Зрительский клуб Музея театрального и музыкального искусства готовится отметить первый день рождения
В программе — походы в театр, обсуждения спектаклей, встречи с артистами и режиссерами, лекции экспертов. О том, как возник этот клуб и как успел за один год провести два сезона, рассказывает Ирина КЛИМОВИЦКАЯ, ученый секретарь Театрального музея, создатель и куратор клуба.
ФОТО Liam McGarry on Unsplash
— Ирина Игоревна, ваш зрительский клуб возник год назад. Почему сезон, который вы сейчас открываете, не второй, а третий?
— Наш клубный сезон короче театрального. Первый состоялся весной прошлого года, второй — осенью, а этой весной — уже третий.
— А почему год назад возникло это сообщество по интересам?
— Сегодня особенно востребованы камерные клубы, в которых можно доверительно общаться и серьезно размышлять. Люди создают микросообщества, где удобно вступить в контакт друг с другом и обсудить то, что волнует. Театр же уникален тем, что охватывает все темы, которые могут волновать.
Театры ощущают запрос своей публики и создают собственные зрительские клубы. Однако у Театрального музея есть преимущество: мы объединяем сразу три стороны — зрителей, практиков театра и его исследователей. В клубах при театрах зрители обычно общаются с артистами и режиссерами. В фан-клубах они встречаются друг с другом. А эксперты — театроведы, историки, психологи — остаются за бортом. Это не наш случай.
Концепция нашего клуба основана на трех принципах: выбор темы сезона, ее комплексное исследование на примере наиболее ярких спектаклей, привлечение экспертов. Мы выбрали синтетический формат. Живое общение обязательно дополняется академической исследовательской составляющей. Обсуждения, встречи с артистами и режиссерами в театре или клубе чередуются с лекциями. В Театральной гостиной побывали режиссеры Дмитрий Крестьянкин, Геннадий Тростянецкий, Петр Шерешевский, а наши лекторы — элита театроведения.
— Кому адресованы ваши программы?
— Это люди самых разных профессий — юристы, экономисты, педагоги, ландшафтные дизайнеры… У нас уже сформировалось ядро постоянных участников — около двадцати человек. Более того, эти люди завели в социальных сетях собственные каналы, стали театральными блогерами. Клуб даже начал порождать новые сообщества, во главе которых стоят наши активисты. Образовалось балетное ответвление, появилась группа, которая исследует театральные пространства «Драм. площадка» и «Узел».
— То есть у вашего клуба постоянный состав?
— Социологи считают, что оптимальный размер такого объединения — тридцать человек. Пятнадцать-двадцать из них — ядро, остальные — новые, сменные участники. Если больше тридцати — это уже лекторий, а не клуб. В клубе люди должны знать друг друга в лицо и иметь возможность высказаться. У нас ядро сформировано, а для привлечения новых участников мы ищем баланс между стабильностью и изменчивостью. И мне кажется, к третьему сезону мы этот баланс нащупали. За устойчивость отвечает сформировавшееся ядро активистов. За обновляемость — наш формат. Для каждого сезона мы выбираем новую тему, в Театральную гостиную и на лекции приглашаем не только членов клуба, и благодаря этому сообщество пополняется.
— Есть ли среди ваших активистов студенты, молодые театралы?
— Мы сделали студенческую секцию для наших подшефных вузов, с которыми музей сотрудничает и откуда студенты приходят на практику. Для них выделили несколько бесплатных мест, и они участвовали во всех событиях с большим интересом. К сожалению, оплатить абонемент, в который входят билеты в театр, студенту сложно. Но работающая молодежь у нас есть.
— Почему основной площадкой вы выбрали Музей-квартиру Самойловых?
— Это единственный в городе музей драматических артистов. Гостеприимный дом Самойловых в самом центре Петербурга на Стремянной улице был местом встречи творческих людей, своего рода театральным клубом XIX века. Поэтому гений династии Самойловых стал гением-хранителем нашего клуба.
В Главном штабе Эрмитажа открыта выставка «Музейный детектив. Иммерсивное расследование»— Каким темам были посвящены ваши первые программы?
— Тема первого сезона была простая — «Выбор «Золотого софита». Мы смотрели и обсуждали спектакли, отмеченные этой премией, но отобрали наименее очевидные номинации. Например, лучший спектакль негосударственного театра или лучший спектакль театра кукол. Задача была расширить театральную карту наших участников. И это удалось, хотя все они — отчаянные театралы.
Второй сезон назывался «Осень с Чеховым». В фокусе внимания были «Три сестры» — в петербургских театрах идут шесть постановок этой пьесы. Мы исследовали Чехова с разных точек зрения. Пригласили четырех режиссеров, которые показали, как постановщик работает с текстом, превращая его в зрелище. Контекстуально театроведы рассматривали историю чеховских постановок начиная со Станиславского. Исповедально с нами работали психологи. И об актуальном мы рассуждали с театральными критиками — как устроен современный театр, как смотреть спектакль.
— Ваш новый сезон посвящен сказке…
— Да, третий сезон называется «Сказочная весна». Сказка, как обломок мифа, лежит в основе нашей культуры и в основе многих театральных сюжетов. Через сказку можно размышлять и о театре, и о жизни, и о себе. Теорией мы будем заниматься на лекциях, а вооружившись новым знанием, посмотрим или пересмотрим спектакли. Полную программу можно найти на сайте Музея театрального и музыкального искусства.
— Какова сверхзадача вашего клуба? Что главное вы хотите дать его участникам?
— Можно сказать, что клуб работает на нескольких уровнях: интеллектуальный — знания и анализ; социальный — общение и обмен опытом; личностный — самореализация. Сочетание этих уровней — важная миссия клуба. Но самое важное в клубе то, что он продолжается вовне: найдя своих, люди не теряют друг друга.
Читайте также:
Сначала были стихи. Роман Габриа поставил в театре «Мастерская» спектакль-поэму «Пастернак»
Наследники по прямой. Летом исполнится 100 лет со дня рождения Зиновия Яковлевича Корогодского
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 42 (8107) от 12.03.2026 под заголовком «Расширить театральную карту».
Комментарии