Памяти Монсеррат Кабалье

Великая испанская оперная певица Монсеррат Кабалье умерла на 86-м году жизни в Барселоне - городе, где родилась и который воспела вместе с Фредди Меркьюри в знаменитом хите, сочиненном им для Олимпийских игр в 1992 году.

ФОТО imago stock&people/ТАСС

Меркьюри написал свой хит, вдохновившись голосом Монсеррат Кабалье. Ее имя, ставшее фактически нарицательным, в самом деле было для всего мира синонимом оперы на протяжении полувека. Вместе с Лучано Паваротти, Пласидо Доминго, Джоан Сазерленд, Еленой Образцовой и другими не столь уж многочисленными «певцами-шестидесятниками» Кабалье несла традицию культуры великого бельканто по всему миру - от Америки до Японии. Опера тогда еще была штучным товаром, не поставленным на поток, не заряженным под трансляции в прямом эфире.

Неоднократно певица наносила визиты в Россию, в Москву и Петербург. В Большом театре в 1974 году она исполняла заглавную партию в «Норме» Беллини на гастролях миланского «Ла Скала» и Адриану Лекуврер в одноименной опере Чилеа. В России жила ее подруга Елена Образцова, которая любила вспоминать первую встречу с Кабалье на фестивале в Барселоне, когда обе дивы два вечера подряд состязались в чувстве юмора. Сначала Кабалье сказала, что горжетка, которую Образцова хотела подарить испанской коллеге в знак восхищения ее пением в «Сицилийской вечерне» Верди, годится ей «только на шапку». На следующий вечер, когда Монсеррат пришла с ответным визитом на «Кармен» Бизе с участием русской примадонны и встала на колени в знак признания, услышала от Елены Образцовой: «Теперь надо искать домкрат». Испанская и русская дивы не раз выступали вместе, в частности, в опере «Дон Карлос» Верди: сопрано пела чистую в помыслах королеву Елизавету, меццо-сопрано - завистливую соперницу принцессу Эболи. Обе признавались друг другу в любви до конца дней, обе обожали смеяться, искать до последнего нетривиальные возможности для воплощения своего творческого потенциала, пленяли остротой ума и интуиции.

В лучах славы Кабалье погрелся Николай Басков, бравший у дивы уроки пения и совершавший с ней концертные туры по России, выступив, в частности, в Ледовом дворце. Монсеррат, по ее словам, видела в нем талантливого ученика, обнадежившего ее лирического тенора, который тем не менее употребил свои ресурсы не в опере, а на эстраде, получив титул «золотого голоса». Басков признавался, что научился у Кабалье «уникальной технике дыхания». А учиться было чему.

Монсеррат переняла эстафету великих оперных голосов из эпохи Каллас и Тебальди, выступая на одной сцене с Биргит Нильссон в «Турандот» Пуччини в «Метрополитен-опера», там же - с Ричардом Такером в «Трубадуре» Верди, с Пьеро Каппуччилли в «Дон Карлосе» Верди в «Арена ди Верона», записывала оперные дуэты с легендарным итальянским тенором Джузеппе ди Стефано. Так же, как Мария Каллас, Монсеррат Кабалье отважно бралась за сложнейшие, виртуознейшие партии в операх Беллини и Доницетти, среди которых особое место заняли партитуры опер «Пират» и «Мария Стюарт». С не меньшим интересом бросилась она в стихию позднего романтизма в опере «Саломея» Штрауса, которую исполняла под руководством Леонарда Бернстайна. Ее лирическое сопрано чистоты горного родника деликатно сочетало и драму, виртуозные колоратуры она выпевала с феноменальной точностью и полнозвучностью каждой ноты, в чем ее можно считать прямой преемницей искусства Каллас. Чувственность, теплота, женственность и невесомость тембра наделяли ее героинь чертами небожительниц, а оперы с ее участием превращались в священнодействие.

Монсеррат Кабалье вошла в историю рекордсменкой по количеству и качеству исполненных партий, оставив множество записей с лучшими дирижерами ХХ века. Сегодня в этом несложно убедиться, набрав строчку в youtube. Самым впечатляющим из последнего, пожалуй, можно считать ее выходы в партии капризной герцогини Кракенторп в опере «Дочь полка» Доницетти в Венской государственной опере. Партия не предполагала много пения, а потому в разговорных сценах артистический талант позволял ей добиваться комических эффектов, что награждалось шквалом аплодисментов.

Последнее десятилетие певица много болела, пела мало, а если неожиданно и пела, то, как говорят, лишь своими «дивидендами», ей было уже тяжело, она ходила с тросточкой. Омрачили годы ее заката и проблемы с неуплатой налогов, вплоть до домашнего ареста. Положа руку на сердце, больно было смотреть на певицу, прилетевшую в июне этого года в Москву давать свой, как оказалось, последний концерт. Но такова была ее неистребимая воля к жизни - воля великой оперной жрицы, которую родители нарекли так в честь горы святой Марии Монсеррат. Ее яркой и легкой душе становилось все тяжелее и теснее в телесной оболочке, от которой она наконец освободилась, улетев в Вечность.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 186 (6295) от 08.10.2018 под заголовком «За горой Монсеррат».