арендовавшего в XIX веке эти земли».
Тупеко полагает, что новым улицам лучше давать более однозначные названия. В противном случае получается ситуация, как в новом микрорайоне близ станции Аэропорт: «Все улицы на территории между Окружной, Варшавской железными дорогами и КАД наименованы по железнодорожным станциям Псковской области. Одна из них — Идрицкая — названа в честь поселка Идрица. Но жители и курьеры, не зная этих тонкостей, ставят неверное ударение на второй слог».
Проверить правильность ударений с недавних пор можно на Топонимическом портале Санкт-Петербурга (toponimika.spb.ru), которым заведует Топонимическая комиссия. Там можно узнать, в частности, что верна Ре́пищева улица, а не Репи́щева (названа по репищу — полю, где росла репа); Остро́польский, а не Остропо́льский переулок (по селу Старый Острополь); Озерной переулок, а не Озёрный (переосмысленная фамилия офицера Преображенского полка Озерова); Баско́в переулок, а не Ба́сков (и не переулок Басков, как, говорят, думали испанцы, приехавшие на празднование 300‑летия Петербурга); Пла́нерная улица, а не Планёрная; Средняя Колтовска́я улица, а не Колто́вская.
Читайте также:
Танкисты вместо князей. Как Ленинград переименовывал улицы перед войной
Несостоявшееся имя. Почему Петербург хотели назвать Ленинбургом?
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 242 (8064) от 25.12.2025 под заголовком «Откуда пастила на Белевском поле?».
Комментарии