Венеция – Кассиопея

На сцене Каменноостровского театра, также именуемого Второй сценой БДТ, состоялась премьера спектакля «Zholdak Dreams: похитители чувств» по мотивам комедии Карло Гольдони «Слуга двух господ» в постановке Андрия Жолдака.

Венеция – Кассиопея | Так выглядит в спектакле Черный ангел (артистка стажерской группы БДТ Александра Магелатова).<br>ФОТО предоставлено пресс-службой БДТ

Так выглядит в спектакле Черный ангел (артистка стажерской группы БДТ Александра Магелатова).
ФОТО предоставлено пресс-службой БДТ

За несколько дней до премьеры спектакль, называвшийся так же, как и пьеса, неожиданно сменил имя: театр, явно пойдя на уступки потенциально оскорбленным традиционалистам, предпочел заранее избавить себя от утомительных и по сути малосодержательных споров на тему «глумления над классикой». Подчеркнув лишний раз то, что очевидно для зрителей, предпочитающих существовать с современным искусством более-менее синхронно: режиссер не обязан строго придерживаться текста пьесы, не обязан предлагать ту интерпретацию, которая существует в голове каждого ее читателя (по той простой причине, что все читатели разные), и тем более не должен следовать эстетическим установкам тех, кто пьесу вовсе не читал, а знает о ее сюжете и поэтике понаслышке, принимая за собственные выстраданные взгляды какую-нибудь старую добрую версию постановки.

Режиссер на свой страх и риск создает на сцене собственный мир – из своих мыслей и чувств, ассоциаций и фантазий, аналитических рассуждений или «вещества того же, что наши сны» – и именно его-то и предлагает публике. Каких бы чудес или чудовищ ни рождали «сны» режиссера – это всегда его собственные сны, мысли и фантазии, даже если на афише уверенно написано, допустим: «Шекспир. «Гамлет». Занятно, что все эти меры предосторожности были предприняты по поводу спектакля Андрия Жолдака. Уж он-то, кажется, давно и твердо знает, что никому ничего не должен. А если и должен, то всем прощает.

Но на этот раз и Жолдак, не оставляя своей обычной манеры вольно громоздить образы один на другой, решил пуститься в объяснения: значительная часть его нового спектакля посвящена тому, как, собственно, устроен сам театр. Любой театр. Он честно (словами!) предупреждает о том, что происходящее на сцене не есть жизнь (эту аксиому все еще нужно напоминать). Он изначально лишает действие каких-либо связей с бытовым правдоподобием, разгоняя спектакль буквально до космического масштаба.

Пролог (видеопроекция) повествует о «темной стороне Луны» и о неземной музыке, услышанной космонавтами (звучит нечто соответствующее). «Космическая музыка возвращается!» – торжественно объявляют публике два «диктора-дублера», позднее озвучивающие голоса всех персонажей спектакля (великолепная работа Полины Дудкиной и Сергея Стукалова). И столь же торжественно, ликующе и трепетно провозглашают появление неких невиданных существ: «Они приближаются. Они проходят сквозь текст Гольдони...».

Это заявление так бесстрашно и наивно, что впору лишь восхититься его откровенностью, ибо так и есть: настоящие театральные образы не «отражают» реальность фотографически, а снисходят откуда-то с неведомых вершин (где существуют изначально) и, проходя сквозь авторский текст, воплощаются в персонажей. Этому посвящены тома театроведческих исследований и целые театральные системы. Шутка Жолдака в том и состоит, что в его спектакле все это происходит буквально.

Он и в самом деле выпускает на сцену безымянные «сгустки космической энергии» – двух энергичного вида девиц с потешными косичками-рожками (Александра Магелатова и Надежда Толубеева), по кукольным «мультяшным» голосам и гротескным повадкам которых (манере конвульсивно подергиваться или разевать рот в стиле «Чужого») можно безошибочно определить роботов-пришельцев, а по бесцеремонному и жестокому обращению со всеми здешними Панталоне, Сильвио, Клариче и прочими бригеллами (а девушки их лупят, тормошат, буквально дергают за ниточки и норовят пристрелить) – истинных распорядителей сюжета.

В спектакле Жолдака эти агенты неземного вторжения названы Черными ангелами. Тут вроде бы намечается стилистический сбой (ангелы и инопланетяне все-таки из разных рядов), но на самом деле нет. Откуда Жолдаку явились Черные ангелы, можно предположить: из старинной итальянской театральной легенды.

Лет десять назад в «Балтийском доме» шел спектакль «Комедия Черного ангела», в котором упоминалась история о внезапно умершем комедианте, чей персонаж каким-то чудом появился на сцене. Потому что под его маской скрылся Черный ангел – истинный дух театра.

Знал об этой легенде режиссер или его осенило – не так важно (Жолдак – природный интуитивист, с ним всякое может случиться). Важно, что отдающие лихим безумием рядом с комедией Гольдони игры в киберпанк на деле оказываются тесно связанными с самыми глубокими корнями итальянской комедии масок. То есть умело и грамотно поставить популярный сюжет о слуге двух господ – с переодеваниями, интригами и путаницей, – еще не значит гарантированно «добуриться» до этих глубин. А Жолдаку, нелепо, странно, фантастически причудливо воспарившему в космос, это удалось.

Да и само явление Черных ангелов, как выясняется по ходу спектакля, – следствие смерти одного из персонажей Гольдони. Федерико Распони, брат Беатриче, убит. Что это значит? В мироздании на его месте образовалась дыра. Она неминуемо должна быть заполнена. Его местом пытается воспользоваться юный Сильвио – смерть Федерико делает возможным его женитьбу на Клариче (молодые Елена Осипова и Иван Федорук изображают на сцене не столько венецианские, сколько сицилийские страсти). Его место пытается занять сестра Беатриче (Александра Куликова), но мужской костюм – еще не замена личности. Смерть остается смертью. У Ангелов насчет мертвого Федерико свои планы – его пустующее место оказывается космическим порталом между мирами.

Занятно, что в «снах Жолдака» все, что положено пьесе Гольдони, присутствует: и персонажи, и переодевания, и Италия, и Венеция, и игры с гендерной принадлежностью, и любовные интриги, и страдания, и дуэли, и лацци (вставные трюки комических персонажей – Прим. ред.). Просто не в той последовательности и в искривленных сновидческой логикой обстоятельствах.

Не только Беатриче, как положено по сюжету, переодевается в мужское платье, но и благородный отец Панталоне (Андрей Аршинников) – в женское, отчего и становится забавным, романтически настроенным трансвеститом. Мирное и почтенное семейство Ломбарди во главе с классическим дель-артовским Доктором (прекрасный дебют Максима Бравцова) оказывается венецианским отделением сицилийской мафии. Непременные для старинной комедии «шутки, свойственные театру», в спектакле тоже есть, но и они мутировали до неузнаваемости: то нам передают наилучшие пожелания от некоего могущественного «Кастелуччи» (совпадение с именем выдающегося современного режиссера не случайно), то вдруг говорят, что «у Могучего будут проблемы – это его район».

Здешняя Венеция парит в открытом космосе: комната в доме Панталоне, где происходит действие, огромными окнами выходит в ослепительное пустое пространство – там невесомость, а верх и низ могут быть перевернуты (Труффальдино – Николай Горшков – заглядывает с той стороны стекла вверх ногами). Оттуда идет ровный чистый свет (хотя в Комеди Франсез его ставят лучше), на него слетаются «маленькие ангелы», видимые персонажам, периодически с восторгом прилипающим к стеклам и замирающим надолго в рассеянном восхищении.

Чуткая отстраненность, пренебрежение законами гравитации, гипнотическая смена ритма (после бурной сцены, где, к примеру, грозный кавалер-киборг Флориндо терроризирует окружающих или неистовствуют влюбленные, следует длинная, обманчиво необязательная пауза, где кто-то тихонько шаркает по комнате, передвигает стулья, глазеет в окна, а в это время смеркается) – пожалуй, лучшее, что сделано Жолдаком в спектакле. Созданный им мир причудлив и плотен, его границы неведомы, его правила таинственны и волнующи. Спектакль Zholdak Dreams прерывается на полуслове, словно странный сон, оборванный резким пробуждением.

Недоработанность линий и недовоплощенность фантомов останутся незамеченными молодой публикой «нового БДТ», для которой, собственно, и предназначен спектакль. Этот зритель, вероятнее всего, будет захвачен экстатической энергией зрелища и порадуется увлекательной игре с образами современной массовой культуры, неожиданно «похитившими чувства» героев масскульта XVIII века.

Вполне возможно, Zholdak Dreams вызовет оторопь и раздражение в среде тех зрителей, для которых «новым словом» в искусстве по-прежнему остаются художественные достижения середины прошлого века. Может быть, БДТ своими последними работами пробудит в них хотя бы любопытство к актуальному театру, а может быть, у Могучего и в самом деле будут проблемы. Ясно лишь, что театр, осмелившийся открыть себе дорогу в космос прямиком из старинной пьесы, заслуживает как минимум уважительного внимания.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 094 (5467) от 28.05.2015.


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 Июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили  в Румынии – это дешевле»
22 Января 2019

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили в Румынии – это дешевле»

Народная артистка России празднует сегодня юбилей – 80 лет. Наш автор пообщался с актрисой.

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова
10 Января 2019

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова

Его учеников-актеров было так много, что из них в Ленинграде с нуля был создан новый театр – Молодежный, который жив и сегодня.

Михаил Пиотровский. Что мы приносим в Петербург
19 Декабря 2018

Михаил Пиотровский. Что мы приносим в Петербург

Глава Эрмитажа – о прошедшем Дне музея и о том, что можно делать на Дворцовой площади.

«Иллюстратор» на фоне истории
13 Декабря 2018

«Иллюстратор» на фоне истории

Книга известного петербургского кинематографиста Дмитрия Долинина построена на воспоминаниях художника-иллюстратора Петра Воскресенского. Разберем ее составляющие.

Хирург запустил «Русский реактор» в Петербурге
08 Октября 2018

Хирург запустил «Русский реактор» в Петербурге

Фильм, снятый лидером Всероссийского мотоклуба «Ночные волки», представили в День рождения президента России.

Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы
01 Августа 2018

Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы

Как случается с любой более-менее резонансной литературной наградой, от Нобелевской премии до «Большой книги», одни коллеги поздравляли московскую писательницу с победой, другие шумно негодовали.

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»
02 Июня 2018

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»

Директор Эрмитажа - об автономности культуры, уголовных делах, связанных с хищениями в музее и о прошедшем Юридическом форуме.

Александр Петров, родившийся заново
01 Февраля 2018

Александр Петров, родившийся заново

Саша Петров поставил исповедальное поэтически-музыкальное шоу «#Зановородиться» по собственным стихам и издал книгу, которая вышла в январе.

Топ-100 от РОСФОТО
17 Июля 2017

Топ-100 от РОСФОТО

Свое 15-летие музейно-выставочный центр РОСФОТО отмечает выставкой ста лучших фотографий из собственной коллекции.

Сказать всё, никого не обидев
12 Июля 2017

Сказать всё, никого не обидев

Музей работает для всех, но ему важна понимающая аудитория. Есть люди, которые все понимают, ориентироваться надо на них. Сегодня это важно.

Юность покоряет олимп в Петербурге
20 Июня 2017

Юность покоряет олимп в Петербурге

На XXII международном фестивале «Музыкальный олимп» выступили лауреаты самых престижных конкурсов последних лет из семнадцати стран, среди которых значились не только США и Германия, но также Египет, ...