Доктор биологических наук Александр Аверьянов получил премию правительства Петербурга
У доктора биологических наук Александра АВЕРЬЯНОВА диссертация была по зайцам — точнее, зайцеобразным. Что не помешало ему стать одним из самых видных российских специалистов по динозаврам. Кажется, никто в стране не описал столько их видов, сколько Александр Олегович. За выдающиеся научные результаты заведующий лабораторией в Зоологическом институте профессор РАН Аверьянов получил в этом году премию правительства Санкт-Петербурга.
![Доктор биологических наук Александр Аверьянов получил премию правительства Петербурга | ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА](/upload/resize_cache/webp/iblock/1df/imgonline_com_ua_Frame_blurred_hUx7ZzzmdY.webp)
ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА
— Александр Олегович, не удивляет, что ученый переключился с зайцеобразных на динозавров. Удивляет, почему он с них не начал. Тех, кто в детстве интересовался динозаврами, пожалуй, больше, чем увлеченных зайцами.
— На самом деле очень долгое время динозаврами вообще никто не интересовался. О них было представление как о невзрачных хладнокровных медлительных рептилиях. Революция в понимании того, кто такие динозавры, произошла в 1970‑х: тогда, в частности, американский палеонтолог Роберт Бэккер предположил, что они были теплокровными и очень активными, и это позволило по‑новому на них взглянуть.
Следующим важным этапом стал фильм Стивена Спилберга «Парк юрского периода». Он популяризовал эту тему. Конечно, и раньше было «кино про динозавров» — например, старый «Затерянный мир» по Конан Дойлю. Но там эти существа довольно смешные и неправдоподобные. А у Спилберга компьютерная визуализация позволила увидеть их «настоящими».
С тех пор на таких фильмах выросли уже несколько поколений палеонтологов. В мире их больше тысячи, а в 1970‑х было не больше десятка. Это огромный прогресс. Он выразился и в качестве работы: из двух тысяч известных динозавров больше половины были открыты относительно недавно, после 1990 года.
Что до зайцев — и сейчас бы с удовольствием ими занялся. Я изучаю и других млекопитающих — вымерших, иногда и современных. Это моя официальная обязанность как сотрудника лаборатории.
А палеонтологией я интересовался с детства, но в Советском Союзе было не так много возможностей ею заниматься. Палеонтологический институт — в Москве, я жил в Ленинграде, а здешний Зоологический институт занимался современными животными. Поступил в аспирантуру, стал работать в Зоологическом институте — и совершенно не жалею. Многим палеонтологам как раз не хватает знакомства с современными животными, особенно с их изменчивостью. Так сложилось на Западе и у нас, что палеонтологию изучают не на биологических, а на геологических факультетах, и геологам как раз не хватает знаний в биологической области.
В России очень долго не было находок динозавров. Но потом мы стали ездить в поля, что‑то находить — сейчас известно уже больше 35 местонахождений, описано немало новых динозавров. И мне пришлось заниматься ими. Я не был таким уж их фанатом, меня интересуют все животные, я не разделяю вымерших и современных.
— Ну… Современного зверька можно живьем увидеть…
— Вы и его не увидите всего через пять миллионов лет. Это средняя продолжительность жизни вида у млекопитающих. В целом группа динозавров жила долго, но каждый отдельный вид — не очень. Например, тираннозавр рекс — не больше десяти миллионов лет.
Хомо сапиенса эта неизбежность вымирания тоже касается, хотя мутации, конечно, позволяют нам адаптироваться к меняющимся условиям. При неизменной среде работает так называемый стабилизирующий отбор, который сохраняет всех приспособленных и отсекает отклонения. Но как только среда меняется, наоборот, начинают «поощряться» отклонения, действует движущий отбор — и популяция смещается в другую адаптивную зону. Так и происходит эволюция. Но никакая мутация не поможет приспособиться, если изменения катастрофичны. Как случилось с динозаврами.
Конечно, вид может не вымереть, а превратиться в другой, и линия продолжит свое существование. Например, сейчас в морях живут брахиоподы лингулы, беспозвоночные с раковиной — и точно такие раковины находят в слоях кембрия. Мы не знаем, как у древних было устроено мягкое тело — возможно, совершенно иначе, чем у нынешних, — но сама линия существует 600 миллионов лет.
Однако в целом жизнь на планете «отжила» уже две трети положенного ей срока. Через два миллиарда лет она полностью исчезнет, хотя сама планета еще будет существовать.
— По научным новостям складывается ощущение, что постоянно какого‑то очередного динозавра открывают.
— Так и есть. Каждые две недели в науке описывают нового динозавра.
Революция в их понимании произошла и потому, что появились определенные технологии. В свое время Иван Антонович Ефремов, который большинству известен как писатель-фантаст, а в научном мире — как палеонтолог, организовал несколько экспедиций в Монголию. Их планировали еще до войны — понятно, пришлось отложить, но первая состоялась сразу после, в 1946 году.
Ефремов лично убеждал Сталина. Основной его аргумент был такой: в советских музеях нет целых скелетов динозавров. Единственное, что у нас было целым, — огромный гипсовый слепок скелета диплодока, который Николаю II подарил американский миллионер Эндрю Карнеги. Этот вид так и называется — «диплодок Карнеги» (слепок находится в Москве, в Палеонтологическом музее). А так — были отдельные кости, но по ним сложно было определить принадлежность без сравнительного материала. Такой материал имелся, скажем, в США, но съездить туда было маловероятно. Проще было организовать новую экспедицию в Монголию. Главным ее достижением стало то, что нашли местонахождения с огромными хищными динозаврами.
![TASS_49102643.jpg TASS_49102643.jpg](/upload/medialibrary/b3e/TASS_49102643.jpg)
Я вот к чему веду: тогда стремились искать только целые скелеты. С отдельными костями работать никто не умел. В одном из рассказов Ефремова про палеонтологов есть такой эпизод: ученый, работая на раскопе, игнорирует отдельные кости, потому что они интереса не представляют. А сейчас очень тщательно изучают и отдельные кости. Теперь и по самой маленькой можно определить, какому динозавру она принадлежит.
Гораздо больше информации можно получить из того материала, который раньше был совершенно непригодным для изучения. Огромное количество экземпляров находится в породе, извлекать их — процесс очень сложный, занимает много времени. А благодаря компьютерной томографии можно изучать внутреннее строение, не препарируя.
— Какое новое знание о динозаврах вас больше всего впечатлило? Честно говоря, до сих пор трудно свыкнуться с тем, что многие динозавры были таким «чудом в перьях».
— Да, почти все хищные динозавры были пернаты, можно даже установить, какого цвета были эти перья. Но меня больше поражает гигантское разнообразие динозавров. Открыто много форм, которые не вполне понятно, куда относить.
Вот ящерицы и змеи: вместе их известно десять тысяч видов, но биологических типов — два, тип ящерицы и тип змеи. А у динозавров огромное количество биологических типов.
Есть, например, теризинозавры с гигантскими когтями, как у Фредди Крюгера из «Кошмара на улице Вязов». Зачем эти когти были нужны, мы не понимаем.
Или в 1960‑х поляки нашли в Монголии огромные верхние конечности. Обычно у хищных динозавров (например, тираннозавров) ручки маленькие, чтобы «уравновесить» большую голову. А тут нашли две совершенно огромные руки с большими когтями. Так и назвали, дейнохейр, с греческого «ужасные руки». Что это было за животное, понять не могли — но вот недавно нашли целый скелет. Выяснилось: совершенно безобидный динозавр-орнитомимид, с длинной шеей, беззубый, питался то ли рыбой, то ли растениями. Зачем ему нужны были такие руки, непонятно. А у него еще и горб был.
Самый необычный хищный динозаврик, которым я занимаюсь, — мононикус из семейства альваресзаврид. Они небольшие, с маленькой головой, крошечными зубами, очень короткими руками с одним пальцем. А ноги приспособлены для очень быстрого бега. Чем они питались, как жили — неизвестно.
Никакой фантазии не хватит, чтобы представить себе сейчас подобное типовое разнообразие.
— Можно детский вопрос? Птицы, как мы теперь понимаем, — потомки хищных динозавров (к чему тоже сложно привыкнуть). Но они ведь в основном зерна клюют.
— Хищных динозавров правильно называть тероподы, а среди них были и те, кто питался растительной пищей. Кстати, зеленоядных птиц практически не существует, а зерно для пернатых — белок.
Вообще изначально все животные были хищными. Переход к растительноядности происходил довольно поздно и непросто. Одно дело — слопать какое‑то животное и переваривать белки, другое — переваривать целлюлозу. Для этого обычно надо обзавестись бактериями-симбионтами, это длительный эволюционный процесс. О гигантских зауроподах и стегозаврах мы достаточно уверенно можем говорить, что они были именно такими: с огромными бродильными «чанами» внутри, куда они забрасывали растительную массу, которую перерабатывали бактерии.
— Консенсус относительно причины вымирания динозавров есть? Или все‑таки и другие версии не отметаются?
— Общепринятое мнение: метеорит упал в Мексиканский залив, это запустило цепочку катастрофических событий, в том числе климатические изменения. Динозавры там вымерли, вероятно, всего за несколько лет. Но этот сценарий хорош для описания того, что произошло на территории Северной Америки. А почему вымирали в других местах? Возможно, по той же причине, возможно — по другой.
Самое неприятное в том, что мы никогда об этом не узнаем. Геологическая летопись очень ограничена: не так уж много мест, где были найдены самые последние динозавры. В Америке — единственный в мире разрез, где эта летопись представлена непрерывно, слоями. Условно видим: вот 66 миллионов лет назад произошла катастрофа — и это был последний слой с динозаврами. Потом уже идет слой с млекопитающими. У нас на Дальнем Востоке есть разрез, где находили поздних динозавров, им 60 миллионов лет. Но нет верхней части разреза, и мы не знаем, что происходило потом — может, они жили и после.
— Россия страна огромная, и, по идее, у нас тут кого только не водилось. А «российских» динозавров не так и много.
— Сейчас известно 12 динозавров «из России». Довольно смешное количество по сравнению с двумя тысячами открытых.
Европейская часть в течение всего мелового и даже юрского периода была покрыта водой. Самых ранних «наших» динозавров мы не знаем: они возникли в позднем триасе, а этих отложений в России нет. Есть отложения более древние нижнетриасовые — с амфибиями, рептилиями, но тогда динозавров еще не существовало.
Есть местонахождения юрского периода — в Сибири. Там тоже были моря, но была и суша, так что нужные отложения сохранились. Однако там другая «напасть»: все покрыто тайгой. Самое богатое тамошнее местонахождение — в Кемеровской области в лесостепной зоне.
В основном местонахождения обнаружены благодаря искусственным выработкам: прокладывали дорогу, срезали холм — а там… Или вырыли карьер в Красноярском крае — а там… Это я еще не говорю о том, что и логистически до тех мест трудно добраться. И не дай бог найти 30‑метровый скелет зауропода…
— Это же «счастье привалило»…
— Это будет катастрофа. Потому что два-три месяца его надо раскапывать, а потом куда‑то везти — а где положить 30‑метровый скелет? Нет подходящих лабораторных помещений. Для таких вещей лаборатория должна быть настоящим производством, цехом.
— Каких динозавров у нас можно было бы встретить? Ну из самых изумительных.
— Если бы вы жили в юрском периоде, наверняка встретили бы стегозавра, это были доминантные животные. Было много предков тираннозавров. В Кемеровской области самым обычным был пситтакозавр. Причем этот, сибирский, — самый крупный из известных. Со свинью размером. Кого еще бы встретили… Гигантских зауроподов.
Самая богатая фауна в конце мелового периода была в Амурской области — там находят много утконосых динозавров, гадрозавров… Но в целом у нас не так много материала. Большая часть видов известна по очень неполным остаткам. Зубы, фрагменты костей. Хотя мы видим, что разнообразие было впечатляющим.
— Некорректный вопрос, но все же: кто ваш любимец?
— Может, первый, которого я описал. Еще в 2000‑х. Сибирский пситтакозавр. Сейчас Кемеровский краеведческий музей проводит большие раскопки, у них уже восемь целых скелетов. Интересный материал — динозавры разного возраста.
— Что мы про них уже знаем?
— Это парадоксальный динозавр. Он самый обычный, самый «массовый» по количеству видов, известно больше десяти. Был очень широко распространен в нижнем мелу, известны сотни скелетов. Казалось бы, должен быть самым изученным. Но мы на удивление мало знаем о его биологии: считается, что ходил на двух ногах, что жил на суше — хотя я в этом сомневаюсь. Питался какой‑то растительной пищей.
У многих групп динозавров найдены яйца, а у пситтакозавров — ни одного. Возможно, они были покрыты не скорлупой, а кожистой оболочкой, как у черепах, — и не сохранились. Зато найдены большие скопления детенышей — возможно, до определенного возраста они находились в подобии детских яслей.
Ну и еще известно, что этим динозаврам крупно не повезло. Обычно хищные динозавры ели млекопитающих, а пситтакозавр — единственный несчастный из известных динозавров, который был пропитанием для крупных млекопитающих. Одно такое нашли с костями маленького пситтакозавра в желудке.
— В Зоологическом институте сногсшибательный скелет кита. А где в России можно вот так же посмотреть на динозавра?
— Смонтировано несколько скелетов пситтакозавров — они в Кемерове. Частичный скелет стегозавра смонтирован в Красноярске. В Благовещенске несколько скелетов смонтированных: амурозавр, олоротитан. Все они не очень большие.
— Вы сказали, в мире примерно тысяча палеонтологов, которые специализируются на динозаврах. А в России?
— Всего несколько человек. В детстве этой темой увлекаются многие, но большинство с возрастом перестают интересоваться такими «глупостями»… Вообще учеными становятся люди, которые «не взрослеют» — остаются детьми.
Старейший специалист — Юрий Леонидович Болотский из Благовещенска. Но почти и нет таких, кто занимался бы только динозаврами. Например, молодой ученый из СПбГУ Иван Кузьмин сделал работу по динозаврам, кандидатскую защитил, но его основная тема — крокодилы.
— Почему у нас специалистов мало? Сложное направление? Не денежное?
— Сфера эта, конечно, совершенно не денежная. И сложная. Нужно изучать огромное количество литературы, она далеко не всегда доступна. Вот я до нашей беседы сканировал огромный немецкий том 1907 года, атлас костей динозавров. И эти книги не устаревают. Скажем, генетикам можно не читать научную литературу старше пяти — десяти лет — она уже устаревшая. А мы не можем игнорировать старую литературу, работы XVIII века изучаем.
Если нет критического багажа литературы, заниматься палеонтологией невозможно. Каждый день надо читать статьи на английском — в месяц таких выходит несколько десятков. Свои статьи надо писать.
Я изучаю, как сформировалась наша биота, совокупность живых организмов. Период, когда появились динозавры, очень важен, потому что в каком‑то смысле и мы — современники динозавров: мы относимся к плацентарным млекопитающим, а они возникли в меловом периоде. Как и многие группы, которые процветают сейчас: лягушки современные, ящерицы современные. Многие из современных птиц. Знакомый нам мир начал формироваться, когда появились цветковые растения — динозавры вообще‑то гуляли под березами и платанами, как ни трудно это себе представить.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 130 (7459) от 18.07.2023 под заголовком «Наши современники динозавры».
Комментарии